Камикадзе. Пилоты-смертники: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Необходимо отметить, что тактика камикадзе привлекла внимание не только морской авиации, но и армейской. Ориентированная на поддержку сухопутных войск, армейская авиация традиционно находилась в тени морской. Доминирующая роль последней была обусловлена, наряду с другими причинами, самим характером войны на огромных просторах Тихого океана. Уже к 1943 году армейская авиация оказалась неспособной противостоять растущей воздушной мощи США. Нехватка самолетов, а главное, опытных летчиков, негативно отразилась на армейской авиации еще раньше, чем на морской. Последняя оказалась не в состоянии в одиночку противостоять авиации США. Однако армейская авиация не имела для этих целей ни опыта боевых действий на море, ни тактики, ни соответствующей техники и вооружения. В этой связи нет ничего удивительного в том, что именно в недрах армейской авиации впервые стала вызревать идея самоубийственных атак. Генерал-лейтенант Ясуда Такео, командующий армейской авиацией, обратил на нее внимание еще в марте 1943 года. Считая тактику тай-атари обычным делом, он пытался применять ее массово. Однако не получил одобрения со стороны своего высшего командования. Тогда генерал убрал из своего подразделения офицеров, не разделявших его взглядов, и стал тайно готовиться к проведению подобных операций. Своими приказами он запретил информировать летчиков, обучающихся тактике тай-атари, о том, что они составят костяк будущих боевых самоубийственных подразделений.

К лету 1944 года трагичное положение армейской авиации склонило в поддержку Ясуды высшее командование. Самоубийственная тактика, таким образом, пробила себе дорогу в армейских кругах и была признана официальной. Началась подготовка к формированию армейских подразделений летчиков-самоубийц.

Дело пошло быстро. Уже к 20 октября 1944 года было создано 1-е подразделение специальных атак, известное под названием «Банда» ("Десять тысяч вишневых лепестков"). Оно было сфомировано на базе учебной авиадивизии в Хокота (префектура Итараги). Группу из 16 пилотов под названием "Манда Сакура" возглавил капитан Ивамото Масуоми. Через два дня бомбардировщики Ki-48 этой группы вылетели на филиппинскую авиабазу Кларк Филд. Туда же из Хамамацу направилось еще одно армейское подразделение специальных атак «Фугару» ("Гора Фудзи") на бомбардировщиках Ki-67 "Хирю".

Всего было сформировано сразу шесть армейских подразделений специальных атак. В них вошли курсанты летных школ, обучавшиеся по ускоренной программе. Им объявили, что они проходят специальную тренировку, но не объяснили, почему. Таким образом, формирование отрядов камикадзе в морской авиации и в армейской происходило по-разному. Если морские камикадзе все были добровольцами, то подразделения летчиков армейской авиации автоматически переводили в самоубийственные, вообще не интересуясь мнением пилотов. Это вовсе не означает, что у армейских пилотов не хватало патриотизма и желания сложить голову за императора. Дело в том, что уже в начале ноября высшее военное командование Японии взяло курс на увеличение числа подразделений "специальных атак", а так как в добровольцах недостатка не было, то принцип добровольности был отброшен, как ненужный хлам. Все армейские подразделения камикадзе имели общее название "Хакко Тай" ("Восемь направлений"), которое отражало один из главных японских милитаристских принципов — "Хакко ити у" — "Восемь углов под одной крышей".

Два армейских подразделения камикадзе носили название авиационных школ, два — армейских тренировочных центров, двум присвоили имена героев, что должно было символизировать решимость достичь успеха. Всего в подразделения вошло 78 летчиков и было вовлечено 72 самолета. Подразделения «Акатсуки» и «Хитати» были вооружены истребителями, «Хакота» и "Ситаси Киуо" — легкими двухместными бомбардировщиками Тип 99 (Кавасаки Ki-48), которые меньше всего подходили для самоубийственных атак.

Подразделения армейских камикадзе состояли из бывших выпускников университетов. Курс обучения длился 57 дней, из которых один день был посвящен отработке техники тай-атари. Наспех обученные новички объединялись во временные группы для самостоятельного перелета на Филиппины. Это было непростым делом, поскольку армейские пилоты не обладали навыками полетов над морем. Поэтому перелеты-прыжки с острова на остров (Хонсю — Кюсю — Формоза — Филиппины) явились для них серьезным испытанием.

Армейскую авиацию на Филиппинах представляла 4-я воздушная армия, располагавшая 650 самолетами. Значительное количество среди них составляли бомбардировщики, летчики которых наносили удары с большой высоты и почти всегда безуспешно. Так, 24 октября сотня армейских самолетов атаковала американский флот в заливе Лейте. Но лишь один самолет добился успеха, потопив океанский буксир «Сонома» таранным самоубийственным ударом.

На заре 26 октября разведывательный самолет сообщил по радио координаты нескольких групп американских авианосцев и кораблей. На авиабазе Себу полковник Накадзима отправил в полет две группы самолетов подразделения «Ямато». В 10–15 стартовало два истребителя «Зеро» с 250-килограммовыми бомбами и одним истребителем сопровождения. Ни один из самолетов но базу не вернулся. Все они были перехвачены американскими истребителями.

В 12–30 в полет отправилась вторая группа камикадзе, состоявшая из трех истребителей с подвесными бомбами и двух истребителей сопровождения.

Группа эскортных авианосцев Таффи-1 находилась в прежнем районе. Посадка самолетов была в полном разrape, когда локаторы зафиксировали самолеты камикадзе на удалении 35 миль. Один из них был сбит огнем возвращающегося на авианосец «Авенджера», но другие два остались кружить высоко в воздухе, выбирая жертвы.

Один из «Зеро» устремился к «Суони», на палубе которого находился десяток самолетов. Огромный огненный шар, столб черного дыма — все это мгновенно окутало палубу корабля. Бомба, сброшенная с небольшой высоты, пробила самолетоподъемник и взорвалась в ангаре. Пламя охватило и полетную палубу, и ангар. Если внутренний пожар был сравнительно легко локализован, то горящая полетная палуба представляла собой ужасное зрелище. Моряки, рискуя жизнью, спасали тех, кто оказался отрезанным огнем в различных рубках, на мостике и в других местах.

Через несколько минут второй японский самолет поразил авианосец бомбой. К счастью, этот взрыв не привел к значительным потерям. Тем не менее «Суони» был серьезно поврежден, погибло более 100 человек и еще 170 ранено. Однако авианосец остался на плаву, был отремонтирован и снова вступил в строй.

Пока «Суони» горел, другой авианосец, "Петроф Бей", тщетно пытался избежать подобной судьбы. Пикируя почти вертикально, японский истребитель нацелился в центральную часть полетной палубы. Зенитчики вели яростный огонь, пытаясь не допустить его прорыва. И вот — удача! Всего в 150 метрах от корабля взрыв снаряда оторвал истребителю хвостовое оперение. Перевернувшись в воздухе пару раз, самолет упал в море в 15 метрах от авианосца.

Лишь один «Зеро» вернулся на аэродром из этого полета. Летчик доложил о большом успехе: все три камикадзе успешно поразили вражеский авианосец и потопили его. Он сознательно лгал — авианосец получил повреждения, но не был потоплен. С психологической точки зрения ложь японского пилота понять можно: его товарищи отдали свои жизни, и было бы немыслимо утверждать, что их жертвы были напрасными.

Так при подведении итогов атак камикадзе стал практиковаться старый подход — приукрашивание результатов военных операций, которым уже давно грешили все виды вооруженных сил.

К 27 октября из летчиков-истребителей 12-го воздушного флота, переброшенного на Филиппины с Курильских островов, сформировали второе подразделение "специальных атак".

Оно состояло из четырех отрядов: «Чуйю» ("Доблесть"), «Сейчу» ("Преданность"), «Гиретсу» ("Храбрость"), «Дзюнчу» ("Непорочность"). Командиром подразделения назначили капитана Кида Тасухико. Получив сообщение об американских кораблях в заливе Лейте, Ониси отдал приказ нанести по ним удар силами только что созданного подразделения. В течение дня в свой последний вылет отправились пять групп камикадзе общей численностью 14 самолетов, среди которых был всего один истребитель «Зеро». Остальные — бомбардировщики «Сусей» и пикирующие бомбардировщики «Вэл». Их переоборудовали для использования в самоубийственных атаках. Камикадзе сопровождали 20 истребителей. Они вернулись без потерь и доложили, что летчики-самоубийцы повредили линкор, крейсер и три транспорта. Однако американцы утверждают, что не понесли 27 октября никаких потерь от действий камикадзе. В 16–00 с аэродрома Николе Филд стартовала группа «Дзюнчу». Ее командир лейтенант Фукабори Наодзи в полете обнаружил, что у бомбы неисправен взрыватель. Приземлившись на аэродроме Легаспи, он устранил неисправность. Два пилота его группы кружились над аэродромом, ожидая своего командира. К этому времени стемнело, и пилоты группы «Дзюнчу» потеряли связь с другими камикадзе и самолетами сопровождения. Три бомбардировщика «Сусей» кружили в ночи над заливом Лейте. С высоты тысяча метров было сложно что-то различить внизу. Но и тихоходным бомбардировщикам с 500-килограммовыми бомбами ночная темнота оказалась на руку: истребители противника бездействовали, а зенитная артиллерия пыталась обстрелять цели по звуку.

Летчики группы «Дзюнчу» были полны решимости идти до конца, и они направили свои самолеты на корабль, с трудом различимый в темноте. Напрасно Фукабори ожидал взрыва — летчики цель не поразили. Разочарованный, он решил действовать наверняка и приземлился на ближайшем аэродроме Себу.

Полковник Накадзима предложил ему отправиться с другой группой камикадзе, но Фукабори не хотел ждать. Он встал рано утром, привел себя в порядок, вежливо поблагодарил за ночлег, позавтракал и, взяв с собой бенто (небольшую коробку с едой), направился к своему бомбардировщику. Все, чем смог помочь ему Накадзима, — послать четыре «Зеро» для сопровождения.

Лейтенант Фукабори сумел пробраться сквозь плотный заградительный огонь и поразить цель. Повреждения получил легкий крейсер "Денвер".

После неудачных ночных атак 27 октября все операции летчиков-самоубийц стали проводиться только в дневное время. Но разочарование, вызванное невозможностью атак камикадзе ночью, было не таким сильным, как общее недовольство ходом боевых действий. Вечером в этот день Ониси признался Иногути: "Тот факт, что мы прибегли к атакам камикадзе, показывает, как слаба наша стратегия. Камикадзе — безусловно, необычная команда". Адмирал при этом не считал летчиков-самоубийц "чистыми фанатиками". Он характеризовал их как людей, принявших для себя решение, основываясь на "реальности войны".

Ониси только что получил рапорт от лейтенанта Фукабори, который был написан в Себу перед повторным самоубийственным полетом. Рапорт оказался исключительным документом: кроме Фукабори, из летчиков-камикадзе никто и никогда не делился своими мыслями о пережитом. Поразителен дух полного самоотречения пилота. Для него не существует проблемы смерти. Она его нисколько не волнует и не ею заняты мысли пилота:

"Я успешно совершил посадку на аэродроме Себу в 20–30. Намерен вылететь отсюда завтра рано утром и найти приемлемую цель для атаки. Предлагаю следующие наблюдения, которые, я надеюсь, будут полезны для тех, кто последует за мной:

1. Стопор взрывателя от бомбы необходимо тщательно проверять перед вылетом самолета.

2. Загруженный одной 250-килограммовой бомбой и четырьмя 60-килограммовыми, самолет может лететь со скоростью 250 км/час. Зная это, можно рассчитать-точное время старта. Тип корабля распознать невозможно, если достигнешь цели позже 18–20. С воздуха трудно найти цель на море, даже при полной луне.

3. Я уверен, что даже палубный пикирующий бомбардировщик «Вэл» сможет преуспеть в выполнении точно выверенной по времени самоубийственной атаки в сумерках.

4. Я рекомендую осуществлять атаки на рассвете, используя Себу как остановочный пункт. Во время атак на заре меньше шансов быть перехваченными вражескими истребителями, а дополнительное топливо для самолетов увеличит разрушительную силу ударов.

5. Помимо всего прочего, не терять терпения. Ожидать благоприятных условий для атаки. Если пилот теряет терпение, то он оказывается перед необходимостью поразить незначительную цель.

Постскриптум: Счастливая судьба наших пилотов убеждает меня в том, что престиж императора будет вечным. Наши пилоты молоды, но их поведение незаурядно. Нет нужды беспокоиться о выборе летчиков-камикадзе. Желаю вам удачи и здоровья. Сайонара [53]".

День 29 октября стал одним из самых тяжелых для японских вооруженных сил. Самолеты с американских авианосцев всю первую половину дня наносили мощные удары по стоянкам японского флота в Манильском заливе и аэродромам комплекса Кларк Филд. Японский флот получил еще один удар, окончательно сломивший его могущество на Филиппинах. Аэродромный комплекс вокруг Манилы был разрушен до такой степени, что дальнейшее его использование стало невозможным. Американцы уничтожили на земле 13 и сбили в воздухе 71 японский самолет.

[53] До скорой встречи. — Прим. авт.