- Но почему бы тогда просто так не давать магическую силу эльфам? – спросила Гермиона.
- Так давай. Но только сама. От других ты не имеешь никакого права требовать делиться волшебной силой за просто так! Я не собираюсь кормить дармоедов. Это всё равно, что работать, получать зарплату, а вместо того, чтобы заработанные деньги потратить на себя и семью, раздать их бродягам, которые ничего не делают. Бродяг можно изредка подкормить, но нельзя работать лишь для того, чтобы им было хорошо в ущерб себе.
Оставив подростков размышлять над случившимся и сказанным, я отправился назад к добрым и умным Пуффендуйцам.
Выручка с третьего тура турнира на этот раз была намного скромнее, всего семь тысяч с хвостиком галеонов. Надо же так подумать: «Всего»... Когда-то я такие деньги считал непомерно большими.
***
По прибытии домой я решил переговорить с родителями, но вначале решил пообщаться с отцом, поскольку он менее эмоционален, чем мать и как мужчина меня поймёт лучше и правильней. Я чуял, что из-за возрождения Воландеморта у маглорожденых волшебников могут возникнуть неприятности. Если я смогу уберечься, то вот за родственников серьёзно опасался.
- Пап, как вам Тимми? Вы пользуетесь его помощью?
- Сынок, если честно, то нам волшебство чуждо, – ответил отец. – Мы привыкли сами справляться с проблемами, поэтому не звали его. Как у тебя дела?
- Это сложный вопрос. Именно у меня – отлично, но...
- Что-то случилось? – обеспокоенно спросил отец.
- Пап, ты взрослый человек, поэтому должен меня понять. Волшебный мир ни разу не сказочный, он наполнен опасностями. В основном – это волшебники, которые посчитали, что закон им не писан. Честно говоря, все волшебники наплевательски относятся к законам, а обычных людей считают за бесправных животных. В настоящий момент среди магов набирают обороты нацистские настроения, направленные против простых людей. Но это ерунда по сравнению с тем, что возродилась старая террористическая группировка, члены которой считают своей целью истребление волшебников, родителями которых являются простые люди. Конечно, это им не удастся, но вы с мамой можете попасть под удар, пока эту группировку не уничтожат. Я не желаю, чтобы вы пострадали.
- Ничего себе новости! – Отец был шокированным подобным известием. – А ты, сын... Разве тебе это ничем не грозит?
- Буду с тобой честен. Возможно, что я тоже могу оказаться под угрозой, но у меня нет выбора. Или доучиться ещё один год в этой школе магии и получить официальный статус волшебника, или стирание памяти и запечатывание дара, что повлечёт скорую смерть.
- Маме об этом лучше не говори, – сказал отец.
- Поэтому я и говорю с тобой. Вы считаете меня маленьким мальчиком, но хоть это и так, я умею думать головой и зарабатывать деньги. Когда я весной говорил, что заработал на турнире волшебников гору золота, я не шутил. Это на самом деле так. Я покупал продукты в обычных магазинах, нанимал студентов за проценты с продаж и они продавали эти товары с десятикратной и даже с намного большей накруткой. Представь себе спортивное мероприятие международного уровня с многотысячной толпой, где почти полностью отсутствует конкуренция, и ты сможешь прикинуть примерный уровень выручки.
- Сколько? – кратко спросил отец.
- Десять миллионов фунтов выручки.
Реакция отца оказалась именно такой, как я и ожидал. Полный ступор и охреневание...
- Сынок... То есть ты говоришь, что торгуя газировкой, заработал десять миллионов фунтов?
- На газировке столько не заработаешь. Чай и пирожки, виски, пиво, сувениры, фотографии спортсменов, в том числе и слегка эротические. Как тебе кружка с портретом спортсмена по цене двадцать пять фунтов или одна фотография за пять фунтов? При этом продажи шли на тысячи единиц продукции, а стоимость производства ерундовая. Я неплохо развернулся с этим турниром.
- Да уж, – протянул отец. – Не ожидал, что мой сын в четырнадцать лет станет миллионером. Так что там с террористами?
- Влиятельные волшебники, чьи предки были магами, собрались под руководством сумасшедшего мага с манией величия. Они поставили себе целью захват власти в магическом сообществе. Пятнадцать лет назад эта группировка уже устраивала войнушку уровня разборок между мафиози, но с учётом малочисленности волшебников подобные разборки кажутся серьёзной войной для непосредственных участников. Убийства родителей таких волшебников, как я, были нередки. Поэтому вам с мамой надо переехать в другую страну, чтобы хотя бы о вашей безопасности можно было не волноваться. У меня есть знакомый волшебник в Австралии, который поможет с обустройством. Я вам дам пару миллионов фунтов. Этого хватит на долгую и безбедную жизнь.
- Сынок, что ты такое говоришь? – всплеснув руками, с укоризной спросил отец. – Как мы можем тебя бросить?
- Пап, не говори ерунды. Я десять месяцев в году живу в интернате, полном колдунов, в том числе и детей, чьи родители являются членами террористической группировки. Думаю, что террористы не совсем идиоты. Не будут же они нападать на школу, в которой учатся их дети? А на каникулы я лучше поеду к вам в Австралию. К тому же ты говорил о родственниках в США, которые могут оказаться волшебниками. Ты с ними потом спишись, может они возьмут меня на обучение семейным секретам колдовства. А ещё у меня есть слуга-домовик, который может меня телепортировать из опасности в безопасное место. И не стоит забывать, что в школе магии я не просто так штаны просиживаю, а тоже кое-чему научился.
Направляю руку на кресло.
- Леви.
Поднимаю предмет интерьера заклинанием левитации.
- Могу приложить террористов по голове чем-нибудь тяжёлым, а домовик меня телепортирует. А вы обычные люди. Вы волшебника с особым амулетом, который можно официально купить очень недорого в обычной волшебной лавке, не увидите, даже если он будет голым танцевать джигу в метре от вас. Смотри.
Достав из сумки амулет отвода глаз, надеваю его и активирую. Отец с удивлением стал осматривать комнату.
Снимаю амулет и убираю обратно.