— Ты их слышал? — выдохнула она. — Ты слышал этот шум?
— Слышал? — рассмеялся я. — Я его создавал.
Она бросилась мне на грудь, обняла за шею.
— Я тебя люблю.
— Ты только так говоришь. — Я чуть подтрунивал над ней.
— Никогда раньше я никому такого не говорила. — Голос звучал серьезно. — И тем не менее так просто сказать это тебе.
Я поцеловал Каролину. Я тоже ее любил.
— Когда ты среди зрителей, концерт воспринимается совершенно иначе. Но я все время пыталась найти тебя среди моря лиц.
— Я сидел за дирижером. И тоже не видел тебя.
— Я даже подумала, что ты ушел в отель.
— Никогда. Я получил огромное удовольствие.
— Ты только так говоришь. — Теперь она чуть подтрунивала надо мной.
— Нет. Мне нравилось... и я люблю тебя.
— Как же мне хорошо! — Она крепче прижалась ко мне. А я — к ней.
Ночь я провел в номере Каролины, ничего не сказав на регистрационной стойке и не назвав им мои имя и фамилию. Хотя слежка казалась невероятной, я решил не рисковать и подставил спинку стула под ручку двери, когда мы легли в постель.
Но никто не пытался проникнуть в номер, во всяком случае, я не слышал, чтобы кто-то пытался. С другой стороны, когда мы наконец-то заснули, уже далеко за полночь, я так устал, что ничего бы не услышал, даже если бы дверь вышибли или в стене гранатой пробили брешь.
Утром мы лежали в постели с включенным телевизором. Американские программы нам не понравились. Слишком уж часто их прерывала реклама.
— Что ты сегодня делаешь? — спросил я, проведя рукой по ее спине.
— Свободна до четырех часов. Потом репетиция. А в половине восьмого концерт, как и вчера.
— Могу я снова прийти?[37]
— Я на это надеюсь. — Она рассмеялась.
— Я про концерт.
— Можешь, если есть такое желание. Ты уверен? Программа будет та же.
— Но ты же сможешь съесть один и тот же обед два дня подряд?
— Если только его приготовишь ты.
— Очень хорошо. Я хочу прийти и вновь услышать, как ты играешь.
—- Я выясню, удастся ли достать билет.
— Так что будем делать до четырех часов? — спросил я.
Она широко улыбнулась.
— Можем остаться в постели.
[37] Макс говорит: «Сап I come again?» Каролина предпочла истолковать его слова, как: «Могу я снова войти?»