— Я и не знал, что это его пес. — Фельдшер растерянно взглянул на Селию.
— А он и не его, — задумчиво ответила Селия, защищая глаза от солнца, чтобы наблюдать за происходящим.
Она увидела, как ее дочь, спотыкаясь, поковыляла к высокому полицейскому, который что-то быстро сказал ей и легко подсадил в седло Джаспера, а потом, отдавая Берти команду рукой, отправил пса к выступу скалы, чтобы тот кругами носился вокруг возбужденного мерина. Сам пошел по следу, оставленному Берти, и встал неподвижно, как статуя, между лошадью и краем обрыва, приказывая собаке бегать назад и вперед по склону холма, чтобы Стингер не смог рвануть в ту сторону. Тем временем Мэгги развернула Джаспера в сторону карьера и перевела его в легкий галоп. Стингеру, которому на самом деле и выбирать то было не из чего — с одной стороны собака, с другой вертолет, а сзади человек, пришлось принять разумное решение и последовать за другой лошадью в безопасное место.
— Впечатляюще, — пробормотал фельдшер.
— Да, — еще более задумчиво ответила Селия. — Именно так, правда?
Полли Гаррард уже собралась на работу, когда инспектор Гелбрайт нажал на звонок ее входной двери.
— Готовы ли вы ответить на несколько вопросов о ваших отношениях с Кейт Самнер?
— Нет. Опаздываю на работу. Можете пойти со мной в офис, если хотите.
— Прекрасно, если вам так удобнее. Хотя вам, может, и неприятно — кто-то хочет залезть вам в душу…
— К черту! — мгновенно отреагировала Полли. — Я знала, что это произойдет. — Она шире открыла дверь. — Вам лучше войти, — она прошла в крошечную гостиную, — но надолго не задерживайте меня. Максимум полчаса, идет? В этом месяце я уже дважды опаздывала, у меня закончились все причины.
Она примостилась на диван с краю, приглашая инспектора сесть рядом. Повернулась к нему лицом, подогнув одну ногу под себя так, что юбка бесстыдно задралась, а грудь почти оголилась.
Поза продуманна, отметил Гелбрайт, опускаясь на диван. С этой стройной молодой женщиной, с пристрастием к обтягивающим теннискам, изобилию косметики и синему лаку на ногтях, Анжела Самнер не смогла бы поладить, если бы она стала ее невесткой вместо Кейт, подумал Гелбрайт. Со всеми своими настоящими и воображаемыми грехами Кейт, казалось, вполне соответствовала роли жены Уильяма, даже при отсутствии воспитания, образования и других необходимых навыков, что должно было удовлетворять ее свекровь.
— Мне нужно расспросить о письме, которое вы написали Кейт в июле, упоминая некоторых коллег. — Гелбрайт вынул фотокопию послания из нагрудного кармана. Он расправил его на колене и затем подал ей. — Помните?
Она быстро прочитала, затем кивнула:
— Да. Я звонила много раз почти неделю, но не дозвонилась. Подумала: черт подери, чем она так занята? Тогда набросала несколько строчек и попросила позвонить мне. — Полли демонстративно поморщилась от раздражения. — Не то чтобы Кейт постоянно звонила мне. Она послала просто небольшую отписку, сообщая, что позвонит, когда сможет.
— Эту?
Он подал ей копию черновика ответа.
— Думаю, да. Это то, что было в письме, почти слово в слово. Оно было на каком-то листке, вырванном из блокнота, с надписью наверху, хорошо помню. Мне было противно, что Кейт не удосужилась написать вполне приличное письмо. Правда в том, что она не хотела моего приезда. Думаю, она боялась, что я буду смущать ее перед новыми друзьями в Лимингтоне. Что скорее всего и произошло бы, — добавила она в порыве откровенности.
Гелбрайт улыбнулся.
— Вы были у них в гостях, когда они только переехали?
— Нет. Меня никогда не приглашали. Кейт твердила, что я смогу приехать сразу после того, как она закончит убранство дома, но, — девушка состроила еще одну гримаску, — все это был предлог, чтобы не допустить меня к ней. Я и не возражала. Дело в том, что я, наверное, поступила бы точно так же, будь на ее месте. Кейт переехала, новый дом, новая жизнь, новые друзья…
— Но она полностью не переехала, — заметил инспектор. — Вы продолжали работать с Уильямом.
Полли рассмеялась.
— Я работала в одном здании с ним, — поправила она, — и каждый раз Уильям строил недовольную мину, когда я говорила всем и каждому, что он женился на моей близкой подруге. Знаю, что это неправда, но… На самом деле мне Кейт нравилась и все такое, но она не относилась к категории женщин, которые могут стать близкими подругами, если вы понимаете, о чем я говорю. Слишком замкнутая… Нет, я-то просто хотела вызвать раздражение у Уильяма. Он думает, что я настоящая дрянь, он был на грани смерти, когда услышал, что я собираюсь навестить Кейт в Чичестере и встретиться с его матушкой. Не удивляюсь — Боже, она старая бой-баба. Нотации, нотации, нотации… Сделай это. Не делай то. Откровенно говоря, я бы вывезла ее из дома и оставила прямо перед автобусом, будь она моей свекровью.
— Такая возможность была когда-нибудь?
— Ха! Нужно быть в постоянном коматозном состоянии, чтобы выйти замуж за Уильяма Самнера. У парня столько же сексуальной привлекательности, сколько у репы.
— Так что же Кейт разглядела в нем?
— Деньги.
— Что еще?
— Ничего. Немного классный, наверное, холостой парень, бездетен, с деньгами, это она и искала. И получила холостого парня без детей, но с деньгами. — Она вскинула голову, развлекаясь выражением недоверия у него на лице. — Однажды она рассказала мне: его член даже в возбужденном состоянии напоминает скорее неотваренную сосиску, чем жезл. Поэтому я спросила, как же все происходит. Она ответила, что с помощью пинты детского жидкого крема и ее пальца в его чертовой заднице. — Она опять хихикнула, заметив, как Гелбрайт поморщился. — Ему это нравилось, черт подери! Зачем же тогда нужно было жениться, при его-то матери, брызгающей ядом повсюду? Хорошо, может, Кейт и хотела денег, но бедняге Уилли нужна была просто уличная девка, которая бы превозносила его до небес, независимо от того, есть у него какие-нибудь достоинства или нет. Все шло даже лучше, чем они мечтали, ведь оба получили то, что хотели.