Разрушитель: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Самнер слегка покраснел, словно его поймали на лжи.

— Она всегда была немного… скажем, странная. Я думал, либо она страдает аутизмом, либо глухая, поэтому мы делали всякие анализы и тестирования. Но педиатр сказал, что нарушений нет, посоветовал проявить терпение. Он пояснил, что дети очень изобретательны. Если Кейт будет меньше бегать за ней, девочка будет вынуждена просить то, что она хочет, и проблема исчезнет.

— Когда это было?

— Около полугода назад.

— Имя вашего педиатра?

— Доктор Аттуотер.

— Кейт последовала его совету?

Он покачал головой:

— У нее не лежало сердце к этому. Ханна всегда заставляла ее понимать, чего она хочет, и Кейт не видела смысла насильно заставлять ее заговорить раньше, чем она будет готова к этому.

Гелбрайт записал имя педиатра.

— Вы умный человек, мистер Самнер. Я уверен, вы знаете, почему я задаю такие вопросы.

На усталом лице мужчины промелькнуло подобие улыбки.

— Да, конечно, я понимаю. Моя дочь кричит всякий раз, когда видит меня, моя жена имела большие возможности вести себя нечестно по отношению ко мне, потому что я совсем мало бываю дома. Я злюсь, поскольку не хотел переезжать в Лимингтон, закладная на этот дом слишком велика, мне хотелось бы освободиться от нее. Кейт чувствовала свое одиночество, потому что не заводила много друзей, и… жен чаще в ярости убивают их партнеры, чем посторонние мужчины в пылу страсти. — Он устало усмехнулся. — Единственное, что говорит в мою пользу, — железное алиби. Поверьте, бóльшую часть ночи я провел, благодаря Господа за это.

В соответствии с правилами, определяющими срок задержания в полиции, ограничивается время задержания человека без предъявления обвинения. По мере того как проходили часы, напряжение у полицейских, ищущих доказательства против Стивена Хардинга, возрастало. В глаза так и лезло отсутствие доказательств. Пятна на полу каюты оказались следами рвоты, вызванной виски, группа крови — А — совпадала с группой крови Хардинга. Тщательное обследование лодки не помогло обнаружить доказательств того, что акт насилия совершен на борту его судна.

Если заключение судебно-медицинского эксперта было правильным: «Посинение от ударов и ссадины на спине (наиболее выраженные на лопатках и ягодицах) и внутренней части бедер, что характерно для принудительного полового акта на твердой поверхности, например, на палубе или на полу, не покрытом ковром, некоторая потеря крови из ссадин во влагалище», — то на деревянной обшивке палубы и/или салона, и/или каюты должны были сохраниться следы крови, ткани кожи или даже следы спермы, оставшейся в пазах соединений или под деревянными планками. Но никаких следов обнаружено не было. Высохшую соль в изобилии соскребали с обшивки палубы, хотя это служило косвенным доказательством того, что Хардинг промывал всю лодку морской водой, пользуясь щеткой, чтобы уничтожить следы преступления, но то, что на лодке, выходящей в море, можно найти высохшую соль, не требовало никаких доказательств.

Учитывая более вероятную возможность, что на твердой поверхности было расстелено одеяло или ковер перед тем, как Кейт принудительно опустили на нее, был исследован каждый кусок ткани, имеющейся на борту, но результаты оказались отрицательными, хотя более чем очевидно было то, что все такие предметы должны были быть выброшены за борт вместе с одеждой Кейт и всем тем, что связывало ее с лодкой. Тело Кейт обследовали дюйм за дюймом еще раз в надежде на то, что отдельные занозы, связывающие ее с «Крейзи Дейз», могли застрять под кожей. Но либо воздействие морской воды на открытые раны, при котором они обдирались еще больше, смыло все доказательства, либо их никогда там и не было. Такая же история и с ее сломанными ногтями. Если что-нибудь вообще было под ними, оно уже давно исчезло.

Только на простынях в каюте имелись пятна от спермы, но так как постельное белье очень давно не стирали, невозможно было сказать, являются ли эти пятна следствием недавнего полового акта. И действительно, поскольку на подушках и постельном белье было обнаружено только два чужих волоса, ни один из которых не принадлежал Кейт, хотя оба были светлые, пришли к заключению, что Стивен Хардинг вовсе не такой уж неразборчивый альфонс, каким его представил начальник порта, а фактически одинокий мастурбатор.

В шкафчике возле кровати было обнаружено небольшое количество конопли и масса неоткрытых презервативов вместе с тремя разорванными упаковками «Мейтс», но без содержимого. Не обнаружены использованные презервативы. Каждый ящик, шкафчик были проверены на наличие бензодиазепина, рогипнола и/или любого снотворного средства. Не найдено ничего.

Несмотря на тщательный поиск порнографических снимков и журналов, ничего не обнаружено. Последующий обыск машины и лондонской квартиры Хардинга также не дал ожидаемых результатов, хотя в квартире нашли 35 фильмов для взрослых. Однако все они были в широком прокате.

Полиция получила ордер на обыск дома Тони Бриджеса в Лимингтоне, но и там не было ничего, в чем можно обвинить Стивена Хардинга или связать его или кого-то другого из находившихся там с Кейт Самнер. Несмотря на широкий опрос, полиция не могла обнаружить других помещений, принадлежащих или используемых Хардингом, исключая лишь единственный эпизод, когда видели, как он разговаривал с Кейт возле магазина «Теско» в субботу утром.

Был отпечаток пальца и ладони, что доказывало присутствие Кейт и Ханны Самнер на борту «Крейзи Дейз», но на них наложилось слишком много других отпечатков, некоторые принадлежали Стивену Хардингу, хотя полицейские из бригады по осмотру места преступления уверяли, что визит был нанесен совсем недавно.

Интерес значительно возрос, когда в салоне было снято 25 различных комплектов отпечатков пальцев, исключая отпечатки пальцев Карпентера, Гелбрайта, Кейт, Ханны и Стивена, по меньшей мере пять из которых были достаточно маленькими и соответствовали детским, совпадающим с отпечатками пальцев, снятыми в доме Бриджеса, но в каюте они почти не повторялись, там их было очень мало. Из этого следовало, что Хардинг развлекал гостей на борту лодки, хотя характер этого развлечения остается тайной. Актер заявил, что всегда приглашает приятелей по мореплаванию в салон, когда швартуется на причале, а при отсутствии каких-либо противоречащих доказательств полиции пришлось принять его объяснение. Тем не менее у них сохранился интерес к этому эпизоду.

Учитывая, что в камбузе нашлись яблоки и сыр, это казалось зацепкой, поскольку последней едой Кейт Самнер были именно эти продукты, пока судебно-медицинский эксперт не заявил, что невозможно сопоставить полупереваренную пищу с конкретной покупкой. Яблоки гольден из магазина «Теско», переваренные в желудочном соке, показывали те же результаты, что и яблоки гольден из магазина «Сейнзберри». Даже детский нагрудник оказался неубедительным доказательством, когда отпечатки пальцев, снятые с пластиковой поверхности, продемонстрировали, что, хотя Стивен Хардинг и двое других, личности которых не установлены, трогали его, Кейт Самнер не дотрагивалась до этой вещицы.

Сообщение Ника Ингрема привлекло внимание к единственному рюкзаку, найденному в лодке, — черному, треугольной формы, с горстью фантиков от конфет на дне. Ни Пол, ни Дэнни Спендеры не могли дать точное описание рюкзака. Дэнни говорил: «Большой черный…», а Пол: «Довольно большой, кажется, зеленый…», но даже отдаленной подсказки о содержимом рюкзака в воскресенье утром, о том, что помогло бы идентифицировать его с рюкзаком, который видели мальчики, не было.

Стивен Хардинг, который, казалось, был сбит с толку интересом полиции к его рюкзаку, заявил, что именно этим рюкзаком он пользовался в тот день. Объяснил, что оставил его на склоне холма, потому что в нем была литровая бутылка воды — он не мог тащить его вниз на лодочную стоянку просто для того, чтобы потом снова вместе с ним подниматься вверх по склону. И далее сказал, что полицейский Ингрем ни разу не спросил о рюкзаке, поэтому он и не упоминал о нем в тот раз.

Последней каплей, переполнившей чашу подозрений полиции, стало сообщение кассирши из магазина «Теско», расположенного на Хай-стрит в Лимингтоне, которая работала в предшествующую субботу.

«Конечно, я знаю Стива, — сказала она, взглянув на фото. — Он заходит каждую субботу за продуктами. Видела ли я, как он разговаривал со светловолосой женщиной и ребенком на прошлой неделе? Конечно, видела. Он заметил их, когда уже собирался уходить, и сказал: „Черт!“ А я сказала: „В чем проблема?“ А он сказал: „Я знаю эту женщину. Она хочет поговорить со мной, потому что всегда так поступает“. Тогда я сказала, подумав, что та ревнивая: „Она хорошенькая“. А он ответил: „Забудь это, Дон, она замужем. В любом случае я тороплюсь“.

И он был прав. Она все-таки заговорила с ним, но он не задержался. Просто показал на часы и ушел. Хотите знать мое мнение? У него было что-то намечено, и он не мог отложить это. У нее совсем испортилось настроение, когда он ушел, но я не осуждаю ее. Стив довольно привлекательный. Я бы сама пошла за ним, не будь я трижды бабушка».

Уильям Самнер заявил, что ему мало известно о ведении хозяйства в коттедже, а также о регулярных передвижениях жены.

— Меня не бывает дома по двенадцать часов в сутки, с семи утра до семи вечера, — сообщил он Гелбрайту. — Я был в курсе ее повседневных дел в Чичестере, возможно, потому, что знал людей и магазины, о которых она говорила. Все запоминается лучше, когда узнаешь имена. А здесь все по-другому.