Тайны пропавшей цивилизации: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

«Как вы относитесь к Сталину?» Как к исторической личности. Вот его деяния: Сталин национализировал (ликвидировал) частную собственность, уничтожил зачатки демократических институтов, создал государство тоталитарного типа. Но при нем же был невиданный взлет экономики, инженерной мысли и т. п. «За счет рабского труда и репрессий», — скажете вы, но это уже совсем другой разговор и о совсем другом государстве. Поэтому я пропускаю целый исторический отрезок и сразу перехожу к 19 августа 1991 года. В этот день в государстве случились события, которые впоследствии назовут путчем ГКЧП. Страна бурлила. Я тоже каждый день ходил на Исаакиевскую площадь и ловил новую информацию. Я понимал, что сейчас мы находимся в верхней точке: куда качнет, туда и пойдем. Обстановка была такая напряженная, что я тогда прочувствовал, как происходила Октябрьская революция. Ситуация и настроение масс были аналогичными.

Ситуация подогревалась отсутствием продовольствия, магазины с пустыми прилавками, как в фильме ужаса. Карточки почти на все продукты: мыло, масло, колбасные изделия (полкило на месяц), ограничили продажу хлеба. В городе хозяйничали мазурики. Все как в революционном 1917 году.

В стране бушевали жуткие страсти — одна за другой республики объявляли о своем суверенитете. 25 декабря Горбачев подал в отставку, 26 декабря над Кремлем был поднят трехцветный государственный флаг Российской Федерации. Совет Республик провел свое последнее заседание и принял декларацию, в которой объявил о прекращении существования СССР.

В то время я поймал себя на мысли, что в русской революции семнадцатого года мне все стало абсолютно понятно и близко. История повторилась.

Я живу в удивительное время. Сотни лет люди жили и не могли даже предположительно знать, куда идет земная цивилизация. Мне дано было увидеть конец заселения человечеством Земли. При моей жизни человек полетел на реактивной тяге в космос, сел за компьютер, открыл структуру ДНК… Я видел конец величайшей человеческой авантюры — коммунистической идеи и видел становление ООН — прообраза Мирового парламента. Вот уже объединилась Европа… Все идет к созданию единой страны под названием «планета Земля». Земля будет едина, хотим мы этого или нет; и этот процесс не остановить — такова логика развития человеческого общества.

Вся история человечества — от мировой катастрофы и до сего дня — лежит перед моими глазами. Для нормального человека временное расстояние даже до Екатерины II обычно находится за пределами его хронологдческого разумения. Но давайте посмотрим на «времен связующую нить», взглянем на время, так сказать, «другими глазами»: я родился в 1960 году, мой отец — в 1923, дед — в 1885, прадед — в крепостной России при Александре II, а прапрадед — до войны с Наполеоном! А ведь прадед и прапрадед — это прямой временной отрезок, при котором возможно совместное существование. Живы и поныне здравствуют прадеды и прабабки моей девятилетней дочери, они — современники. Так долга ли человеческая история?

Я достаточно еще молодой человек, но (страшно подумать) я существовал на этой планете вместе с Буденным, Ворошиловым, Молотовым, Папаниным, Шолоховым, Пастернаком, Ахматовой, Козловским, Шостаковичем… Когда умер один из лидеров Февральской революции 1917 года (по нынешним понятиям — запредельная древность), глава Временного правительства А.Ф. Керенский, мне было десять лет! Так долга ли человеческая история? Еще живы на земле люди, которые родились до Русско-японской войны 1904 года. Так долга ли, спрашивается, человеческая история?

Все значительные открытия человек сделал за последние триста лет. Даже в области механики, в области движения тел! Если бы данные земные условия существовали со времени сотворения Земли, то закономерен вопрос: а что же в таком случае делал человек в течение нескольких миллионов лет? Он что, глуп был безнадежно, и только в последние триста лет вдруг начал открывать для себя здание мира? Нет, я ясно вижу: человек только еще познает новые, создавшиеся после двух катастроф условия. Мир молод. И я чувствую себя участником великого преобразования.

Да, человечество пойдет далее и будет удивляться новым деяниям своих рук и своего ума, но уже никто не сможет пережить то чувство рубежа эпох, которое дано моему поколению. Я живу уже в двадцать первом столетии, но, говоря «в прошлом веке», все еще по привычке имею в виду век девятнадцатый — век Наполеона и Кутузова, Гете и Линкольна, Карла Маркса и Бисмарка, век Ампера и Вольта, Пушкина и Тютчева.

Оратор римский говорил

Я не устаю повторять европейцам, охающим, на нас глядя: «Господа, не надо из нас дикарей делать, и не надо охать — в России не было ничего такого, чего бы не знала история Европы. Только вы прошли все несколько раньше нас, так как имели время вариться в своем собственном, национальном соку на ограниченном пространстве, а мы в это время были заняты другим делом — заселяли гигантские евразийские территории, продвигаясь к Тихому океану. И вот теперь — мы в анусе, а вы произносите свой бюргерски-добропорядочный «ох» и морщите нос». Но, как говорил в начале XX века один «кремлевский мечтатель»: «Дайте время — и вы не узнаете Россию!»

Нам нужно заставить полюбить себя любимых, приучиться к порядку, заставить чувствовать себя счастливыми. Государственной идеей может стать патриотизм (единая общероссийская национальная идея не может существовать по определению, так как Россия — многонациональная страна).

Завершился многовековой путь расползания людей по Земле — от средиземноморского центра и до тихоокеанских окраин, только так и никак не наоборот.

Россия на протяжении всего своего существования, занимая гигантские территории, не держала регулярных войск на оных. Вспомните, что еще в начале века прошлого (еще живы те, кто родился в то время) Россия должна была два месяца везти свои войска в Маньчжурию на войну против Японии. И такое гигантское территориальное образование не распалось на малые государства. Почему? Да потому, что это шло бы в разрез логике заселения земной поверхности.

И вот теперь все. Круг замкнулся. Уже сейчас мы находимся в обскурационной фазе — вымираем, и об этом вымирании нас Л.Н. Гумилев еще в 1963 году предупреждал, но мы как всегда отнеслись к этому безалаберно: не про нас это, дескать. Оказалось — про нас!

По данным ЦСУ за 1999 год, нас каждый год становится меньше на 750 тысяч человек. По данным Института демографии — на 1200 000. И вот сейчас вымрут «не любящие жизнь», и лет через сорок-пятьдесят начнется пассионарная фаза, сопровождающаяся демографическим взрывом. Так было в истории всегда, так будет и с нами — мы не исключение. И мы не евреи, которые благодаря правильно выбранным жизненным ценностям и ориентирам, победили само Время.

А вот тем, кто несет в себе зачатки нового этноса с его психологией выживания и любви к жизни, помочь просто необходимо, но это возможно только при условии, что руководить страной придет очень умный и порядочный человек. Патриот. И, кажется, он уже пришел…

Я верю в мою Россию. Опять хочу вспомнить слова болгарской ясновидящей Ванги.

Самый известный ее прогноз о России записан советским писателем Валентином Сидоровым в 1979 году:

Россия всегда существовала только с открытыми границами, страна принимала всех желающих здесь жить и работать. Именно поэтому русские представляли собой многонациональную мешанину. Именно поэтому иностранные предприниматели с началом своей коммерческой деятельности, платя налоги, оседая на этой земле, проводя здесь всю жизнь, de facto становились русскими. Для их же детей Россия уже была больше, чем государство, в котором они жили, она была их РОДИНОЙ! Вдоль Большой Невки тянется ряд заводов: «Новый Лесснер», «Русское Рено», «Русский Дизель», «Нобель»… Все они работали на процветание и укрепление могущества России.

В Первую мировую войну германцы, расстреливая российских военных, давали возможность выйти из строя и сохранить себе жизнь людям с немецкими корнями. И германцы никак не могли понять, почему какой-нибудь фон Кнюпфер или Крафт предпочитают принять смерть вместе со своими солдатами и матросами, заявляя (иногда еще с сохранившимся акцентом): «Я — русский офицер, честь имею!»

Россия была открыта для всех. И будет хорошо, если нынешняя Россия снова станет на этот единственно правильный для нее путь, который спасет ее от уже близкой гибели.

Россия уже не может прогрессировать только в условиях стресса. Время созидания через разрушение, кстати, характерное для «взрослеющих» держав, уже прошло. Это раньше российский канцлер Горчаков мог ответить Бисмарку на вопрос, что делает Россия после поражения в крымской войне: «Россия сосредоточивается». Такие сосредоточения заканчивались резким подъемом национального духа, экономики, военной мощи. А теперь это не пройдет, для того, чтобы выжить, нужен стереотип поведения больного: жалеть себя любимого.

Да, нам сейчас нужны ориентиры, но не религиозные — с Богом мы как-нибудь сами разберемся, а жизненные ценности и стереотипы. Демократический мир долго требовал от нас открыть «железный занавес». Открыли. Мир в ужасе завопил: «Скорее закройте». Но те, кто имеет возможность выезжать, уже приносят в Россию образцы цивилизованного образа жизни.

Мы перерождаемся. Уходит «русский» период, наступает «российский». Образуется новая культура, новый суперэтнос — россияне. И уже пора вводить в европейские языки новое слово «der Rossijan, pi. die Rossijanen», «the rossians», чтобы прецизировать, где речь идет о русских как о национальной группе, а где о конгломерате народов, населяющих Российскую Федерацию.

Жуткие испытания пришлось пережить моей стране. Унижения последних десятилетий и нищета пока не позволяют нам возвыситься нравственно. Но я жду и надеюсь, что когда-нибудь русские (в этно-историческом понимании этого слова) обратят внимание на себя, на свой быт, культуру, национальное самосознание, и возникнет новая, никогда еще не существовавшая на российской земле данность — русская нация, хотя и немногочисленная, но добрая, мудрая, уважающая себя и других.

Санкт-Петербург 2002–2006 гг.

Использованная литература

Абрамович Марк. Семь дней творения Email: ama@isracom.co.il

Барро М. Торквемада. СПб. Типогр. Эрлихъ, 1893.