— Я великий вождь! Я иду в свой кудо! Никто не остановит меня!
Потом вытолкнул женщину-полонянку:
— Это — выкуп. За проход.
Не понял. Он меня, что — за придорожного «мытаря» принял?
Женщина в годах, русская, хорошо одетая. По повадкам — из вятших.
— Ты кто?
— Я — княгиня Ольга.
Кто-о?!
Хорошо, что я не страдаю косоглазием. А то у меня глазки так бы и… заскочили. И не ел с утра — заворот кишок тоже не грозит.
Теперь — то же самое, но помедленнее.
— Святая и равноапостольная?
Тут уже она на меня вылупилась. Потом хохотать начала. Пальцем показывать. Отсмеялась, объясняет:
— Я — княгиня Черниговская, вдова князя Владимира Давыдовича, мать князя Вщижского Святослава Владимировича…
— Магога?! Изя Давайдович — тебе деверь?!
Снова удивилась, посмотрела оценивающе:
— Что ж, хорошо, что и среди поганой мордвы слава князей из дома Рюрика известна. Вели вернуть мне моих служанок и вещи. А этого… хамло крашенное с бубном, вели казнить. За неуважение, за вольности и непотребство, к русскому княжескому дому явленные. Муж мой за это тебя пристойно наградит.
Факеншит уелбантуренный! Сословно-любовно-этнический…
— Ты — жена хана Башкорда?!
Она покровительственно улыбнулась, смерила меня взглядом, милостиво добавила:
— И вели шатёр поставить. Не пристало всякой… чуди белоглазой на княгиню русскую зенки вылуплять.
Я… как-то растерялся. Но вид суетящихся на засеке мордвинов напомнил о насущном:
— Э… А где Башкорд?
Она отошла уже шага на три, полуобернулась, бросила через плечо:
— Хан-то? По делам отъехавши. Скоро прискачет. Да не боись ты. Как он эту… из чащоб вылезшую погань… посечёт, да тебя к нему приволокут — я словечко замолвлю. Кыпчаки-то — не звери лесные. Погоняют плетями малость для острастки, да и отпустят. Шатёр вели. Да прогреть добре — замёрзла я малость.
Она была абсолютна уверена в своём праве приказывать, в безусловной обязанности окружающих исполнять её требования, нестись по мановению её руки, стремиться прислуживать, угождать ей.
«Живенько! На цырлах! Плетями — только малость. Чисто для острастки»… Настоящая русская княгиня, аристократка до кончиков ногтей и волос.
— Стоять.
— Что?! Ты что, сбрендил, забыл перед кем стоишь?! Мурло бродячее! Я княгиня! Из дома Рюрика! Понял, пёсьий сын?!
— Ты не княгиня. Ты — не рюриковна. Ты блудливая сучка средней потрёпанности. Вшивая подстилка из юрты шелудивого поганого. Ноготок, взять, взбодрить, ободрать.
Кто-то не только из пленников, но и из мордвы, попытался возражать. Пришлось потянуть со спины «огрызки». Сбоку, с кучи валежника поднялась косматая голова крокодила — Курт зевнул, облизнулся и демонстративно приступил к ожиданию. Сейчас можно будет поохотиться на этих глупых обезьян в овечьих шкурах.