Стриптиз: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Новгородская Двинская земля с пол-пинка — не завалится. Потихоньку-полегоньку. Чуть просядут по деньгам, по людям тамошние погосты. А вскоре и мои люди туда заявятся.

По оценке, «северные товары» где-то на 90 % уходят на юг. По путям «из варяг в греки» и «из варяг в хазары». Это ещё не после-Батыевы времена, когда почти весь Новгородский торг будет сориентирован на Балтику, на Ганзу.

Если я закрою им половину экспорта… хотя бы — треть… Если 12–15 из 30–40 старинных боярских новгородских родов волком взвоют от намёка на похудание их кис…

«Кто раньше ел икру столовой ложкой, теперь использует чайную».

Забавно будет посмотреть.

В целом — понятно. Принцип, который я уже озвучивал. «Нам от вас ничего не надо. У нас всё есть». Но мы можем посмотреть друг на друга. «Пощупать воз не вредно». Если, чисто из уважения, я назову цену, и она вам подойдёт, то мы… обменяемся. А если нет, то… «мы все — свободные люди».

Повторю: концепция «фри трейд»», идея «свободы конкуренции» — здесь вызывают бешеную злобу торговцев. В каждом месте есть масса ограничений. Технических, юридических, властных. Не имеющих отношения к соотношениям цена/качество и спрос/предложение. Привилегии, монополии, картельные соглашения, устоявшиеся связи, родство, цеха, землячества…

Просто придти и сказать:

— А вот я здесь продавать буду…

можно.

Вот уйти после этого целым… вряд ли.

В начале мая караван из девяти ушкуев вытолкнулся в Волгу. Я проводил их до Городца — новый форпост Всеволжска требовал присмотра. Наобнимались, нацеловались, нарыдались на прощание… Они ушли, а я остался. Посреди этих… кротовых нор. Которые — посад городецкий.

Предсказать прохождение такого каравана — невозможно.

«Домашняя дума в дорогу не годится» — русская народная.

О каждом подобном торговом предприятии можно сочинять саги и складывать былины. Что, кстати, и делают:

Это — про Илью Муромца, когда он каменных надписей начитался. География у «казака старого» — разнообразная.

Беня не настолько «добрый молодец», с камней на дорожных развилках инфу не считывает, да и «грязей смоленских» пока нет. Что радует — нет и «сорока тысяч разбойников». Есть, однако, другая напасть — «ушкуйники новгородские». Не из тех, кто как увидит — сразу «сарынь на кичку!» — орёт. Но тоже… «сильно вольные люди». В смысле: отморозки отвязанные на прогулке.

У устья Унжи Бенина эскадра наскочила на новогородский караван.

Нормальный ежегодный караван в два десятка ушкуев. Полтысячи здоровых мужиков. В иные времена такие караваны города брали и царства по кочкам разносили. А уж как они выжигали Ярославль, Кострому, Нижний… я про это уже…

Встретились бы караваны на фарватере — сразу сцепились бы.

— А кто это, кроме нас — вольных людей новогородских, по нашей Волге ходить себе позволяет?!

По счастью — новгородцы стояли на берегу, вели торг с вылезшими с Унжи мерянами.

Беня, совершенно естественно — стереотипы поведения мелкого торговца, воспитанные десятилетиями предыдущей жизни, всплывают мгновенно — решил быстренько мимо «гостей» проскочить и бегом-бегом…

«Огородами-огородами… ушёл к Котовскому».

Но Кастусь возмутился.

— Это что ж? Мы — струсили?!

А Сигурд поплямкал и обосновал:

— У нас — гребцов некомплект, ушкуи гружёные. А они барахло на берег выкинут и десятком пустых лодеек… с переменой гребцов… Да и Кострома та… Защиты от них не получить, а до Ярославля… сдохнем на вёслах.

Беня, сколько бы он себя пяткой в грудь не бил, а с детства впитал: князю и ярлу говорить «нет» — нельзя.

Кукиш в кармане — можно. Но вслух… Потом… где-то как-то… шёпотом за углом…