Счастье первой тропы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Нет! — Григорий с любопытством взглянул в лицо Виктора Витальевича.

— Черт бы побрал эту зиму и этих снабженцев! — пытаясь сдержаться, но все же выходя из себя, сказал Жарков. — Всегда на стройках чего-нибудь не хватает! Хроническая наша болезнь! Великое дело задумали. Да и здесь ли, на таком просторе не размахнуться?! И — на тебе! Из-за головотяпов зимой приходится кое-где землю вручную долбить! Технику не всю еще подвезли, а фундамент для электрического цеха закладывать надо!

Они со скрипом вминали веселый, утренний, слепящий снег, и Жарков уже увлеченно заговорил о том, как будет здесь через несколько лет, о том, что в 1962 году Шелехов даст стране первый сибирский алюминий.

Каменная холодность с лица Виктора Витальевича постепенно исчезала, лицо будто оттаяло, глаза юношески засверкали.

— Ведь вы же со студенческой скамьи, а здесь такой простор, о каком вы могли только мечтать! Здесь будут улицы, кварталы, двухэтажные, трехэтажные, четырехэтажные дома, будет свой завод железобетонных изделий, своя промышленная база, масса подсобных предприятий. И все во имя того, чтобы здесь, невдалеке от саянских хребтов, — вон они, видите? — так вот, чтобы здесь был создан первенец сибирского алюминия. Я сплю и вижу этот алюминий. Так, наверное, поэту чудятся строфы будущей поэмы. Вы чего улыбнулись?

— Это я своим мыслям.

— Ну что ж! А я не скрываю, что восторженно отношусь к жизни, и убежден, что самые счастливые — восторженные!

«Влюбленные в свое дело», — невольно поддаваясь обаянию Жаркова, хотел уточнить и не решился Григорий.

— Вот теперь я знаю, чему вы улыбаетесь! Впрочем, надо чаще улыбаться. Улыбка и землю может согреть! Тогда легко все, даже самое трудное. Узнаете, какие здесь чудесные люди!

Я уже сейчас вижу, как здесь раскинется первый цех. Воздвигнется! Это же целый заводище! Работы предстоят огромные. Но и цель этого стоит — алюминий. Бывшая медвежья Сибирь превращается в Сибирь, плавящую алюминий. Ради этого не жаль ни сил, ни времени.

Жарков замолчал, увидев мальчишку лет семи, который не спускал с него глаз.

— Ну что, товарищ Николай Колов, — стараясь сохранить серьезность при виде смешных веснушек и сияющих голубых глаз, спросил мальчишку Жарков. — Построим город Шелехов?

— Так он же еще и не поселок. Еще вон палатки стоят.

Жарков снял рукавицы, завязал малышу тесемки ушанки, шутливо провел указательным пальцем у него под носом. Колька шмыгнул и, размахивая руками, побежал к палаткам.

— Любознательный парнишка, способный. А вот отец у него выпивает, — Жарков помолчал. — Вы назначаетесь мастером, будете руководить бригадами землекопов и каменщиков. Легкого не ждите.

Из-под лома отколупывалась горстка льда, ноготок льда, кристаллик. Еще удар, и лом скользнул мимо, едва не задев кургузого, опаленного носка подшитого валенка. Над валенками спортивные шаровары, над ними с обмерзшими краями коричневая старенькая юбка, а поверх — пальто.

Лицо девушки укрыто серой шалью, она рогата, эта шаль, видно, что под ней другая. Лицо перечеркнуто полосой сажи, а из-под сажи алеют выпуклые щеки. Кажется, и брови черны не сами по себе, а наведены сажей. На ресницах кое-где и впрямь хлопья. Губы улыбаются.

Одеты девчата примерно одинаково. У одних в руках ломы, у других лопаты, у третьих кирки.

Глядя на эту бригаду в пятнадцать девчат, Григорий сквозь грязные рукавицы как бы увидел их нежные руки. «Такие руки надо рисовать на картинах, а они ломы, заступы держат! Нет пока и компрессоров! Нет газа, чтобы землю разогреть. Электроэнергия не подведена. Клин-бабы нет, чтобы долбить эту землю не так, как тысячу лет назад. А эти вот девчата работают, и хоть бы что. И кто их гнал сюда? От мамы, от папы? Что здесь нашли? Да и что пока заработают? Но я-то чего разнылся! Сам просился на самый трудный участок».

— Здравствуйте! Вот ваш новый мастер Уралов Григорий Николаевич! — представил Жарков. — С ним будете работать! — пожал руку новому мастеру и ушел.

«Значит, долбить промерзлую, стальную землю под фундамент электролизного цеха. А храбрые девчата! Носа не вешают!»

— Ну что ж, копать будем! — неожиданно хрипло приказал он, тут же соображая, что допускает ошибку: надо бы сперва познакомиться.

Девушки, точно не слыша его, отошли по одной к маленькому костру. Над серым дымом они протягивали окоченевшие руки.

Теряясь, но пытаясь овладеть собой, Григорий распоряжался:

— Расчистим под линию снег, а потом на этом месте через каждые четыре метра будем копать ямки, — и добавил: — девочки.

«А может, зря я их так ласково называю?»

Люда, которую он увидел первой, рассмеялась. С припухлыми, нежно очерченными тубами, стройная даже в телогрейке, она поинтересовалась шутя:

— А сколько, мастер, ямка стоит?