Намывание островов (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

2012 — Олимпиада в Англии

В результате десятилетие 2008-2018 становится каким-то даже неприличным триумфом «проанглийских» государств, если, конечно, считать триумфом проведение у себя дома больших спортивных соревнований. За десять лет страны БРИКС получают шесть из девяти турниров, ещё два — страны, находящиеся под властью британской короны. Один — Олимпиаду-2018 — завоевал несчастный южнокорейский Пхёнчхан, подававший заявку трижды.

При этом, скажем, футбольный чемпионат 2022 года пройдёт в Катаре, что уже совсем не смешно. Если в ЮАР местному населению раздавали билеты, чтобы оно приходило на матчи, то Катару нужно будет раздать и само население. В стране живёт менее двух миллионов человек, почти все в столице и пригородах, территория Катара — 11 000 квадратных километров (что сравнимо с такими государствами, как Нагорный Карабах и Багамские Острова, совсем чуть-чуть не дотягивает до территории Восточного Тимора и Фолклендских островов, зато это всё же несколько больше, чем у Пуэрто-Рико и Абхазии), футбольной культуры нет никакой, нет даже нужного числа городов (из 12 стадионов половину планируется построить в столице), в стране нельзя употреблять алкоголь, климат жаркий до совершенного неприличия, при этом страна мусульманская и сильно раздеваться как бы не очень принято, особенно женщинам. Хотя и мужчина в шортах и голый по торсу выглядит весьма предосудительно. На строительстве стадионов в Катаре ежедневно (!) гибнет один человек, а недавно в ФИФА разразился грандиозный коррупционный скандал, связанный с тем, что Катар якобы просто-напросто купил право проведения у себя мирового чемпионата, причём получается, что У ФИФА ЖЕ И КУПИЛ. Видимо, люди взвыли: мол, ротация континентов — это очень хорошо, но, может, всё-таки не будем главное мероприятие нашей организации превращать в позорный балаган? В связи с нынешним чемпионатом скандал пока притушили, но думаю, что самое интересное впереди. И всё это казалось бы неприкрытой авантюрой, если бы не наша конспирологическая теория, подсказывающая, что до 1974 года Катар был английской колонией.

На всё это можно, конечно, сказать, что когда-то чуть ли не полмира были английскими колониями, не нужно воспринимать буквально некоторые мысли Дмитрия Евгеньевича Галковского и вообще дело совсем в другом. Однако же, если на секунду предположить, что такое масштабное оттеснение Америки от роли хозяев большого спорта как-то связано с политикой, выводов можно сделать два:

1. Англичане тупо наживаются на проведении Олимпиад и чемпионатов мира, имея собственных агентов влияния в МОК и ФИФА, а также в странах, эти соревнования проводящих последние 10 лет. В связи с этим нет ничего удивительного в том, что организация соревнований оборачивается ультрагиперкоррупцией, бюджеты растут, а рентабельность падает под разговоры «экспертов» о долгосрочных инвестициях, развитии инфраструктуры и прочем «имидже страны», хотя ни один идиот в мире не судит ни об одной стране по Олимпиадам и футбольным первенствам, которые в ней проходили. Если бы я имел долю с подготовки и проведения Олимпиад и мундиалей, при этом не отвечая за результат, я бы реализовывал ровно такую схему с ровно такой же демагогией.

2. Америку не хотят видеть страной-гегемоном и продвигают «глобальный мир». Став единственной сверхдержавой планеты, американцы начали во время всеобщего спортивного праздника бить себя в грудь, размахивать кулаками и намекать, что всех врагов превратят в радиоактивный пепел. На глазах у всего человечества, под военные марши, с посылом «Молчать, суки, мы спасённый американский флаг выносим, всем встать!». Это несерьёзно.

Может ли это всё быть бредом сумасшедшего? Может. Только президентом МОК в 2001-13 годах являлся Жак Рогге и весь БРИКС вместе со странами британской монархии получил право принимать олимпиады именно при нём (кроме Австралии). При нём же начались громкие допинговые скандалы, а страны-организаторы начали открыто заявлять о массовых олимпийских убытках, чего в таких масштабах вовсе не наблюдалось при предыдущем президенте МОК Хуане Антонио Самаранче, по всеобщему признанию, немало сделавшем для второго возрождения олимпийского движения. Что касается ФИФА, в 1998 году бразильца Жоао Авеланжа сменил в кресле председателя швейцарец Йозеф Блаттер. Заявки на проведение турнира подаются задолго до самого турнира: при господине Блаттере право принимать чемпионат поочерёдно получили ЮАР, Бразилия и Россия (в 2000 году Бразилию и ЮАР сумела победить Германия, получившая чемпионат 2006 года) а также карнавалистский Катар.

Как так получилось — непонятно. Мистика. На рубеже тысячелетий в двух ведущих спортивных организациях мира сменяется руководство, тогда же организуется БРИКС, после чего этот БРИКС вместе со странами английского Содружества, бывшими колониями и просто землями британской короны начинает получать право на проведение одного спортивного состязания за другим. При ЯВНОМ желании Америки проводить вообще всё, что только можно провести, у себя. Может такое произойти случайно? Может. Мистика же.

Где искать немистические ответы на вопрос, почему и зачем всё это происходит? Полагаю, в структуре, персонале,специфике коммерческой деятельности компаний, получающих подряды на строительство спортивных объектов и сопутствующей инфраструктуры, участвующих в организации шоу, поставляющих необходимое оборудование, имеющих прибыль со спонсорских пакетов, и далее до бесконечности. Но главное, информационная ситуация последних лет в общем обессмысливает любые «расследования». Разоблачая сочинские распилы, господин Навальный работал по вершкам. Тогда как с корешками ВСЁ ПОНЯТНО. «Угу, БРИКС. Ага, сменилось руководство. Так-так, Англия. Ну да, ну да, ничего удивительного. Кто там у нас получает заказы на строительство стадионов?»

Причитать о гадящей англичанке и выискивать британскую инспирацию во всём, включая подорожание картофеля, открытие нудистских пляжей или переход на летнее время, разумеется, неконструктивно. Но, в общем, спасибо Дмитрию Евгеньевичу Галковскому за его «криптоколониальную теорию». Во всяком случае благодаря ей суть многих процессов на планете теперь массово видна невооружённым взглядом. Даже тем, кто не знает, кто такой Галковский и что это за теория. Проводите, проводите свои праздники спорта. Зенит-Арена стоит миллиард долларов. Начали строить — деньги кончились, недостроили. Приехали английские специалисты и сказали, что всё надо СТРОИТЬ ЗАНОВО. ОК. Всё понимаем. Долгосрочные инвестиции, развитие инфраструктуры, имидж страны — вот три кита, на которых БРИКС стоит и с них сойти не может.». Далее же я привожу мнение самого «философа» о Спутнике и Егоре Просвирнине: «Хочу посоветоваться. Есть в ЖЖ молодой негодяй – Егор Просвирнин. Он печатает на своем ресурсе мои старые статьи, а потом собирает под это дело деньги – на этой же странице. Мол, ежели текст взволновал и хотите помочь, пересылайте деньги по такому-то адресу. Как я понимаю, деньги ему платит ФСБ – для дискредитации русского национально-освободительного движения. А он, значит, устроился: валандает мои тексты в говённой луже, получает за это деньги, и ещё деньги собирает с пользователей – за Галковского. Ну и конечно его личные писания это абзацы из моей публицистики, вырванные из контекста, перемешанные и сдобренные своими «уа-уа» и «кака-бяка». Кроме денег ему ничего не надо, это подслеповатый труженик клавиатуры, живущий с мамой. При помощи клавиатуры будет монетизировать и этот мой пост, в стиле «подлецу всё к лицу». А что: дополнительная реклама, раскрутка. Да и брызги грязи вокруг – за что органы, отмазавшие от армии, и платят. Думаю это новая генерация провокаторов. Такие люди как Крылов уже не годятся. Возраст другой, да Константину и умственность и склонность к семейной жизни всегда мешала. Как-то его всё в респектабельность относило. То статью дельную напишет, то поступок традиционный совершит. А надо нетрадиционный. Да и Холмогоров постарел-поумнел. А цирк молодёжный, надо жечь. Деньги ЗА ЭТО уплочены. Вот думаю, что сделать, чтобы он мои тексты со своего ресурса убрал. А как программа максимум - моё имя забыл. Есть же хорошие авторы в РФ: Кургинян, например. Или Сурков.». Хотя ложные теории заговора, обвеянные неким эфиром интеллектуальности, не есть худшее, что есть на данном сайте, ибо безграмотность, пошлость, ложь и прочие мерзости тут пролезают из всех возможных щелей. Вот, на суд ваш выставляю цитату из одной статьи, которая объясняет, почему СССР проиграл Холодную войну, вырезая матерные возражения, по понятным вам причинам: «Культурная отсталость СССР (тут сейчас набегут с криками про балет или, например, Шолохова — не понимая, что я говорю про массовую культуру, и что балет с романом — это как раз культурные формы XIX века) была запрограммирована с самого начала — в стране, где нельзя свободно читать, думать и обсуждать, никакой полноценной культуры быть не может, блестящей иллюстрацией чему являются Северная и Южная Корея. На Севере всё на уровне «народного творчества», на Юге — «Олдбой». «Олдбой» вы три раза пересматривали, а на народное творчество вам <...> с высокой колокольни. Точно так же всему остальному миру было <...> на народное творчество СССР (другое дело, что из-за масштабов страны оно было заметнее, «двадцатиметровая палехская шкатулка»).». Если роман действительно «культурная форма 19-го века», то выходит, что 19-й век начинается с Апулея, ибо первый роман, дошедший до нас полностью, был написан Апулеем и назывался «Золотой осел», автор же его, как нетрудно догадаться, жил, на самом деле, во втором веке на территории Римской империи. Что же касается культурного противопоставления Южной и Северной Корей, то хочется заметить, что я даже не знаю, что такое «Олдбой», поскольку кино, а интуитивные импульсы мне говорят, что это оно и есть, я не смотрю, да и современной массовой культурой не интересуюсь, как, вероятно, и Просвирнин не знает о существовании Пхеньянского кинофестиваля, который по международному охвату и пышности церемоний никак не уступает каннскому.

Глава четвертая.

Продолжение банкета.

Однако лучше всего демонстрирует нам гнилостную сущность Спутника текст, который я разместил ниже, хотя это не тот самый «Этот бесконечный летний день...», а несколько иное сочинение, что по наглости стоит многим ниже предшествующего, но по своей низости располагается многим выше. Текст повествует о философии Айн Рэнд, об отношении моем к коей всем известно, ибо ей я уже посвящал нежные строчки в своей «Нищете позитивизма». Столь хвалебных и до глупости положительных отзывов о Рэнд я не мог встретить доселе даже у русских ее сторонников, как встретил я у «русских националистов». Разумеется, Рэнд отрицала национализм как одну из форм коллективизма, Рэнд призывала к атомному удару по нашему государству, Рэнд очерняла и оскорбляла Россию из-за рубежа так, что слова Новодворской могут вам показаться весьма патриотичными рядом с тяжелым слогом Рэнд. Мне самому всегда и смешно и грустно говорить о «русских сторонниках Рэнд», ибо это полный оксюморон, равно как и «русские сторонники Гитлера», поскольку это люди, которые не понимают, или же не хотят понимать, что для Рэнд и Гитлера они хуже скотов, но русский рэндианец даже хуже, нежели русский нацист, ибо если из идей Гитлера еще можно каким-то образом убрать русофобию, то из Рэнд никак, ибо начиная еще со времен зарождения ее философии, сам автор сделала все, дабы ее идеи принимали либо целиком, либо же никак, посему она поссорилась с либертарианцами и сторонниками Австрийской школы, хотя человек, не слишком знакомый с делом не сможет различить эти три вида никаким образом. Статья, снабженная моими комментариями в квадратных скобках, ниже:

«О ТВОРЦАХ И ПАРАЗИТАХ.

У читателя, возможно, уже возникли следующие вопросы: что же за зверь этот «обжэктивизьм»; что он ест, с чем едят его, и как доброму русскому человеку самому не быть им съеденным? И зачем нам вообще вводить в обсуждение идеи, полностью заточенные под американские реалии? Обо всем по порядку. Как видно из беглого анализа биографии, критическое «нет» у Рэнд появляется раньше, чем аргументированное объективистское «да». Ее философия в самом простом определении есть этическое учение, созданное с целью утверждения в качестве базовых ценностей жизни отдельного человека, его разума, воли, самореализации и благополучия. Тривиально? Возможно.

Одним из первых наших публицистов, заинтересовавшихся рэндианством, оказался диссидент (какое внезапное совпадение!) Алексей Петрович Цветков, переехавший в США в 1974 году. В рэндианской теории он отмечал следующее: «Каждый, кто знаком с историей русской культуры, узнает в ней теорию „разумного эгоизма“, которую проповедовали в свое время Писарев и Чернышевский. Интересно, что у этой теории есть прямые корни в английской этике: оппонент эрла Шефтсбери Джон Мэндевил изложил свои возражения в известном „Трактате о пчелах“».

Интересно и сравнение Цветковым Достоевского и Айн Рэнд как наиболее известных за границей авторов русского происхождения. Действительно, многие черты в плане выбора подачи идей у них совпадают: и Достоевский, и Рэнд обращаются к художественной форме, к объемному роману, переполненному резонерами. Но на этом сходства заканчиваются. Если Достоевский старается избежать прямых оценок своих героев, выставляя всю их подноготную на суд читателя, то Рэнд представляет своих персонажей в почти гротескном чёрно-белом цвете: практически каждый герой — либо «паразит», либо «творец», — tetrum non datur. Художественная составляющая значительно уступает идейной, ощущается и теснота самой формы, что полностью оправдывает переход Рэнд после «Атланта» к публицистике.

Раз уж упомянули Чернышевского — г-же Розенбаум тоже свойственен крайний экономикоцентризм со своим проектом устройства общества. За одним «но»: у Чернышевского, что ввёл понятие «разумного эгоизма» в русскую литературу, он служит способом индивидуального противостояния традиционными ценностями с целью освобождения человека для борьбы за прогрессивное социалистическое общество. У Рэнд же разумный эгоизм — это и причина, и средство, и цель существования человека. Для себя и только для себя.

Но философской системой, оказавшей на Рэнд наибольшее влияние, безусловно, является ницшеанство, переработанное в этакое пособие по созданию сверхчеловека здесь и сейчас. Объективистская критика почти полностью повторяет ницшеанскую: чтобы обнаружить прямое соответствие достаточно просто просмотреть некоторые главы из «Философии молотом…». Тут и провозглашение объективной реальности как единственной возможной («Как „истинный мир“ превратился в басню», «Четыре великих заблуждения»), и критика устоявшегося общепринятого понятия нравственности. Особняком поставим критику «исправителей человечества»: Рэнд выделяет два типа людей, скрытых под маской альтруизма. Из речи Джона Галта:

«Представление о том, что тело и душа человека — различные сущности — привело к появлению двух групп учителей, проповедующих нравственный закон смерти: фанатиков духа и фанатиков физической силы; вы называете их идеалистами и материалистами, одни считают, что сознание может существовать само по себе, другие считают, что можно существовать без сознания. И те и другие требуют, чтобы вы отказались от разума в обмен на откровение или на рефлексы. Неважно, что они громогласно заявляют о непримиримости своих позиций, у них один нравственный закон и одна цель: в физической сфере — порабощение человеческого тела, в духовной — разрушение разума».

Оттуда же был позаимствован и термин «паразит», встречающийся в ее прозе почти повсеместно. Как, кстати, говорил Заратустра,

«…еще противнее мне все прихлебатели; и самое противное животное, какое встречал я среди людей, назвал я паразитом: оно не хотело любить и, однако, хотело жить от любви».

Знакомый с уже ставшим классикой BioShock читатель, вероятно, должен сразу вспомнить имя Эндрю Райана (анаграмма с именем героини статьи не может не бросаться в глаза), чей Rapture был основан на принципах, дословно копирующих объективизм. Надо отдать должное сценаристам: у самой писательницы не получилось бы доходчивей объяснить, «в чём разница между паразитом и человеком? Человек создаёт — паразит спрашивает: „А где моя доля?“ Человек творит — паразит говорит: „А что подумают соседи?“ Человек изобретает — паразит говорит: „Осторожно, не наступи Господу Богу на мозоль!“».

Но вернемся к Фридриху нашему Ницше, а именно к его видению корня зла европейской философской мысли, где первым морализаторствующим исправителем великий немец назвал Сократа. И здесь Рэнд не отстала от своего предшественника на горьком поприще индивидуалистической пропаганды. Правда, теперь вместо Сократа все грехи и заблуждения европейских мыслителей были повешены на его ученика, Платона. Этот единственный античный философ, по имени упомянутый в ее художественных произведениях, архетип платоника, становится главным идейным антиподом в творчестве Рэнд; под его образ подводятся вообще все европейские идеологии, так или иначе проповедующие подчинение индивида обществу, а в монологах изображенных Рэнд социалистических апологетов Платон всегда фигурирует как первоисточник их взглядов.

Почему наша Алиса так яро взъелась на этого грека, в силах ответить каждый, кто хоть раз в жизни держал в руках его великое «Государство». Добавим к этому и нездоровую идеализацию Платона в начале XX века. Очень подробно проблемой следа Платона в социализме занимался современник Рэнд со схожей биографией — Карл Раймунд Поппер. Еврей из семьи юриста, жил в Австрии, учился в Венском физмате и консерватории, увлекся красными идеями; очень быстро в них разочаровавшись, выпустился, стал учителем математики в средней школе. В общем, никому особенно не мешал… Но потом пришел Гитлер, стало страшно и пришлось от аншлюса бежать в Новую Зеландию, где Поппер занялся преподаванием философии, разносом современного научного мейнстрима своим методом фальсифицируемости и восхвалением британской внешней политики. За Платона он взялся в контексте критики массовых идеологий, прошедшись в фундаментальной работе «Открытое общество и его враги» по всему: от историзма до диалектики. Во все дебри его доказательной базы вдаваться не стану — обойдемся выводом:

«Идеалистическая формула (Платона) такова: «Задержите все политические перемены!» Перемены — зло, покой божественен. Задержать все перемены можно в том случае, если государство создано как точная копия его оригинала, т. е. формы или идеи города-государства. Если бы нас спросили, как этого достичь, мы могли бы ответить натуралистической формулой: «Назад к природе!» Назад к подлинному государству наших праотцов, самому древнему государству, построенному в соответствии с человеческой природой и потому стабильному. Назад к родовой патриархии времен, предшествовавших упадку, назад к естественному классовому господству немногих мудрых над многими невежественными.

Я полагаю, что из этих требований можно вывести все элементы политической программы Платона. Эти требования основаны на историзме Платона и их следует соединить с его социологическими учениями, касающимися условий стабильности правящего класса.

Я имею в виду следующие основные элементы политической программы Платона:

Отождествление судьбы государства с судьбой правящего класса. Исключительный интерес к этому классу и его единству. Содействие этому единству, жесткие правила взращивания этого класса и получения им образования. Надзор за интересами членов правящего класса, коллективизация, обобществление этих интересов.

Правящий класс обладает монополией на такие вещи как военная доблесть и выучка, право на ношение оружия и получение любого рода образования. Однако он совершенно устранен из экономической деятельности и, тем более, не должен зарабатывать деньги.