Операция „Лесные муравьи": читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В этих переселениях листорезов есть что-то напоминающее уже разгаданную ныне загадку кочевок Эцитонов и Дорилин, но здесь, у листорезов, тайна ещё ожидает раскрытия.

В биологии листорезов есть немало и других заслуживающих внимания черт, и некоторые из них особенно выразительно характеризуют муравьиную семью, как целостность.

Если блокировать гнёздо Атта и перехватывать всех муравьёв, возвращающихся домой, то через некоторое время выходы из гнёзда обрушатся, живые следы сотрутся и гнёздо будет выглядеть мёртвым. Не стоит, однако, торопиться вычеркивать его из списков: пройдет несколько дней, и из погибшего, казалось, муравейника выйдут крошки и примутся восстанавливать выходы, и дальше на промысел потянутся реденькие ещё, но уже действующие цепи новых фуражиров-малюток.

Окуренное в одном опыте ядовитым газом гнездо потеряло всех взрослых муравьёв. Однако более устойчивые к яду куколки остались живы, и вскоре из глубины гнезда поднялись и приступили к ремонту входов только что вышедшие из коконов, ещё не успевшие потемнеть муравьи.

Огромная сила регенерации в немалой мере основана на взаимоотношениях семьи с питающим её грибом. В связях между муравьями и тлями, муравьями и щитовками, муравьями и бабочками симбиоз, взаимопомощь объединяют насекомых разных видов. Листорезы же объединены взаимопомощью не с насекомыми, а с простейшими растениями, с грибами.

Межвидовая взаимопомощь способна, насквозь пронизав жизненный уклад двух видов, слить их как бы в один, так что двойственная природа такого образования не сразу обнаруживается. Вспомним, с какими трудами удалось дознаться, что лишайники, например, — целый мир растений, распространенных чуть не от полюсов до экватора, — это не единый организм, как всегда считали, а сожительство двух растительных созданий — гриба и водоросли.

Грибо-водорослевое сожительство обоюдно полезно: зеленая водоросль питает гриб углекислотой, усвоенной при содействии солнечного света, а гриб доставляет водоросли минеральные соли, которые добывает, разрушая древесину или минеральные горные породы. Если сухо, водоросль обречена на гибель, но её поддерживает гриб. Когда гриб страдает от отсутствия органической пищи, его кормит водоросль.

Оба участника симбиоза, оба, как их называют, симбионта, выигрывают от союза, становятся необходимыми друг другу.

Существует ли такая взаимная выгода и здесь, в отношениях муравьёв с грибом?

Муравьям гриб необходим: они получают через него пищу, могут расти и размножаться. Но есть ли польза грибу от муравьёв? Еще бы! Не случайно эти грибы не встречаются нигде, кроме как в гнёздах листорезов, только здесь и находя необходимые условия для жизни. Выходит, муравьи для гриба то же, что грибы для муравьёв. Муравьи скармливают грибу сочную зелень, удобряют почву под ним, укрывают его от холода, снабжают влагой. И то, что муравьи сгрызают спороносцы, не давая грибу размножаться спорами, не меняет существа дела, потому что молодые самки листорезов, улетая из родного гнезда в брачный полет, уносят с собой несколько нитей грибницы. Так что даже процессы расселения и размножения листорезов и их грибов как бы слиты воедино.

Семья муравьёв в роли симбионта представляет собой примечательный случай. Здесь в гармоническом по самой своей природе процессе симбиоза совокупные действия семьи как единства приобретают новую выразительность. Явление предстает перед нами как бы ещё в одной личине и учит открытыми глазами видеть и правильно понимать живую природу, игру её сил, действие её законов.

Муравьи-жнецы, муравьи-огородники

Множество растений выделяет внутри цветковых венчиков нектар, но существуют древесные породы, кустарники и травы с внецветковыми нектарниками — на листьях, прилистниках, прицветниках, цветоножках, наконец, на внешней стороне чашечек. Сладкие, иногда душистые капли привлекают к себе в числе других насекомых и муравьёв. Ч. Дарвин подчеркивал, что способность выделять нектар вне цветка возникла лишь ради привлечения муравьёв. Однако нельзя отрицать, что привлекать муравьёв к растениям может не один только нектар.

На тропах вокруг гнезда разложили разные семена и части семян и стали следить, как быстро и в какой очередности находят и уносят муравьи эти приманки. Под наблюдения были взяты муравейники двенадцати видов и семена сотен растений. И сразу стало очевидным, что для муравьёв многие семена неотразимо привлекательны, особенно их наросты, получившие в ботанике латинское название карункулов, по-гречески — элайосом, по-русски — присеменников. Эти сочные и жирные, богатые белком и сахарами образования хорошо видны, в частности, на семенах душистой фиалки, чистотела, марьянника, ожики.

Если говорить об ожике, то цельные её семена, отделенные от них присеменные наросты и те же семена без наростов по-разному привлекают муравьёв. Во всяком случае в опытах они подбирали сначала присеменники и минут через пять после этого уносили семена с наростами; семена же без присеменников ещё долго оставались незамеченными.

Присеменники бывают разные. У птицемлечника поникшего и лука медвежьего — это вся семенная оболочка, пропитанная жиром. У бурачниковых — отпадающая вместе с плодом часть цветоножки, богатая маслом. Голубой василек производит семена, снабженные чахлой летучкой, благодаря которой семя падает не рядом с материнским растением, а относится ветром на какое-то расстояние, откуда его понесет дальше муравей, привлеченный наростом у основания плода. У татарника на семенах сохраняется питательный остаток столбика. На семенах большого чистотела — это просто припухший рубчик, у ветрениц, перелески благородной — пластинки у основания плода. Присеменники осоки или глухой крапивы одеты в толстостенную оболочку, а у вероники спрятаны в особые углубления.

Описаны и присеменники, привлекающие муравьёв особенностями строения: они имеют форму муравьиных личинок или покрыты густым волосяным покровом, подобно многим гусеницам, на которых охотятся муравьи. Случаи, когда растение как бы подражает насекомому, представляют малоизвестную и пока ещё менее исследованную разновидность явления, именуемого мимикрией.

Совершенно бесспорно, что существуют растения с семенами, приманивающими муравьёв, однако особой избирательности у них в этом отношении, видимо, не существует. Семена одного какого-нибудь растения собирают разные муравьи, а один вид муравьёв может собирать семена многих растений.

Муравьи подбирают и несут к гнезду семена с расстояния от 10 до 30, в некоторых случаях даже до 70 метров. Но если носильщик обронил семя, оно останется неподобранным, а бегущие с другим грузом муравьи до тех пор будут натыкаться на него и толкать в разные стороны, пока оно в конце концов не окажется сдвинутым к самому краю тропы. Здесь семена остаются лежать и впоследствии обязательно прорастают. В результате вдоль муравьиных дорог со временем появляются густые рядки зеленых растений. Иногда они совсем скрывают от взора тропу, лежащую между ними.

Съедобные присеменники, несомненно, способствуют расселению и размножению некоторых растений, то есть в принципе действуют аналогично хохолку летучек, плоскостям крылаток, зубцам и крючочкам околоплодников, клею семенных оболочек, пробковому или воздушному поплавкам на зерновках и семенах. Наконец, они действуют подобно ярко окрашенным околоплодникам с обращающими на себя внимание птиц и животных плодами, внутри которых спрятаны семена, одетые в прочную оболочку, препятствующую их перевариванию в желудках живых существ.

Ещё К. Маркс как-то заметил, что зубы хищника представляют в сущности орган межвидовой связи. Органы межвидовой связи есть и у растений: нектар цветов — сладкая приманка для насекомых-опылителей, питательная пыльца растений-энтомофилов, съедобные присеменники мирмекохоров, как названы учёными растения, расселяющиеся при содействии муравьёв, — все это явления одного ряда.

Однако связи между растениями и муравьями не всегда поверхностны.

Профессор П. И. Мариковский, много лет занимавшийся биологией некоторых мирмекохоров, отмечает, что муравьи Формика руфа усердно собирают, в частности, семена кандыка сибирского. Едва созревшие семена высыпались из раскрывшихся коробочек, фуражиры подбирали их и уносили в гнездо. С каждым днём в сбор семян включается все больше муравьёв, но одновременно некоторые муравьи начинают удалять из гнезда эти же семена и многие даже с присеменниками. И вот что любопытно: всевозможные отбросы — остатки пищи, хитиновые части тела насекомых, рубашки личинок, — систематически удаляемые из гнезда, муравьи складывают в одно-два определенных места, а семена кандыка уносят в различных направлениях и на разные расстояния. Похоже, будто семена, поначалу привлекавшие муравьёв, через какое-то время, уже в муравейнике, стали их чем-то отталкивать.

Примерно то же происходит и с семенами ириса-касатика, аконита, первоцвета. В них, после того, как они полежат, образуются, как установил профессор П. И. Мариковский, разные алкалоиды; они-то и меняют отношение муравьёв к семенам.

Нечто вроде присеменников — богатые белком и жиром «муравьиные хлебцы», или «белтовы тельца», — собирают муравьи Псевдомирма белти с черешков листьев акации. Гнездятся эти Псевдомирма в больших полых шипах акаций и, поедая одни лишь причерешковые тельца, оберегают деревья не только от насекомых-вредителей, но, как выяснилось, и от травоядных, определенно избегающих ощипывать деревья, заселённые муравьями.

Исследователи южной флоры и фауны описали уже немало акаций с полыми шипами и муравьёв, поселяющихся на них. И все же до сих пор не вполне ясно, кто к кому приспособлен: акация ли мирмекофил, или, наоборот, муравьи — акациефилы… Муравьи не всегда находят на акации готовый кров. Натуральный гуммиарабик — это сгущенный клейкий сок акаций, растущих в долине Верхнего Нила, от Нубии до Абиссинии; сок вытекает из коры деревьев, когда муравьи выгрызают себе в древесине гнездовые камеры.

Подобные «муравьиным хлебцам» образования встречаются и у растений наших широт: таковы, например, поверхностные слои клеток на нижней стороне прилистников бобов или вики. Муравьи начисто выгрызают их, и это, видимо, не причиняет растениям вреда.

Листья дерева, торжественно именуемого Гумбольдтия лаврифолия (оно растет на о. Шри-Ланка), буквально покрыты внецветковыми нектарниками, и на побегах его есть множество участков с тонкими стенками. Без труда прогрызая их, муравьи открывают себе путь в полые междоузлия и там поселяются. Следовательно, как и на шиповатой акации, они находят здесь для себя и корм, и кров.

Но союз с растениями может заключаться и ради одного только крова.

Вот Цекропиа имбауба… Их светлая кора, крупные, лапчатые, белые снизу листья запоминаются всем, кто бывал в тропических лесах южного полушария. В описаниях Цекропиа не всегда упоминается, однако, маленькая анатомическая подробность: междоузлие молодого полого стебля растения недалеко от края верхней части имеет вмятину, под которой стенки утончены. Как раз в этом месте прогрызают себе ход в полость стебля муравьи.