— Ты пойдешь по аллее стыда, чтобы отдать ему это прямо сейчас или заставишь его ждать до конца дня? — спрашивает Престон, не делая попыток скрыть, что прочитал все, подглядывая через мое плечо.
— Думаю, я воспользуюсь аллеей стыда прямо сейчас, — отвечаю, отталкиваясь от сидения и вставая.
— Вперед, распутница, — шепчет Престон, когда выскальзываю из нашего ряда и спускаюсь на три ступени в переднюю часть комнаты. Гейб сразу же меня замечает, так как сидит лишь в двух креслах от прохода. Его глаза опускаются от моего лица к листу и медленно на губах парня расплывается усмешка.
— Мисс Адамс? — спрашивает Гейб так, словно не представляет, зачем я здесь; Сойер фыркает на чрезмерно профессиональное использование моего имени. Но я ни на секунду не забываю, зачем я здесь. Внимание Гейба иногда отвлекает меня, но я прихожу в себя и улыбаюсь, располагая лист лицом вниз перед Гейбом перед тем, как вернуться на свое место.
Со своего кресла я наблюдаю, как он смотрит на лист, затем складывает его пополам и еще раз пополам перед тем, как подняться с кресла настолько, чтобы просунуть бумагу в задний карман брюк. Но в отличии ото дня, который был три месяца назад, он немного поворачивается, ловит мой взгляд и подмигивает.
И я влюблена. Вот как чувствуешь себя, когда влюблен.