Гвардейский крейсер «Красный Кавказ» (1926-1945): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Одноствольная 76,2-мм корабельная артиллерийская система 34-К имела полную длину ствола 4223 мм, унитарный боезапас (ручная подача и досылка в канал ствола) и клиновый затвор ручного действия (время открывания и закрывания затвора 0,6 сек). Живучесть лейнера при стрельбе боевыми зарядами составляла 1800 выстрелов, скорострельность - 20 выстр./мин, система продувания ствола отсутствовала. Углы вертикального наведения колебались от -5° до +85°, максимальная дальность стрельбы составила 78,8 кб. Наведение (прицел МО) установки производилось вручную (скорость горизонтального наведения 12° в сек вертикального 4-8° в сек). Установка имела бронирование лобовой стенки щита — 12 мм, боковых стенок и крыши щита - 8 мм, вес - 4,95 т и расчет из 7 чел.

Торпедные аппараты крейсера

У борта “Красного Кавказа”. Виден гидросамолет КР-1 на катапульте К-3 и развернутый на борт подьемный кран у грот-мачты.

76,2-мм боеприпасы для орудия 34-К включали дистанционные и зенитные гранаты масса взрывчатого заряда - 1,82 кг; масса снаряда - 6,61 кг; масса унитарного патрона - 11,5 кг, начальная скорость снаряда равнялась 813 м/сек, наибольшая досягаемость по высоте — 8500 м) и осколочно-фугасные снаряды (масса взрывчатого заряда - 1,82 кг; масса снаряда - 6,95 кг; масса унитарного патрона - 11,84 кг; начальная скорость снаряда - 801 м/сек; наибольшая досягаемость по высоте - 14 600 м).

Первоначально зенитная артиллерия ближнего боя состояла из четырех 45-мм универсальных пушек 21-К, которые установили во второй половине 1930-х годов сняты в январе 1945 г.) и шести 12,7-мм пулеметов ДШК. В 1939 г. корабль получил два пулемета системы «Максим» в установках М-4. В 1942 г. их заменили двумя спаренными 12,7-мм пулеметами фирмы «Виккерс». Одновременно зенитное вооружение усилили 10 37-мм автоматами 70-К. В январе 1945 г. на крышах возвышенных башен 180-мм орудий установили два счетверенных 12,7-мм пулемета «Виккерс» (вместо спаренных 12,7-мм пулеметов). По некоторым данным в апреле 1942 г. крейсер получил шесть 20-мм автоматов «Эрликон». Однако, достоверно известно, что по состоянию на ноябрь 1944 г. этих автоматов не было.

Приборные средства централизованного целеуказания и управления ведения огнем зенитной артиллерии ближнего боя на крейсере отсутствовали.

Авиационное вооружение На корабле стояла самолетная катапульта К-3 производства германской фирмы Э. Хейнкеля для запуска гидросамолетов НП55 (отечественное обозначение самолета КР-1) производства той же фирмы.

Постановка паравана

Катапульта К-3 имела длину 21,5 м, массу 19 т (максимально допустимая взлетная масса самолета 3500 кг, скорость разгона самолета до 90 км/час).

Гидросамолет КР-1 имел максимальную взлетную массу 2160 кг, мощность двигателя 485 л.с., максимальную скорость 184 км/час. Этот самолет пролетал дальность расстояние равное максимальной дальности стрельбы 180-мм орудия за 13 мин. Экипаж самолета состоял из двух человек.

На корабле стояли четыре 450-мм трехтрубных торпедных аппарата образца 1913 года системы Л.Г. Гончарова (угол растворения крайних труб относительно центральной трубы для стрельбы “веером” до 7°, угол обстрела от траверса 35+7°, приводы наведения — электромеханический и ручной, скорость торпеды при выстреле 11-12 м/с, интервал выхода торпед при залповой стрельбе 0,5 сек. Аппарат имел следующие габаритные размеры 6051 х 3000 х 1100 мм и вес 6,35 т.

Наведение аппарата производилось системой приборов управления торпедной стрельбой (ПУТС) ГАК-2 образца 1926 года. На корабле имелся боезапас из 12 450-мм торпед. Торпедные аппараты крейсера могли заряжаться следующими парогазовыми торпедами, состоявших на вооружении советских ВМС в период нахождения крейсера в боевом составе флота: торпеда 45-12 образца 1912 года; торпеда 45-15 образца 1910/15 годов; торпеда 45-36 образца 1936 года; торпеда 45-36Н образца 1938 года и торпеда 45-36НУ образца 1939 года.

ПУТС ГАК-2 обеспечивала возможности производства централизованной наводки торпедных аппаратов, индивидуальной наводки торпедных аппаратов, передачи команд руководителя торпедной стрельбой на размещенный поверх торпедного аппарата пост наводчика.

Торпеды 45-36Н и 45-36НУ имели глубину хода от 0,5 до 14,0 м, скорость хода / мощность двигателя 92 л.с. / 32 уз и 176 л.с. / 41 уз, дальность хода / мощность двигателя 92 л.с. / 6 000 м и 176 л.с. / 3000 м. Торпеды имели длину: 45-36Н - 5700 мм; 45- 36НУ - 6000 мм, массу взрывчатого заряда: 45-36Н - 200 кг; 45-36НУ - 285 кг и вес : 45-36Н - 935 кг; 45-36НУ - 1028 кг.

На корабле стоял один бомбомет завода им. М.В.Фрунзе калибром 107-мм, один бомбосбрасыватель глубинных бомб ББ-1, шесть бомбосбрасывателей глубинных бомб БМ-1, 15 глубинных бомб ББ-1, 25 глубинных бомб БМ-1, гидроакустическая станция ГАС-1-36 голландского производства.

Состояло из четырех сменных комплектов параванных охранителей К-1 (по два в комплекте), устойчиво обеспечивающих отведение затраченных мин от борта корабля на безопасное удаление (30-35 м) и последующее их подсечение при скоростях хода крейсера не менее 14 и не более 18 уз. Длина рельс для минных тележек позволяла разместить на верхней палубе следующие количества гальваноударных мин заграждения, состоявших на вооружении советских ВМС: мины М-26 образца 1912/26 годов - 130 шт.; мины образца 1908/39 годов - 180 шт.; мины КБ (корабельная большая) образца 1940 года - 110 шт.

Экипаж состоял из 51 офицера, 171 старшины и 656 матросов.

16 сентября 1942 года на переходе из Поти в Туапсе на борту “Красного Кавказа” находилось 878 членов экипажа и до 4340 военнослужащих из личного состава перевозимой 408-й стрелковой дивизии- всего более 5200 человек на борту. Это было наибольшее количество людей, перевезенных, когда-либо кораблем за один рейс .

Боевые возможности артиллерии главного калибра

В течение шести лет, до вступления в - году в строй крейсера “Киров” (первый в серии из шести кораблей проектов 26 и 26-бис), вооруженного также 180-мм артиллерией (три трехорудийных башни), “Красный Кавказ” являлся самым совершенным крейсером советского флота, носителем новейших систем вооружения и систем управления.^{8} Если же соотносить “Красный Кавказ” с общим уровнем корабельного состава основных морских держав, то необходимо сказать, что еще задолго до начала разработки проекта его достройки корабли с одноорудийными башнями являлись для мирового кораблестроения пройденным этапом, и если таковые и оставались в составе какого-либо из флотов мира. то воспринимались они, как анахронизм.

Как правило, главная артиллерия личных кораблей, крейсеров, эскадренных миноносцев размещалась в трех, либо четырех двухорудийных или трехорудийных башнях и таким образом, корабли перечисленных классов имели на борту 6, 8, 9, либо 12 орудий главного калибра.

Но не только из-за малого количества стволов главной артиллерии беспредметно сравнивать наш крейсер с тяжелыми иностранными крейсерами, к классу которых, в соответствии с международной классификацией того времени, по причине установки 180-мм орудий его положено относить. Так решениями международной вашингтонской конференции по сдерживанию моржих вооружений 1921-1922 годов калибр орудий тяжелых крейсеров ограничивался 203-мм, а потому-то такими орудиями приоритетно и вооружались строящиеся ведущими мировыми державами тяжелые крейсеры, соответственно обладая, относительно “Красного Кавказа”, явным преимуществом по всем значимым параметрам.

В частности для Германии создание в нашей стране серии крейсеров проектов 26 и 26-бис стало поводом для перехода, в нарушение своих международных обязательств, к постройке с 1935 года только тяжелых кораблей крейсерского класса. Первыми из них стали два крейсера типа Адмирал Хиппер” (второй корабль серии 'Блюхер”) водоизмещением 13 900-13 400 т, скоростью хода 32,5 уз, вооруженных 8 203-мм и 12 105-мм орудиями, 12 37-мм и 8 20-мм пушками, 12 торпедными аппаратами и тремя самолетами, имевшими хорошую броневую защиту.

Если же сравнивать “Красный Кавказ”, числившийся в нашем флоте легким крейсером, с легкими крейсерами того же времени постройки, имевших в соответствии с требованиями Лондонской конференции от 1930 г. главную артиллерию калибром не более 155 мм, то, например, вошедший в 1931 году в состав германского флота “Лейпциг”^{9} со своими девятью расположенными в трех трехорудийных башнях 15-см орудиями (наибольшая дальность стрельбы 140,5 кб), хотя и стрелял бы более, чем в два раза легкими снарядами (45,5 кг), но при скорострельности своих орудий семь выстрелов в минуту в 3,6-3,7 раза превосходил наш корабль по огневой производительности из-за все того же малого количества орудий у “Красного Кавказа” и их малой скорострельности.

Только в 1933 году удалось добиться надежной работы механизмов главной артиллерии “Красного Кавказа” и достичь на испытательных стрельбах их проектную скорострельность - шесть выстрелов в минуту. Но практическая скорострельность, существенно зависящая от обученности экипажа, а, соответственно, от затрат комендорами времени на пользование штанговыми элеваторами достаточно громоздкого действия, на перегрузку боезапаса на лоток досылателя, не превышала четырех выстрелов. Да и такой темп стрельбы, перегружающие вручную тяжелые боеприпасы в стесненном и задымленном пространстве боевого отделения башни заряжающие, даже самые физически сильные и выносливые, могли поддерживать лишь крайне короткое время, а потому в реальности скорострельность не превосходила двух выстрелов за одну минуту.

Что касается единственного, казалось бы на первый взгляд, бесспорного преимущества “Красного Кавказа” перед иностранными кораблями - дальнобойности его орудий, - то здесь необходимо отметить, что это преимущество не является бесспорным, поскольку представляется сомнительной сама возможность ведения действенного артиллерийского боя на дистанциях превышающих 150 кб из-за отсутствия возможности управления огнем по применявшемуся тогда способу наблюдения знаков падения снарядов (перелет-недолет). Потому-то еще в период разработки проекта 180-мм орудия очевидной являлась бессмысленность достижения еще большой, чем 150 кб дальности стрельбы - более 200 кб, запредельной по дальности видимости на наших военно-морских театрах. И это в ситуации, когда половина дней в году в прибрежных акваториях наших морей являются ненастными, а предел видимости в эти дни снижается до 50-70 кб.

Таким образом, проектная дальность стрельбы 180-мм орудий заведомо превышала реальные тактические потребности в их использовании.