— Недурно выглядишь, — промолвил граф, бегло оглядев гостя с ног до головы.
— И такое вы говорите человеку, которого мучают почечные колики и отнимается правая нога!.. В вас нет никакого милосердия, граф, — с показной обидой сказал Репнин.
Если при встречах Панин чаще всего обращался к нему на «ты», то Репнин неизменно говорил ему «вы», хотя и доводился ему по жене родственником. Он был моложе графа на шестнадцать лет, и одно это заставляло относиться к нему с особым почтением.
— Пожалуй, ты прав, — сказал Панин, оглядев гостя на сей раз более внимательно. — У тебя действительно усталый вид. Садись и рассказывай.
— А что рассказывать? Война — не увеселительные прогулки.
— В отпуск приехал?
— Да. Кстати, я заехал к вам как раз по этому поводу.
— По поводу отпуска?
— Когда писал рапорт об отпуске, не думал, что мои недуги могут так сильно обостриться. Думал, до начала новой кампании всё пройдёт и смогу снова вернуться в армию. Но теперь чувствую, болезнь может затянуться, придётся ехать лечиться на целебные воды в Пруссии.
— А тебя от такой поездки что-то удерживает?
— Мне нужен дополнительный отпуск, и я надеюсь, что вы в этом поможете.
— Каким образом?
— Замолвите за меня слово перед государыней.
На губах первого министра появилась осуждающая усмешка:
— Государыня заниматься этим не станет. У неё есть более важные заботы. В Москве чума, и все усилия двора направлены на то, чтобы побыстрее погасить эту болезнь.
— Я понимаю, — разочарованно выдохнул Репнин, — и всё же мне надобно что-то предпринять.
— Сколько дней необходимо прибавить к отпуску?
— Дней? Мне нужен целый год.
— А поменьше нельзя?
— На водах лечатся обычно в летние дни, а сие означает, что я могу поехать туда только летом будущего года. Зиму проведу в Петербурге, лето в Пруссии — вот и получается год.
— Такого продолжительного отпуска тебе, конечно, никто не даст. Единственное, что можно сделать в твоём положении, — уйти на год в увольнение.
— Какая разница?
— Разница большая. В случае увольнения не будешь получать от казны жалования.
— Я готов с этим согласиться.
Панин подумал немного:
— Завтра я должен встретиться с вице-президентом военной коллегии графом Чернышёвым. Постараюсь поговорить с ним о твоём деле. Тебе же следует зайти к нему несколько позднее. Думаю, будет лучше это сделать в начале будущей недели. К тому времени вопрос может уже решиться.
Репнин тепло поблагодарил за обещанное содействие.
— Не стоит благодарности, — сказал на это Панин. — Я не забываю о наших родственных связях и считаю, что мы должны помогать друг другу.
— По случаю своего ухода в отпуск я решил устроить маленькое застолье. Мы с Натальей Александровной будем рады, если вы согласитесь принять в нём участие.
— Я не любитель людных застолий, и ты об этом хорошо знаешь.