— А если я пойду? Ты все еще должен мне педикюр после нашего прошлого приключения.
Он усмехнулся и, подняв надо мной руку, похлопал по моей голове.
— Черт, я надеялся, ты забыла об этом.
Он погладил мои волосы, и я закрыла глаза. Так, это можно и повторить. Но не здесь. Заставив себя встать, я начала проверять наши раны. У меня была сломана нога, рваные раны от тупорылой акулы сзади на лодыжке, колотые раны от крюков и общее утомление.
— Куда тебя укусил крокодил?
Он поднял правую руку. Я скривилась от вида его изувеченных пальцев.
— Черт.
Он аккуратно повернул свою руку, проверяя ее.
— Как я и думал. Целители здесь хорошие, но как мы сможем до них добраться?
Беззаботный и звонкий смех прокатился по пляжу. Я развернулась и прикрыла от света глаза.
— Я знаю как. — Я подняла руку и помахала двум детям. Они увидели меня и побежали к нам, их волосы струились за ними темно-зелеными волнами. Две пары зеленых глаз уставились на меня. Двойняшки все еще были слишком худыми, но выглядели счастливыми. Я улыбнулась им. — Сможете найти Айю для нас? И привести ее сюда?
Они посмотрели друг на друга, а потом на меня.
— А что ты нам дашь?
У меня ничего с собой не было. Ничего кроме ожерелья, что дал мне Гриффин. Быстро, пока не передумала, я сняла его с шеи и предложила им.
— Зуб грифона. Мощная магия и защита. Вы можете оставить его себе или продать.
— Он может лечить? — спросил мальчик, уставившись во все глаза.
— Только не раны. — Я показала на свою ногу.
Девочка уже кивала.
— Я приведу Айю. Ждите здесь.
Она повернулась и бросилась бежать, взметая песок. Мальчик наклонился, чтобы взять ожерелье, и я отодвинула его.
— Как только Айю придет сюда, ты сможешь взять его.
Они были всего лишь детьми, но я не доверяла никому в Глубине. Может быть, кроме Финли и Дольфа, но даже Дольф убил собственного сына.
Я снова легла на песок.
— Мальчик, сядь на тот большой валун и сообщи, если кто-нибудь придет.
Его шаги были тихими, когда он ушел с опущенными головой и плечами.
— Он сильно хочет это ожерелье, — сказал Эш, пододвигаясь ко мне и загораживая собственным телом темнеющий океан.
— С удовольствием отдам, если мне облегчат пульсацию в ноге, и мы залатаем твою руку. — Я поморщилась и, проглотив гордость, озвучила вопрос, который сидел у меня в печенках: — Эш, почему ты на самом деле пришел?
Воздух между нами накалился.
— Было несколько посланий, которые я перехватил в Крае. Они все указывали на то, что вас с Белладонной послали сюда, чтобы убить.
Я резко вытянула воздух.