Игра на выживание: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Рамон хотел немедленно отправиться в полицейский участок, чтобы выяснить, не задержан ли Инфанте, но Теодор предложил просто позвонить по телефону, пояснив, что так будет быстрее. Он знал, что, появись они в участке, Рамон непременно затеет перебранку с полицейскими, и их обоих могут задержать на какое-то время. Звонил Рамон с телефона, находившегося на стойке одного из уличных баров, при этом лицо его выражало высшую степень сосредоточенности, а взгляд блуждал по лицам людей, сидевших за столиками и прохожих, спешащих мимо по своим делам.

— Да какая разница, кто я такой? Считайте, что я просто неравнодушный гражданин, задавший вам вопрос! — сказал Рамон, и Теодор жестом показал, чтобы он держал себя в руках, но взгляд Рамона был устремлен в другую сторону. — Esta bien! Gracias![40] — Он бросил трубку и выложил на прилавок монетку в двадцать сентаво, плату за звонок. — Его ещё не нашли, — объявил он Теодору, перекинул через плечо пиджак, и оба они вышли из бара на тротуар.

На площади было шумно и многолюдно. Многочисленные туристы и горожане сидели за столиками уличных кафе за бокалом раннего аперитива. Они принялись обходить площадь кругом, и когда половина пути была уже проделала, Рамон сказал:

— Знаешь, Тео, я сегодня буду очень много ходить пешком, а тебе это вряд ли доставит удовольствие. Может быть, тебе лучше остаться и подождать меня где-нибудь здесь?

— Я лучше тебя знаю, как он выглядит, — ответил Теодор, — и мне ничуть не меньше твоего хочется его найти.

Они снова вернулись на тут самый угол, откуда начинали свой путь вокруг площади. Прямо перед ними протянулась длинная аллея из кокосовых пальм, покачивавшихся и шелестевших листьями под порывами легкого океанского бриза. Вдоль проспекта медленно двигалась машина с установленным на крыше динамиком, из которого неслись зажигательные ритмы ча-ча-ча, а записанный на магнитофон и наложенный на музыку мужской голос что-то неразборчиво вещал, рекламируя какой-то местный кинофильм.

— Как здесь все-таки много отелей! — раздраженно сказал Рамон.

— В отель он не сунется! Я просто более, чем уверен, что там уже все предупреждены. Нужно обойти самые бедные кварталы города — должны же они здесь быть, — добавил Теодор, так как бывать в этой части Акапулько ему до сих пор ни разу не доводилось. — Как насчет набережной? Мальчишки постоянно ошиваются на пристани. Уж они-то всегда в курсе всего, что происходит в городе, можешь не сомневаться.

— Давай все-таки сначала посмотрим за собором, — предложил Рамон, и развернувшись, они направились к бело-голубому зданию собора, выстроенного в мавританском стиле, два купола которого возвышались над вершинами деревьев в конце площади. Все три высокие двери собора — одна парадная и по одной на боковых фасадах — были распахнуты настежь, создавая тем самым простор для сквозняков и великолепный обзор для туристов.

Рамон остановился в нерешительности у одной из боковых дверей и сказал:

— Тео, я сейчас, я быстро, — и вошел внутрь.

Теодор закурил сигарету и устремил взгляд в самый конец аллеи пейзаж, как пейзаж, ничего особенного, самая обыкновенная перспектива.

Его ожидание продлилось не больше трех минут, когда на улице снова появился Рамон, и они продолжили свой путь. Впереди их ожидал долгий пологий подъем, и следующие добрых полчаса они блуждали по узким улочкам среди маленьких частных домов, очень похожих на те, что типичны для небольших городков США — с открытыми верандами и деревянными диванчиками-качелями. Один раз Рамон ненадолго оставил его, чтобы перейти на другую сторону улицы и поговорить с двумя мальчишками, сидевшими на перилах веранды. Теодор видел, как они энергично замотали головами, а когда Рамон повернулся к ним спиной, отправляясь восвояси, один из них прикрыл рот ладошкой, чтобы скрыть усмешку. Они шли по Ла-Кебрада, улице, что вела к крутым прибрежным скалам, с которых каждый вечер ныряли в море местные мальчишки, отнюдь небескорыстно демонстрировавшие свою удаль перед зеваками и заезжими туристами. Рамон остановился на небольшой площадке, откуда открывался вид на скалы, и огляделся по сторонам. На каменных скамьях сидели какие-то люди, но ни один из них даже отдаленно не напоминал Инфанте.

— Спустимся вниз, на пристань! — предложил Теодор, и Рамон последовал за ним.

Путь был неблизкий, и обратно к Костера они возвращались уже другим путем. Теодор поглядывал на попадавшиеся им навстречу шумные стайки уличных мальчишек и компании молодых людей, и ему не давала покоя мысль о том, что Инфанте — если, конечно, после всей этой шумихи, поднятой газетами, он все ещё находился в городе — мог запросто скрываться в доме какого-нибудь местного обывателя, подкупленного им. А, с другой стороны, Инфанте был не из тех, кто станет прятаться и таиться до конца дней своих. Он наверняка захочет перебраться в другой большой город, а таковых поблизости от Акапулько не было.

Набережная представляла собой закованную в бетон пристань с причалами, у которых швартовались маленькие лодки и рыбацкие суденышки, и откуда любители рыбной ловли обычно отправлялись на рыбалку, возвращаясь на закате, чтобы потом иметь возможность сфотографироваться рядом с огромной рыбой-парусником. Здесь всегда было много мальчишек и рыбаков постарше, ловивших рыбу на донку, парней, ожидавших своих подружек, и бездельников всех мастей, приходивших сюда, чтобы прикупить марихуаны или чего посерьезнее у промышлявших торговлей зельем шкиперов некоторых парусников и моторных лодок. Рамон попросил Теодора не ходить теперь с ним, чтобы ему было легче вызвать на доверительную беседу кого-нибудь из мальчишек, так что Теодору ничего не оставалось делать, как сесть на свободную скамейку, к которой немедленно подошел босоногий малыш лет шести, предложивший всего за одно песо почистить ему ботинки.

— Dos pesos,[41] — «поторговался» Теодор.

Мальчишка недоуменно заморгал, а затем расплылся в широкой улыбке.

— Идет! Два песо! — по-английски произнес он и принялся за работу.

Тем временем Рамон неподалеку что-то говорил худенькому пареньку в белой рубашке и белых же штанах. Выслушав его, тот отрицательно покачал головой, после чего преспокойно отправился своей дорогой, даже не оглянувшись на Рамона.

— Потише, потише, малыш! — сказал Теодор. — Если испачкаешь мне носки гуталином, получишь только одно песо!

Но в конце концов он к большому удовольствию маленького работника, как и обещал, выдал два песо и сверх того ещё пятьдесят сентаво чаевых, после чего остался сидеть на скамейке, глядя вслед Рамону, уходящему все дальше и дальше. Теодор подумал о том, что в конце концов, кто-нибудь все же опознает в нем «того самого» Рамона Отеро, и весть об этом немедленно разлетится по округе. И тогда в покое их не оставят. Теодор уже предвидел многочисленные ложные свидетельства и наводки, а также неизбежные расходы в виде выплаченных ни за что вознаграждений. Он устремил взгляд в голубую даль, на бескрайние просторы Тихого океана; волны одна за другой набегали на берег, отчего водная гладь залива то вздымалась, то опускалась, и это было очень похоже на ровное, могучее дыхание неведомого великана. Было жарко, его пропитавшаяся потом одежда уже начинала липнуть к телу. Теодор подумал о том, что было бы очень даже неплохо, если бы ближе к ночи им с Рамоном удалось бы выбраться на тихий, дикий пляж, что начинался прямо за Орносом, и искупаться в море голышом. Или, может быть, это будет слишком напоминать Рамону о том времени, когда под покровом ночи Лелия плавала там вместе с ними? Рамон никогда не признается ему, что его тревожат воспоминания, он просто откажется идти туда, вот и все. Теодор закрыл глаза, подставляя лицо жарким солнечным лучам, и вспомнил одну из ночей, проведенную вместе с Лелией и Рамоном на том маленьком пляже, беспокойный плеск разбивающихся о берег прохладных волн и глухой стук сорвавшегося с дерева и упавшего на песок зрелого плода манго или кокосового ореха.

Во второй половине дня они продолжили поиски на пляжах Калета и Орнос, где в это время дня собиралось особенно много народа. Рамон, не снимая пыльного городского костюма, бродил среди нежившихся на горячем песке полуголых загорающих и, похоже, ему не было никакого дела до обращенных на него удивленных взглядов. Теодор дожидался его поодаль, на вымощенной каменными плитами дорожке, откуда ему был виден пляж, а также прохожие на улице. Когда Рамон в последний раз вытряхнул песок из ботинок, было уже пять часов вечера. Теодор уговорил его зайти в кафе «У голодного Германа», чтобы съесть хотя бы по гамбургеру, но Рамон от еды отказался и заказал лишь чашку кофе. Отсюда же Теодор позвонил Саусасу, которого, конечно же, на месте не оказалось, но зато ему сообщили, что Инфанте до сих пор не найден, и новых вестей из Акапулько в последнее время не поступало. Теодор сказал об этом Рамону и предложил пойти поискать отель для ночлега, немного передохнуть, а с наступлением вечера, когда городские улицы и ночные клубы заполнятся отдыхающими, продолжить поиски. На предложение пойти поискать место для ночлега Рамон согласился, но тут же заявил, что совсем не устал и не нуждается в отдыхе. Однако, вид у него был изможденный, и Теодор уже почти не сомневался в том, что за прошлую ночь он так и не сомкнул глаз.

— Тео, у меня такое ощущение, что он где-то здесь, в этом городе, — сказал Рамон. — Или где-нибудь поблизости. Ведь есть же ещё и Пье-де-ла-Куэста и Пуэрто-Маркес. Там тоже есть большие отели.

— Рамон, он не станет соваться в отели!

— Почему ты в этом так уверен?

— А ты сам спроси об этом в отеле «Клуб-де-Песка», и посмотришь, что они тебе на это ответят! — с некоторым раздражением произнес Теодор. «Клуб-де-Песка» был престижным и невероятно дорогим заведением и представлял собой огромное здание, выстроенное полукругом — именно такой отель выбрал бы для себя Инфанте, если бы вдруг решил остановиться в гостинице.

Они отправились в «Клуб-де-Песка», и попутно Теодор заглядывал и в другие гостиницы, мимо которых им довелось проходить, чтобы узнать насчет свободных номеров, но все они были переполнены. В отеле «Клуб-де-Песка» Рамон подошел к стойке портье и спросил, не останавливался ли у них сеньор Сальвадор Инфанте.

— Или сеньор Сальвадор Бехар, — поспешно добавил он, и Теодор поспешно отошел подальше в сторонку, не желая быть свидетелем столь неловкой сцены.

— Инфанте? — донесся до него голос портье. — Это тот самый тип, которого ищет полиция? Здесь уже все готово к его встрече, сеньор!

[40] Ладно! Спасибо! (исп.)

[41] Два песо. (исп.)