Но Букмекер отвернулся, от нее как будто смущенный ее искренностью.
— Я хотел бы провести пару опытов. Если хотите мы можем никого на них не приглашать.
Она была осторожна.
— Что за испытания?
Свет от ламп отражались от его очков, так как он запрокинул голову назад.
— Ничего такого, что бы причинило вам вред.
После того, как она узнала, что бессмертна, ей в принципе было все равно. Но она хотела начать новую жизнь. Не, то что бы у нее был выбор. Если она может помочь этой войне против зла она готова сражаться.
Это говорит ее душа или нет?
Букмекер предложил ей присесть. Он объяснил, как лига изменила гостиницу к их частному пользованию. Прошлые тальяны, как она уже знала, сделали хороши инвестиции в течение их длинных жизней.
В подвале находилась лаборатория с аппаратами ЭВМ, специальные кабинеты, пачки газет и бутылки красного вина.
Он видел ее метающийся взгляд.
— Хотите выпить?
— Испытание будет таким плохим?
— Как ни странно, я полагаю опьянение один из многих грехов, я никогда не видел пьяного тальяна. Ускоренный метаболизм демонов не позволяет.
Снова он не отвечал на ее вопрос. Но когда он погладил стол, она подпрыгнула. Он сфотографировал ее глаза и показал ей увеличенный снимок ее радужных оболочек. Тогда он достал ей второй набор.
— Под ультрафиолетом, — сказал он. — Цветы должны выглядеть красивыми, когда господствуют демон, цветы похожи на бабочек.
— Я не видела цветов с момента моего владения. — Последние цветы она видела в оранжерее Арчера. И она была занята.
Она загнала свои мысли обратно, так как Букмекер продолжал.
— Я бесконечно этому удивляюсь, демон проявляет свою энергию в нашем царстве, и тем самым меняет структуру ваших физических тканей.
— Есть и другие изменения, — бормотала она.
Он повернул голову и вернул обратно, чтобы взять анализ крови.
— Да. Бессмертие и склонность к насилию.
Она подразумевала утомленность, подозрительность, дрожь от каждого прикосновения, потеря веры и надежды. Но она предположила, что этого в крови не увидишь.
— Лиам думает, что вы объясните, почему демон выбрал меня, женщину, и что это могло означать… — она говорила, это колеблясь, затем закончила. — Для лиги, для войны между злом и добром. Я так предполагаю кающееся зло.
Он достал большую иглу.
— Я не могу об этом говорить. Я всего лишь секретарь здесь. Закатайте рукав.
Она оттянула свитер.
— Лиам ценит ваше мнение. И Арчер тоже сказал, что я должна поговорить с вами.
— Арчер? Он один из немногих, кто регулярно сообщает мне о событиях, но всегда скуден на детали.
— Возможно, он не видит в этом смысла. — Она сумела не фыркнуть, иначе она должна будет объясниться.