— Тогда хорошо. Спасибо за кофе.
Он смотрел, на нее, не вставая. Нил мог ругаться из-за его джентльменского поведения.
— У тебя больше нет вопросов?
— Ты не ответил не на один. И у меня такое чувство, что ты сдерживаешься, пока не придет время. — Она только улыбнулась.
Он думал, что должен доказать ей снова, но решил, что только все испортит. Так как она была права, он сдерживался.
И если он думал ослабить ее боль, то видел в ее глазах, что это очень сложно сделать. Только, потому, что два потерянных человека нашли друг друга, не делает их менее потерянными.
Он придвинул визитную карточку ей.
Она кончиком пальца провела по краткой надписи «№ 1».
— Один?
— Одержимость демонами, поворотами судьбы и чувством юмора. Видишь? Искупите.
— О. Ха, — ее пристальный взгляд цвета орешника обратился на него. — Скажи мне одну вещь прямо.
Он торжественно склонил голову.
— Тальян, — она наткнулась на экзотическое слово. — Они находятся во власти демона и прокляты?
Он колебался. По пути она говорила, что с религией у нее флиртующие отношения. И он был уверен, что его душа, все еще его, если говорить о покаянии, которое сделало ее восприимчивой к владению демоном, оно имело корни в ее веровании.
Не то, что зло сильно касалось веры. Он открыл рот.
Она покачала головой.
— Слишком поздно. Ты уже ответил.
Он нахмурился.
— Я не ответил. Ты слишком спешишь.
На сей раз, ее улыбка была притворной.
— Сообщи мне, когда догонишь.
Она ушла. Но визитная карточка была зажата между ее пальцев.
Арчер сидел и смотрел, как она уходит. Прямо и устойчиво. Подслащенный кофе и ее задетое самолюбие, позволили ей идти с гордо поднятой головой. Когда-то он бы предпочел пререкаться и командовать.
Но те времена прошли, а она совсем близко.
Разрушитель в нем дрожал, он ощущал это каждым мускулом своего тела, поскольку он немного расслабился. Дрожь, боль, сокращение мышц, волосы на руках встали дыбом и жар охотника, требующего преследовать.
Он держал себя в руках, поскольку еще мог видеть, как она спускается по лестнице к автомобилю, который ждал ее. Он позаботился об этом, как только они зашли в кафе, это наименьшее, что он мог сделать и наибольшее, что она позволила.
Он не вздрогнул, когда она уехала.
— Я так понимаю, что ты все это делаешь для Нила?
— Для потомства, — исправил Зейн. — Ты позволишь ей снова уйти?
— У нее есть наша визитка.