— Феррис Арчер. Я шел последу демона, и он привел меня к тебе.
— Ты действительно ожидаешь, что я тебе поверю? То, что я охвачена демоном?
— Вера — это не то, что надо. Это правда.
Это похоже на то, что сейчас ее пришибет пылающим фортепьяно. Конечно, она не верила ему. И все же она не могла оторвать взгляд.
— Демонов не существует.
— Материально в этом мире нет. Именно поэтому он нуждается в твоей плоти.
Ветер все еще дул с озера, и дрожь начинала пробивать ее. Она обняла себя вокруг талии, как будто это помогло бы ей чувствовать себя лучше.
— А что если я не хочу делить с ним плоть?
Мускул на его челюсти напрягся.
— Ты можешь выбросить его, прежде чем он поднимется. Прежде, чем пустит корни в твоей душе и свои метки на твоей коже. Но цена высока.
— Разве это не навсегда? — она вынудила себе разогнуть сжатые пальцы. — Скажи мне, что Бетси послала тебя от АА, что это просто плохой розыгрыш.
— Мне жаль, но это не так.
— Пожалуйста, — убеждала она его.
Его губы искривились, будто ему это причиняло боль, или просто это была улыбка.
— У меня много пороков, но лжи среди них нет.
Он отдернул края своего пальто, и из его сгибов показался почерневший куб размером с его руку. Он схватил его кистью и раздался угрожающий скрежет металла, куб раздвинулся и увеличился в длине. Он щелкнул по нему, и утолщенные шипованные лезвия показались наружу, разложившись каскадом, куб стал в два раза шире его растопыренных пальцев.
От примитивного куба до топора или ножа с заменяющимися лезвиями всего считанные секунды.
— О, Боже, — она съежилась и придвинулась к стене за ее спиной.
— Я никогда не буду делать этого снова. — Он схватил оружие чуть ниже лезвия и дернул рукава пальто.
Края бритвы сверкали холодным светом, он оказался более острый, чем на взгляд, он положил его на внутреннюю часть своей правой руки между чернильными татуировками.
— Нет, — отвращение вместе с ужасом прошло через нее, так же как тогда, когда увидела, как мчался ей на встречу внедорожник, который полностью изменил ее жизнь.
Татуировка ни цветная, ни племенная, а обычная примитивная, не задевала его суставов на руке. Против черноты ее, кожа на запястьях выглядела чуткой, вены и сухожилия выделялись на мраморной коже.
Он повернулся к ней, несмотря на заполненные страхом удары сердца, и поймал пристальный взгляд направленный на него.
— Непростительно мелодраматично, — сказал он. — Но хорошо действует как доказательство.
Он разрезал лезвием кожу на руке. Кровь лилась, но кожа в разрезе оставалась серебренной.
В бессловесном крике, она подскочила. Локтем она задела оружие, и оно выпало из его рук.
Они оба упали на тротуар. Он начал ругаться, так как сильно ударился спиной об землю.
Она не могла понять, что ей делать, обеими руками зажала ужасную рану, из которой быстро вытекала кровь.
— Сера.
— Ты псих? — Или она? У него был нож, ради Бога. Она пыталась не задавать вопросов, было ли оружие достаточно далеко, если вдруг ему оно снова понадобиться, но теперь для нее. — Я не могу тебя так оставить.