— И все они рассержены или достаточно решительны, чтобы убить военного атташе?
— Все. Осуществят ли они это, другой вопрос. Если не считать Кельтир… И, конечно, саму систему Скандья, мы слабейшие из тех, кого задевает то, что здесь происходит. Я высказал послу предположение, что смерть командира Круахана была предупреждением.
— Или попыткой усилить напряженность, чтобы кто-то совершил ошибку? — спросил Ван.
— Это еще одна несчастливая возможность, — и Ханниган нахмурился. — Должен сказать, что ваше назначение сюда меня беспокоит. Маршал понимает министерские заботы касательно офицера… с вашими наклонностями…
Вану удалось улыбнуться, хотя это было и нелегко.
— Возможно, с моими предполагаемыми наклонностями?
— К несчастью, командир, ваша репутация — причина тому, что вы здесь, и она может быть куда более неблаговидной, чем ваши настоящие и нынешние наклонности.
— Не следует ли мне поинтересоваться, чьей гибели вы желаете? — Ван позволил своему голосу немного взлететь.
Ханниган тепло рассмеялся.
— Мы не желаем ничьей гибели. К тому же старший военный атташе приравнивается к первому секретарю. Так что я не могу отдавать вам приказы, особенно вроде таких, и это было бы последнее, чего пожелал бы посол Рох. Он верит, что любая проблема может и должна решаться дипломатически.
Ван кивнул. Ханниган передал ему еще одно внятное послание.
— Вам не потребуется много времени, чтобы испытать на своей шкуре что почем, потому что вот-вот начнется летний сезон.
— Летний сезон?
— В большинстве систем общественная жизнь бьет ключом зимой. В этой же зимы всегда были столь суровы, что укоренился совершенно противоположный обычай. Лето здесь наиприятнейшая пора, сами увидите, хотя оно и теплее, чем следовало бы ожидать после такой зимы.
Ван кивнул.
— У нас тут нет разведывательной сети, как таковой, не считая вас и прочего посольского персонала, но имеется внутренняя сеть, куда любой, кому охота, может внести данные и наблюдения.
Это и в сравнение не шло с той базовой информацией, которую уже переварил Ван, но он ничего не сказал.
— Пойдемте, повидаем посла, — и Ханниган поднялся.
Ван тоже.
— Как только он с вами познакомится, я передам инструкционные материалы, а Шин покажет вашу квартиру в северном крыле. Там очень славно.
— А ваша где?
— В северном крыле на противоположном конце. — Ханниган рассмеялся, затем открыл дверь. Ван снова подхватил свои пожитки и последовал за ним.
В приемной посла сидела его помощница, пожилая блондинка, которая улыбнулась, когда они вошли.
— Вы, должно быть, командир Альберт. Я Мег Мак-Донах, личный помощник посла.
— А… Стало быть, вы та, которая всем вертит? — ответил Ван с улыбкой. — Рад знакомству.
— Она вертит всем, исключая посла, — добавил Ханниган.
— Лишь этим маленьким закутком, — заскромничала Мег. — Посол ждет, командир. Он сказал, что встретится с вами в 15–00 сотен, доктор.
Ханниган кивнул, затем выскользнул за дверь и закрыл ее за собой.
Ван опять поставил в сторонку свои вещмешки и последовал за Мак-Донах, которая открыла внутреннюю дверь, даже не постучав.
— Командир Альберт, посол.