На следующий день мы снова играем в парке. Ее отец сидит на скамейке с книгой в руках. Она говорит мне на ухо:
— Папа сказал, что родители не могут жениться на своих детях. Чтобы жениться, нужно стать взрослым и встретить человека из другой семьи.
Я спрашиваю:
— Значит, я не могу жениться на маме?
— Нет, — отвечает она.
— Жалко.
Она тоже погрустнела:
— Да, действительно жаль.
Сегодня она принесла ракушки, которые называются хамагури, и разложила их на земле в два ряда. Ракушки крупные, и у всех створки отделены друг от друга. Я беру одну: она больше, чем моя ладонь. Мы считаем ракушки. Одна, две, три, четыре… Я умею считать только до десяти. После десяти я замолкаю. А она продолжает и, коснувшись последней, объявляет:
— Двадцать! Всего двадцать. Будем играть в каиавасе.
Я повторяю слово, услышанное впервые:
— Каиавасе?
— Да. Правила очень простые: нужно найти две створки, которые раньше были вместе.
— Но ведь по размеру и по цвету они все одинаковые, — говорю я.
— Нет. Приглядись получше.
Она берет две створки и прикладывает их друг к другу. Потом показывает мне, как они соединились, и объясняет:
— Эти две половинки разной величины, видишь?
Рассмотрев их вблизи, я отвечаю:
— Ты права.
— Значит, нужно отыскать пару. Это непросто.
Я тоже беру две створки и пытаюсь соединить их, но они от разных раковин. Я кладу их на землю. Она продолжает искать пару для своей створки. Потом снова моя очередь. Так мы играем до тех пор, пока не получается десять целых ракушек.
Сегодня она нашла семь парных створок, а я только три. «У хамагури только две половинки подходят друг к другу», — сказала она.
Как-то раз Шинпу-сама окликнул маму из окна церкви. Мама подметала дорожки в саду, а я играл с приятелями. Позади Шинпу-самы стоял человек, который приносил в церковь лекарства. Отложив метлу в сторону, мама прошла через ту дверь, что была рядом с окном. Я подбежал к открытому окну.
До меня доносится голос Шинпу-самы:
— Вот господин Такагаши, о котором я рассказывал. Он хотел бы поговорить с тобой, Марико. Ступайте в мой кабинет. Оставляю вас наедине.
Теперь вместо Одзисана к нам приходит после работы господин Такагаши. Мы ужинаем вместе, и он играет со мной. Иногда он приглашает нас с мамой погулять, чего никогда не делал ее отец.
— Одзисан больше не придет к нам? — спрашиваю я маму.
— Придет, — отвечает она. — Просто сейчас он очень занят на работе.
Господин Такагаши, мама и я садимся в Токио на поезд и едем до Камакуры. Потом — на автобусе до моря. Сначала я думал, что это большая река. Господин Такагаши сказал, что мы на берегу Тихого океана. Вода соленая. Я спрашиваю почему. И он отвечает: «Это сложный вопрос. Так просто не объяснишь. Но важно уметь задавать вопросы и знать нужные вещи».
На пляже мы строим из песка дома, замки, лепим машины, людей, животных. Каждый раз мы ходим на два пляжа, которые называются Шиширигахама и Югахама. Там я нахожу много ракушек. Потом мы идем к Дайбутсу, что неподалеку от вокзала, и обедаем в ресторане.