Большой подлог, или Краткий курс фальсификации истории: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Правда, этот же Чарльз Вильсон проливал и слезы, «о страданиях афганских детей, ранивших его сердце», выбивая в конгрессе деньги на «Стингеры» для сбивания советских вертолетов. Советские летчики должны посидеть в плену как наш Маккейн!

Так все же: сострадание (к афганцам) или железная арифметика потерь?

Впрочем, как известно, Чарльзу Вильсону делали операцию по пересадке сердца, так что здесь можно оставить и самый мягкий, примирительный вариант:

— В одном из сердец конгрессмена сидела калькуляция тех, еще вьетнамских потерь: «Они нам должны еще 33 000 убитых».

А в другом конгрессменовом сердце — сострадание к афганцам.

Правда получается, по чарльзвильсоновской же арифметике, по всем правилам арифметических пропорций, для успешного «взыскивания» остатка этого долга (33 000 убитых), — Афганская война должна была протянуться еще 17 лет — равно как 17 лет для этого должны продолжиться и… страдания афганский детей, ранивших его (второе) сердце…

Но самая-то важная моя поправка в другом. Вьетнам и Афган…

Учился-то будущий конгрессмен Вильсон неважненько: второй с конца по результатам экзаменов по истории. (А как Маккейн, честно говоря — не знаю.) И почти извинительно ему не знать, что вьетнамский узел, затянулся еще в его дошкольные годы. И уж к этому СССР — не имел ни малейшего отношения. Да, СССР заваливал потом Северный Вьетнам горами оружия! Да, советской ракетой был сбит будущий республиканский претендент Маккейн.

Но… СССР не провоцировал США влезать во Вьетнам.

Вот главное отличие между сведенными в единый баланс Вьетнамом и Афганистаном! Ибо заманивание СССР в Афганистан — это была удачнейшая американская спецоперация. Збигнев Бжезинский хвастается ею по сей день, изумляя европейских телевизионщиков уровнем американского цинизма.

Как известно, 24 декабря 1979-го советские войска вошли в Афганистан. Но еще 3 июля 1979 года, как свидетельствует сам Бжезинский, он направил докладную записку президенту, в которой высказал мнение, что «помощь противникам афганского режима (Кармаля — Амина) будет побуждать Советский Союз к военному вмешательству». И президент Картер подписал первую директиву о предоставлении тайной помощи противникам режима в Кабуле. И недавнее документированное разоблачение состояло в том, что ранее по американской версии, их помощь моджахедам началась строго после 24 декабря 1979 года («…защита афганских детей, разрывавших второе сердце Вильсона»). И вот Роберт Гейтс и еще несколько чиновников признали, а Бжезинский, так и вовсе — похвастался!! — что помощь началась еще 3 июля 1979 г., и именно с целью спровоцировать советское вторжение в Афганистан.

Вот Бжезинский в интервью французской газете Nouvel Observateur (18–25 января 1998 г. и чуть ранее в интервью телесети CNN 13 июня 1997 г.).

— «Нувель Обсерватер»: Вы не жалеете о том, что вы содействовали исламскому фундаментализму, что вы снабжали оружием и консультировали будущих террористов?

— З. Бжезинский (как замечают французские интервьюеры — удивляется):

Эта секретная операция была отличной идеей. Ее целью было заманить русских в афганскую ловушку, и вы хотите, чтобы я жалел об этом?

Что важнее с точки зрения истории мира? Талибаны или падение советской империи? — (И таких трелей счастливого триумфатора еще 5 страниц…)

Потом США развернул целую кампанию санкций и акций, «заставивших СССР заплатить большую цену» за инспирированную ими авантюру. Бжезинский лично бывал в Пакистане, координировал совместные с этой мусульманской страной усилия и втянул в антисоветскую ось «саудовцев, египтян, англичан, китайцев» (…)

В общем, признаем, разыграно было блестяще, (правда и политический маразм брежневщины помог). Но согласитесь, колоссальнейшая, качественная тут разница со Вьетнамом.

Вьетнамский конфликт — это, собственно на 100 % французская колониальная война, расколовшая страну на Север и Юг еще в самом начале 1950-х.

Это слишком уж громкий, на весь мир прозвучавший разгром французов при Дьенбьенфу (7 мая 1954 года) побудил США сначала помочь союзникам, а потом и постепенно занять освобождавшееся французское место. Влезть в старые колониальные французские дрязги, тянущиеся еще с 1858 года (год влезания французов) — это было сугубо американское решение. Перечитайте историю президента Эйзенхауэра работы Роберта Иванова — там впечатляющая картина, как опытный и мудрый полководец Второй мировой войны всеми средствами препятствовал вползанию США во вьетнамско-французскую столетнюю войну. И что из этого вышло.

Роберт Иванов: «Воздержаться от интервенции в Индокитае было нелегким делом для Эйзенхауэра. На него оказывалось большое давление внутри страны с требованием нанести по Вьетнаму удар хотя бы с воздуха. Французские союзники США по НАТО, предвидя катастрофу в Дьенбьенфу, где вьетнамцы окружили французские войска, беспрерывно взывали к натовской солидарности, настаивали на прямом военном вмешательстве США в войну во Вьетнаме. Эйзенхауэр… сомневался в том, что удары с воздуха по Дьенбьенфу будут эффективны, и опасался, что они могут стать только прелюдией к обязательству использовать во Вьетнаме американские наземные вооруженные силы… Однако он все же направил во Вьетнам американские бомбардировщики и 200 военных специалистов. С. Амброуз констатировал: «И все же, несмотря на сокращение числа военнослужащих, направляемых во Вьетнам, и установление точной даты их возвращения, Эйзенхауэр оказался тем, кто послал первый контингент американских солдат во Вьетнам». Именно этот прецедент был использован преемниками Эйзенхауэра в Белом доме, чтобы в дальнейшем ввязаться в одну из самых грязных и кровавых войн».

Что ж, попробуйте привязать русских 1858 года (2 года после окончания Крымской войны), к тому, что французы полезли во Вьетнам? С конгрессмена-то Вильсона (второй с конца по результатам экзаменов по истории) — какой вообще может быть спрос?! Силен только в арифметике: 58 тысяч, 25 тысяч, русские за Вьетнам должны нам еще 33 тысячи…

Однако вот уже пройдено 3 страницы, без единого упоминания Грузии. Только Вьетнам, Афганистан, Вильсон, Маккейн, Бжезинский, 58 000 убитых, 25 000 убитых…

Но в действительности, это страницы, которые я попросил бы перечитать всех, интересующихся именно судьбой Грузии. Хирургическая мгновенность августа-2008, сорвала план США. (Помните, пара страниц выше, Вильсона: «Пусть у русских будет свой Вьетнам!»)

Только предположите, что удалось бы им, втравив Саакашвили, еще и затянуть конфликт, привить, допустим, грузинам вьетнамское и пуштунское упрямство, завалить их оружием, (отчасти выполнено). Вот и добрали бы они, наконец, те «… 33 000убитых, которые русские должны нам». А Вильсон бы параллельно дооплакивал бы… страдания грузинских детей, ранивших его (уже наверно третье) сердце…

Ведь добирать 33 000 убитых — для этого нужен длящийся конфликт!

И страну трехтысячелетней культуры бросить мелкой гирькой на баланс двухсотлетнего ковбойского режима — это что?

ФИНАЛ

Главное, в чем преуспели те ковбои, так это в избирательном влиянии на интеллигенцию древних наций. А еще — в упрощенном, голливудском восприятии истории. Вот на этом, всем знакомом поле я и завершу свою «Маккейновскую главу». Образ его, в общем-то, легкопонятный, и даже — признаем — цельный. Родился в военной семье, на военной базе. Бомбил Вьетнам. Если б не советские зенитные ракеты и инструкторы — сколько бы лет успешных и безнаказанных бомбежек, сколько тонн напалма он бы еще вылил на вьетнамцев! Сколько званий, наград светило бы Маккейну Третьему!.. Почти шесть лет сидел в плену. А рядом с вьетнамскими допрашивающими офицерами, конечно, были и советские. Личные вещи отобрали — (спасибо, Саакашвили хоть пистолетик вернул)…

В общем, все что он думает, что он, Маккейн, вообще может думать о России — столь ясная картина, что и пары строчек тратить жалко… (Представили, думаю, все). Еще только раз повторю, зафиксирую сам корень его русофобии: нарушенная безнаказанность. Ведь как было замечательно: он бомбит, льет напалм — вьетнамцы в бессильной ярости целятся в него из луков. И всю эту ковбойскую идиллию смазывают зенитные комплексы «Made in USSR»! Понимаем Вас, мистер Маккейн!