Отец невесты: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Нет, я настолько крепко любила Синтию. Мне было больно видеть, что моя единственная дочь убита горем.

– Однако вы не стали разыскивать меня и просить вернуться.

– Разумеется. Я считала, что в интересах самой Синтии поскорее забыть о вас. Мэттью был для нее гораздо более подходящей партией. Благодаря ему Синтия обрела уверенность, которой никогда не дождалась бы, живя с вами. Но суть не в этом. Дело в том, что я люблю дочь и желаю ей счастья. То же самое касается и моей внучки. Вот так. Если ваше участие в церемонии осчастливит Дайану, я не стану противиться.

Расс не смог заставить себя поблагодарить Гертруду, хотя испытал невероятное облегчение. Внезапно он понял натуру этой женщины. Сжав губы, он на минуту задумался, затем кивнул и повернулся к двери, но уже на пороге оглянулся и осторожно спросил:

– Скажите… неужели вы не стали бы разыскивать Синтию, если бы она не позвонила вам?

Гертруда вновь вздернула подбородок.

– Я выяснила, где живет Синтия, задолго до того, как она позвонила мне. И увидела Дайану почти сразу после рождения. По выходным я часто сидела в машине у входа в парк и наблюдала, как вы передаете малышку из рук в руки.

У Расса перехватило дыхание. Он долго смотрел на Гертруду, размышляя о ее упрямстве, гордости и потерянных годах. Затем кивнул, повернулся, но и на этот раз не ушел. И не оглядываясь, проговорил:

– Последний вопрос… Как бы вы отнеслись к тому, если бы мы с Синтией вновь стали встречаться, если бы она навестила меня в Коннектикуте?

После минуты, показавшейся Рассу вечностью, Гертруда ответила:

– Синтия – взрослая женщина. Она вдова. Я не вправе распоряжаться ее жизнью.

– Она любит вас и потому не захочет причинять боль. Неужели вы намерены устраивать ей скандалы?

Голос пожилой женщины прозвучал еле слышно:

– Разве это пойдет мне на пользу?

Недоумевая, Расс обернулся.

– Что вы имеете в виду?

– Мне нечем удержать Синтию. Она надежно обеспечена, занимает прочное положение в обществе. Теперь она не нуждается в моей помощи, как двадцать пять лет назад. Если она решит встречаться с вами, а я стану возражать, вполне возможно, она вновь пренебрежет моим советом, только на этот раз у нее не будет никаких причин вернуться. Откровенно говоря, сейчас мне бы не хотелось потерять дочь.

Смысл ее слов не сразу дошел до Расса. Он спросил, желая убедиться, что не ослышался:

– Значит, вы не станете ссориться с ней?

– По этому поводу – нет. – Уголок рта Гертруды дрогнул, и Расс был готов поклясться, что видел подобие улыбки. – Но что касается других – ручаться не стану. Ведь я – Гертруда Хоффман. Я по натуре требовательна и своевольна, временами даже чересчур. Возмущаться по тому или иному поводу я перестану лишь в день своей смерти. У вас есть еще вопросы?

Подумав, Расс покачал головой. В последний раз кивнув и взмахнув на прощание рукой, он скрылся за дверью, вышел из дома и направился к машине. Внезапно день показался ему небывало солнечным и ясным.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Репетиция свадебной церемонии в четверг вечером прошла без сучка, без задоринки, полностью удовлетворив Синтию. Прежде всего, незадолго до репетиции Синтии сообщили, что Джимми Шуллер пришел в сознание. Кроме того, все подружки невесты и шаферы – за исключением одного Джареда Флинна – благополучно прибыли в Сент-Луис, девочки-цветочницы вели себя прилично, не вызывая нарекания матерей, а Гертруда ничем не выразила удивления, увидев, как Расс ведет Дайану к алтарю по центральному проходу между скамьями. Словом, Синтия осталась всем довольна.

Ее настроение улучшилось, когда вся компания отправилась из церкви в ресторан в Хилле, принадлежащий семье Ника, где должен был состояться предсвадебный ужин. Ресторан был небольшим, но элегантным – с белыми скатертями, белыми льняными салфетками и свежими цветами. Свечи на каждом столике, картины и фотографии на стенах создавали уютную, домашнюю атмосферу.

Синтии нравилось семейство Гранателли, с которым она была давно знакома. Она любила Терезу – дородную, величавую женщину, способную статью и достоинством поспорить с Гертрудой, по-дружески относилась к Дому, пожилому красавцу с седыми усами и ястребиным носом, и дядюшке Вито с неизменной сигарой, которая казалась настолько неотъемлемой принадлежностью этого мужчины, что никто и не думал жаловаться. Синтии нравились сестры Ника: Паола, Фрэнки и София – и его братья: Карло и Винни – блондины, как и сам Ник, которого Синтия уже успела полюбить, как родного сына. Но больше всего Синтию радовало, что Ник и Дайана влюблены и что их любовь преодолела различия в происхождении, которые доставляли столько мук старшему поколению. Если Гертруда и была против этого брака, она благоразумно промолчала, должно быть понимая, что Синтия всеми силами будет бороться за право дочери на счастье.

По всем этим причинам Синтия пребывала в хорошем настроении. Кроме того, в ресторане Расс ни на секунду не отходил от нее, и Синтия не скрывала радости. Ей нравилось знакомить Расса с родными Ника, нравилось, что Расс сразу пришелся ко двору в их компании, умело и непринужденно поддерживая разговор. Синтия восхищалась его поступками, вплоть до мелочей – например, тем, как он стоял, касаясь ее руки или плеча, как принес ей стакан со стойки бара, как обнял ее за талию, сопровождая к столу, и, галантным жестом придвинул стул. Расс был истинным джентльменом, и, хотя умением держаться в обществе он обладал еще в юности, с возрастом он приобрел заметный лоск. Большей обходительности и любезности Синтия не могла бы пожелать. Двадцать шесть лет назад она преклонялась перед юношей, работавшим в дешевом кафе, а теперь – перед видным мужчиной, в которого превратился этот юноша.

Когда вечер завершился, Синтия пожалела о том, что он промелькнул так быстро. Слишком рано Расс отвез ее домой и проводил до двери. Синтия ждала особого знака внимания, и хотя жаждущий взгляд Расса дал ей понять, что она не одинока в своем желании, он не поцеловал ее. Вместо этого Расс предложил заехать за Синтией на следующий день и помочь с хлопотами, неизбежными в последние часы перед свадьбой. Поскольку другой причины побыть рядом с ним у Синтии не нашлось, она приняла предложение.

Последствием этого решения стали блаженство и мука: вместе с Синтией и Дайаной Расс вскрывал подарки, следил за тем, как во дворе расставляют тент и столы, деятельно участвовал в последнем обсуждении свадебной церемонии вместе с Тэмми. Он терпеливо ждал, пока Синтия принимала первых гостей, явившихся издалека. Расс отвез ее к ювелиру, за подарками для подружек невесты, затем в химчистку, чтобы забрать вещи, которые потребуются Дайане во время медового месяца, и в больницу, проведать Джимми. Наконец Синтия отправилась к маникюрше, и Расс терпеливо ждал ее у салона.

И все-таки, несмотря на то что Синтии нравилось общество этого уравновешенного, услужливого и терпеливого мужчины, его присутствие стало для нее пыткой. Его прикосновения были слишком мимолетными. Расс с вожделением смотрел на нее, но не выдавал своих чувств ничем, кроме взгляда. Он обращался к ней приглушенным, интимным тоном любовника, который опалял Синтию, но отстранялся, едва в ней вспыхивал огонь. К концу дня Синтия не знала, чем вызвана ее внутренняя дрожь: обычными переживаниями матери невесты или страстью.

Едва Расс привез Синтию домой, телефон начал звонить не умолкая. Прикрывая ладонью трубку, Синтия объясняла Рассу, кто звонит, и беседовала то с кузиной, прибывшей вместе с семьей из Кливленда, то с бывшим деловым партнером Мэттью, приехавшим с женой из Денвера, то с подругой Гертруды, которую Синтия помнила с детства. Затем позвонила Дайана, сообщила, что гости уже собираются в доме Гранателли, и попросила Расса и Синтию поторопиться. Этот звонок стал идеальным решением проблемы, вставшей перед Синтией: теперь она могла находиться рядом с Рассом, но чувствовать себя в безопасности. Чем больше людей окажется вокруг, тем спокойнее она будет выдерживать близость Расса.