Девушка ещё долго не решилась бы вздохнуть посвободнее, если бы хранитель сам не откинул полог.
— Где ты там? Живая?
— Тут, — пискнула она, увидев его силуэт против слабого света.
Серело, занималось утро.
— Да не бойся! — успокоил он. — Это так… Пугают только.
А не слишком ли голос у него озабоченный?
— Ты тут посиди пока. А я там… ещё посижу, — велел он и скрылся опять.
Его стража давно прошла, но хранитель хотел убедиться, что опасность и вправду миновала. Маритху немного отпустило. Скоро она выбралась из своего угла и за неимением лучшего дела решила повозиться с огнём да едой. Не то чтобы так уж сильно хотелось — не до еды было, зато руки чем-то можно занять. Однако после этой ночи руки у девушки просто ходуном ходили, и после нескольких попыток развести огонь она решила ждать Тангара. А то ещё шкуру тарпу подпалит, так хранитель сам её убьёт, безо всяких местных тварей справится.
Тангар пропадал долго. Маритха отважилась выглянуть и не нашла его на месте, забеспокоилась, но спутник скоро объявился, взобрался наверх. Ввалился внутрь, глянул на остатки её безуспешных попыток заняться «хозяйством», без слов взялся за дело сам. Девушка с удовлетворением заметила, что ему тоже не по себе. Не так уж точны и споры сегодня его движения.
— Это что? — нарушила она молчание первой.
— Первое приветствие такое. От запретных земель.
Не больно-то он спокоен.
— Ничего себе приветствие, — пробормотала она. — Я думала, конец уж всем.
— На то они и запретные. Чтобы ходить сюда неповадно было.
Маритха сразу не нашлась, что сказать.
— Так чего же ходят? Раз нельзя?
— Известно чего. — Он слегка усмехнулся. — За золотишком. А то, что нельзя… Никто ж так прямо не говорит. А и сказал бы, не послушали б, — махнул рукой. — Вон адика хотя бы взять, людишки смелые, и вовсе здешнего не пугаются. Живут тут, ни на что не жалуются… кроме нас.
— И что? Всегда так… приветствуют?
Он покачал головой:
— Когда как. Все потом разное говорят. Оно и понятно. Ведь если бы всегда одно и то же, кто б устрашился?
Маритха опять не нашлась, что сказать в ответ.
— Так это кто вопил? Те нелюди, про которых…
Тангар резко пожал плечами. Не знаю, значит, и знать не хочу.
— А к чему это все? Что, теперь каждую ночь будут кричать? — Она поёжилась, представляя себе, как придётся ночами трястись до самой Латиштры.
— К чему? Вон, двоих уже недосчет, — нахмурился хранитель. — Один насмерть, другой не в себе. Только что слышал, решали, что с ними делать.
Маритха так и обмерла.
— А ты ничего, — промелькнуло что-то, похожее на одобрение, — ты быстро отошла. А каждую ночь они вопить не будут, нет. Это первое приветствие. Дальше хуже будет. Может, мы уже сегодня к Каменным Грядам подойдём. Вот оттуда настоящие запреты и начнутся. А сейчас так, земля больше ничейная.
Он водрузил кружку поверх жаровника и привалился к стенке.
— А откуда ты про все знаешь, если на Той Стороне и не бывал почти?
Хранитель только глазами сверкнул.