— Ну и что? Сам он её, что ли, потащит? — вызверился Самах. — Давай открывай, я уж запарился весь! Вот Тангар сейчас придёт и сам твою говорильню накроет!
Те принялись снимать мощные запоры, ворча и кляня Первого хранителя непонятно за что. Маритха перепугалась уже не на шутку. Тангара тут не было. Что делать? Обвинить Самаха во вранье? А вдруг себе во вред получится? А вдруг он по указке Тангара её прочь отсюда тащит?
Разум лихорадочно метался от одной догадки к другой. Время шло, запоры скрежетали, а так ничего и не придумалось.
— Чего суетишься? Возьми, надень вот, — всунул ей что-то Самах и хитро подмигнул.
Маритха тупо глядела на него.
— Ну?!
Хранитель уже натянул на себя такой же мохнатый наличник и стал похож на зверя, только глаза из прорезей поблёскивали.
— Надевай, дура, все себе поотморозишь!
Завывающий ветер ворвался внутрь, и она поспешно начала прилаживать вокруг головы кусок шкуры. Ругаясь, её сторож сам затянул какой-то ремешок. Маритха ещё не успела натянуть рукавицы, как он выпихнул её наружу. Руки сразу будто огнём обожгло, девушка не помнила, как в рукавицах оказалась.
Дверь за ними тяжело захлопнулась.
Глава 3
Побег
— А Тангар? — закричала Маритха, прижатая ветром к своему спутнику. — Где Тангар?
— Чего? — донеслось до неё. — Вон там!
Маритха проследила за рукой, но ничего не увидала. Глаза против ветра сразу же заволокло слезами, как будто много иголок впилось в глазницы. Никакой наличник, даже тот, что дал ей Самах, не помог бы. Да и темно очень, едва дорогу от стены можно отличить. Её спутник что-то ещё кричал.
— Не один… — разобрала девушка. — Не один ход из дома! — Это он ближе наклонился, голова к голове.
Рядом вынырнула тень. Маритха облегчённо вздохнула.
— Тангар?! — завопила прямо в лицо, закрытое наличником.
Тот остановился.
— Тангар! Он самый! — за него крикнул Самах.
Тень кивнула, не желая орать попусту, и Маритха совсем успокоилась.
Тангар двинулся вперёд, с натугой разрезая встречный ветер, Маритха укрылась за его широкой спиной. Идти все равно было жутко трудно. Ветер петлял в извилистых улочках и внезапно обрушивался то с одного, то с другого боку. Тогда кто-то из хранителей закрывал её собой, но Маритху все равно швыряло из стороны в сторону. Когда она упала во второй раз, Самах крепко взял её под локоть. Девушка окончательно потерялась среди путаницы местных домов и дорог, в неослабевающем рёве бури. В бесконечных попытках выровняться и больше не падать она бессильно повисла на подставленной опоре, всецело полагаясь на хранителей. А скоро ещё и глаза зажмурила, опасаясь их лишиться.
Совсем замёрзшую, ещё более беспомощную, чем по приезде в Табалу, её втащили в какой-то дом. Маритха даже не поняла, большой он или маленький. Потащили каким-то узким ходом, втиснули в залу с невидимым сводом, затерявшимся в темноте. Ещё одна тюрьма.
Жалкий тощий огарок, торчавший из свечника посреди залы, бросал вокруг бледные растерянные отсветы, выхватывая из тьмы то мешки, сваленные как попало и целиком не уместившиеся в пятно света, то брошенные кучей какие-то шкуры. Не успела она оглядеться, как невольно вздрогнула — из темноты донёсся голос, хрипловатый и незнакомый.
— Это она?
— Она! — отозвался Самах, стаскивая наличник. — В самом целом виде. Со всем её барахлом.
Второй спутник Маритхи бросил наземь узел, о котором та уже и думать забыла, и тюк, подскакивая, покатился к её ногам. Сам же хранитель так и не спустился, остался в дверях, не подходя близко к свету.
Девушка задрожала. Неужто Тангар её обманул?
— Тангар? — робко позвала она. — Куда ты меня завёл?
Оба хранителя вразнобой хохотнули.
— Ты чего молчишь?