MoreKnig.org

Последняя ночь на Извилистой реке: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Ирвинг Джон



Шрифт:

Арно не разгадал ее смысла, хотя слово по звучанию было очень близко к французскому.

— «Поцелуй волка», — медленно произнес Сильвестро, делая ударение на обоих словах.

Арно невольно вздрогнул. Он был невысоким, крепко сбитым, с коротко подстриженными седыми волосами и улыбкой мудреца. Он всегда носил черные, тщательно отутюженные брюки и элегантную, но с открытым воротом рубашку. Этот человек умел придать церемониям оттенок естественности. Можно сказать, он был ресторатором старой школы: вежливым, философичным; он ценил традиции, но мгновенно понимал, когда нужно поменять стиль.

— «Поцелуй волка»! Что же вы мне раньше не сказали, Доминик? — озорно засмеявшись, спросил Арно у своего верного друга. — Название современное, соблазнительное и с оттенком вызова!

«Конечно, такое название имеет оттенок вызова», — подумал повар. И это будет не самым главным доводом, когда ему придется объясняться с Кетчумом. Доминику сейчас не хотелось даже гадать, какое мнение выскажет старый сплавщик, когда узнает об этом. «Гора лосиного дерьма!» — вот что скажет Кетчум. А возможно, и что-нибудь покрепче.

Не было ли возвращение себе прежнего имени и фамилии рискованным шагом? В мире, где интернет уничтожил расстояния, могут быть десятки людей с таким именем и фамилией. Поди догадайся, какой это Доминик Бачагалупо! (Кетчума отчасти успокоило, когда он узнал, что фамилию повару изобрела его мать Нунци, написав «г» вместо «к».)

Но если мыслить реалистично, возможно ли бывшему помощнику шерифа из округа Коос, штат Нью-Гэмпшир, докопаться, что название торонтского ресторана «Поцелуй волка» — это английский перевод итальянского слова «Бачагалупо»? Не стоит забывать (успокаивал себя повар), что Ковбою уже восемьдесят три года!

«Уж если здесь я не в безопасности, то и нигде не буду», — думал Доминик, идя на узкую шумную кухню «Патриса», которому вскоре предстояло стать «Поцелуем волка». Мы ведь живем в мире случайных происшествий. В нем не только имена — в нем все постоянно меняется.

Дэнни Эйнджел искренне сожалел, что в свое время перестал быть Дэниелом Бачагалупо. Лучше бы он никогда не менял свою фамилию на псевдоним. Нет, он не мечтал вернуть себе что-то от характера невинного двенадцатилетнего мальчишки или молодого парня, каким он когда-то был. Сожаления объяснялись даже не тем, что Дэниел Бачагалупо — его настоящие имя и фамилия и что так, а не иначе его назвали родители. Это более достойное имя для писателя — так считал пятидесятивосьмилетний романист. Чем ближе подходил он к своим шестидесяти годам, тем меньше ему хотелось оставаться Дэнни или Эйнджелом. Он все лучше понимал, почему даже в детстве отец старался называть его Дэниелом. Отец, безусловно, был прав, хотя правоту хромого повара его знаменитый сын по-настоящему начал осознавать только сейчас. (Но признание отцовской правоты не означало, что пятидесятивосьмилетнему писателю, работающему дома и проводящему там немалую часть своего времени, всегда легко и просто находить общий язык со своим семидесятишестилетним отцом. Между ними часто возникали споры.)

Дэниел никогда не думал, что под старость Кетчум так сильно политизируется. Когда они жили в Извилистом, сплавщику было ровным счетом плевать на выборы и государственную политику страны. Но в ноябре двухтысячного года Кетчум пристально следил за избирательной кампанией. Победу Джорджа Буша[192] он назвал «флоридским провалом» и заявил, что Буш украл президентство у Эла Гора, а Верховный суд узаконил это воровство. Факсы от Кетчума шли безостановочным потоком. Дэнни с отцом считали, что по голосам избирателей победил Гор, но республиканцы подтасовали результаты выборов, получив незначительный перевес в голосовании коллегии выборщиков. Однако ни повар, ни его сын не разделяли крайних взглядов Кетчума. Так, он считал, что им обоим «лучше быть канадцами и поглядывать на этот бедлам издалека». И Америка, которую старый сплавщик поливал грязью, называя «дерьмовой страной», по мнению отца и сына Бачагалупо, не заслуживала такой судьбы.

КУДА ДЕВАЮТСЯ НАЕМНЫЕ УБИЙЦЫ, КОГДА В НИХ ВОЗНИКАЕТ ОСТРАЯ НУЖДА?

Такой вопрос содержался в факсе Кетчума. Он не имел в виду убийство Джорджа Буша. Кетчум считал, что кто-то должен убить Ральфа Нейдера[193]. (Гор наверняка побил бы Буша во Флориде, если бы Нейдер не подгадил.) Кетчум считал, что Ральфа Нейдера нужно связать, затолкать ему в рот кляп, втиснуть в ломаное детское автомобильное сиденье и утопить в реке Андроскоггин.

Во время вторых дебатов между Бушем и Гором Буш критиковал президента Клинтона за отправку американских войск в Сомали и на Балканы. «Я не думаю, что наши войска должны использоваться для того, что называется созданием нации», — сказал будущий президент.

ХОТИТЕ ДОЖДАТЬСЯ И УВИДЕТЬ, КАК ЭТОТ МАЛЕНЬКИЙ ДОЛБАНЫЙ ЛГУН НАЙДЕТ СПОСОБ ПОСЛАТЬ НАШИ ВОЙСКА ЕЩЕ КУДА-НИБУДЬ? ХОТИТЕ ПОБИТЬСЯ ОБ ЗАКЛАД, ЧТО ОН И НЕ ВЯКНЕТ ПРО «СОЗДАНИЕ НАЦИИ»?

Такой была факсовая реакция Кетчума на дебаты кандидатов в президенты.

Однако Дэнни вовсе не радовало грядущее бесчестье Америки, и особенно сейчас, когда он глядел на это «издалека». Он и отец никогда не хотели покидать родную страну. Дэнни вовсе не собирался поднимать шумиху вокруг смены гражданства, и в той мере, в какой это возможно для писателя с мировой известностью, старался вообще не афишировать своих политических взглядов. Однако делать вид, будто ты находишься вне политики, становилось все труднее, особенно после восемьдесят четвертого года, когда вышел его роман «К востоку от Бангора». Его «абортивный» роман сразу же назвали откровенно политическим.

Получение канадского гражданства оказалось для Дэнни и его отца процессом затяжным. Дэнни подавал прошение как человек, имеющий самостоятельный источник дохода: согласно характеристике юриста по вопросам иммиграции, он был «лицом, участвующим в культурной деятельности мирового уровня». У Дэнни хватало денег для содержания себя и отца. Оба прошли медицинское освидетельствование. Пока что они жили в Торонто по гостевым визам, и это обязывало их каждые полгода продлевать сроки действия виз. Прошение о переходе в канадское гражданство требовалось подать в канадское консульство на территории Соединенных Штатов. (Ближайшим к Торонто американским городом, имевшим канадское консульство, был Буффало в штате Нью-Йорк.)

Служащий Министерства иммиграции и гражданства отсоветовал им просить о так называемом ускоренном рассмотрении их заявления. К чему спешить? Ведь известный писатель не торопится сменить родину? (Юрист по вопросам иммиграции заранее предупредил Дэнни, что канадцы весьма подозрительно относятся к успеху иностранцев и скорее готовы чинить препятствия, нежели поощрять чье-либо стремление стать канадским гражданином.) Бюрократический процесс длился почти пять лет. После «флоридского фиаско» в канадских СМИ появились комментарии по поводу «дезертирства» писателя Дэнни Эйнджела. Говорилось, что «он махнул рукой на Соединенные Штаты», а поскольку он сделал это более десяти лет назад, комментатор торонтской «Глоб энд мейл»[194] расточал неискренние похвалы «провидческому дару» писателя.

Совсем недавно, в девяносто девятом, во всех канадских кинотеатрах шел фильм, поставленный по роману «К востоку от Бангора». Фильм получил двух «Оскаров», но и это не спасло Дэнни от нападок. В самом начале 2001 года состоится заседание обеих палат Конгресса США, где утвердят результаты президентских выборов. К власти придет президент, всегда выступавший противником абортов. Дэнни и отца не удивляло, что канадские СМИ активно полоскали либеральные воззрения писателя на проблему абортов. В Канаде писатели гораздо чаще, чем в США, становились объектами внимания средств массовой информации, и причиной этому было не только их творчество, но не в последнюю очередь их высказывания и поступки.

Дэнни по-прежнему чувствительно относился к тому, что писали о нем на родине. Там на него часто ставили клеймо «антиамериканиста»: и за содержание его романов, и за переезд в Торонто. Во всех остальных частях света, включая Европу, а также в самой Канаде, мнимый «антиамериканизм» писателя, наоборот, считали явлением положительным. Утверждалось, что в своих романах Дэнни Эйнджел «разоблачал» жизнь в Соединенных Штатах (не жалея при этом черной краски). Кто-то высказывал высосанное из собственного пальца мнение, будто романист перебрался в Торонто, чтобы «сделать заявление». (Уж не то ли, когда Дэнни сказал, что при всем его коммерческом успехе налоги, которые он платит в Канаде, выше американских?) Но как писателю ему становилось все неуютнее и от осуждения, и от восхваления его «антиамериканской» политики. Не мог же он сделать заявление для прессы об истинной причине его эмиграции в Канаду!

Но Дэнни все же был вынужден хотя бы отчасти играть по правилам медийного сообщества. Он признал: два из его семи романов вполне можно назвать политическими. Он понимал, что фактически оправдывается, но, говоря это, не грешил против истины. «Отцы Кеннеди» — четвертый роман Дэнни — был протестом против Вьетнамской войны. «К востоку от Бангора» — его шестой роман — критики, втянутые в дебаты о праве на аборт, отнесли к произведениям, показывающим, как бороться с демографической политикой государства. Но что политического содержалось в остальных пяти книгах Дэнни Эйнджела? Семейные неурядицы, разрушительный сексуальный опыт, всевозможные случаи потери невинности, о чем герои потом сожалели. Все эти истории — из ряда маленьких домашних трагедий, которые могут случиться в любой стране. Здесь не было обличения общества или государства. Злодеи (если среди героев Дэнни Эйнджела можно было отыскать таковых) несли в себе пороки, свойственные человеческой природе, а не государственной системе Соединенных Штатов. Да и сам Дэнни никогда не принадлежал к политическим активистам.

— Все писатели — сторонние наблюдатели, — сказал однажды Дэнни Эйнджел. — Я переехал в Торонто, поскольку мне нравится смотреть на Штаты со стороны.

Ему никто не поверил. В его переезде упорно искали политическую подоплеку.

Дэнни считал, что пресса утрирует их с отцом сугубо частное решение перебраться в Канаду, пытаясь выдать это за политический шаг. Но еще больше раздражало опошление его произведений. Журналисты вдруг принялись копаться в них, выискивая автобиографические детали. Романы расчленялись и анализировались чуть ли не под микроскопом, дабы отыскать в них тщательно запрятанные свидетельства истинных событий, происходящих когда-либо с писателем. Но чего, собственно говоря, он ожидал?

В мире массмедиа реальная жизнь автора всегда была важнее его фантазий, и потому те части романа, которые казались основанными на личном опыте, вызывали больший интерес (у читателей, кстати, тоже), чем придуманные автором в процессе создания романа. И такова судьба любого литературного произведения. Разве описание событий, действительно случившихся с автором или людьми, которых он близко знал, не ощущается более правдивым, точным и ярким, чем плод писательского воображения? (Спорить с этим устоявшимся убеждением было очень трудно. Когда Дэнни пытался отстаивать право писателя на творческую фантазию, когда говорил, что по-настоящему талантливое произведение должно быть придумано, а не списано с жизни, — его слова воспринимались как ниспровержение основ литературы. А он всего-навсего пытался объяснить, что у реальной жизни и у литературы свои законы. С точки зрения литературы, события реальной жизни зачастую лишены целостности, если просто списать их с натуры, такой роман будет крайне скучным и неубедительным.)

Но кем были те, кто слушал Дэнни Эйнджела или иного писателя, защищавшего право художественной литературы на вымысел? Студенты творческих факультетов, пробующие себя в литературе? Женщины определенного возраста, собиравшиеся в книжных клубах и составлявшие большинство аудитории этих клубов? Кто еще был более заинтересован в литературных фантазиях, чем в так называемой реальной жизни? Очевидно, что не журналисты, бравшие интервью у Дэнни Эйнджела. У этих первый вопрос всегда был о том, на каких «реальных» событиях основан сюжет того или иного романа. Был ли главный герой списан с реально существующего человека? И конечно же, эту публику интересовали ключевые события (то есть самые катастрофические, разрушительные): произошли ли они в жизни тех, с кем автор знаком или был знаком?

И опять-таки, чего еще ожидал Дэнни? Не сам ли он спровоцировал такие вопросы? Взять хотя бы его последний роман «Ребенок на дороге». Неужели он думал, что СМИ отнесутся к этому роману по-иному? Писать свой седьмой роман Дэнни начал еще в Вермонте. К марту восемьдесят седьмого года рукопись была почти готова. В конце марта того же года Джо погиб. Это случилось в Колорадо, и не в сезон распутицы. («Да это был почти уже сезон распутицы», — говорил потом Кетчум.)

Это был последний год учебы Джо в Боулдере. Парню совсем недавно исполнилось двадцать два. Ирония заключалась в том, что «Ребенок на дороге» был о гибели единственного любимого ребенка. Но в почти написанном романе ребенок погиб двухлетним, выбежав на проезжую часть в одном подгузнике. Это было описание событий, которые могли бы случиться в Айова-Сити с двухлетним Джо, если б вместо белого фургона ехала другая машина. Роман был о том, как смерть ребенка повлияла на дальнейшую жизнь его родителей (повар и Кетчум сразу узнали в их описании черты характера Дэнни и Кэти), каждый из которых пошел своей, но одинаково несчастливой дорогой.

После гибели Джо роман не мог не претерпеть изменений. Более года Дэнни Эйнджел вообще ничего не писал. Не то чтобы ему было тяжело писать, тяжело было воображать разворачивающиеся действия. (Так Дэнни говорил потом своему другу Армандо де Симоне.) Стоило ему попытаться что-то представить — он видел только то, как погиб Джо. Писатель без конца вертел в мозгу мелкие, второстепенные события, мысленно выстраивал их в том направлении, где ход судьбы изменялся и Джо оставался в живых. (Если бы Джо не сделал того-то и того-то… если бы они с отцом были тогда рядом, а не в Торонто… если бы вместо Уинтер-парка Дэнни купил или снял дом в Боулдере… если бы Джо не умел кататься на лыжах… если бы они вняли совету Кетчума и не поселились в Вермонте… если бы снежная лавина перекрыла дорогу на участке перевала Бертуд… если бы Джо не был совершенно трезвым, а был бы вдрызг пьян и не сел бы за руль… если бы с ним ехал какой-нибудь парень, а не та девчонка… если бы Джо не влюбился в нее…) Казалось, воображение Дэнни могло нарисовать ему все.

А чего оно не могло? Дэнни думал и об этом, не прекращая терзать себя. Он не мог вернуть Джо к жизни. Он мог изменить сюжет романа, но не жизнь.

[192] Имеется в виду Джордж Буш-младший, 43-й президент США, правивший страной два срока — с 2001 до 2009 г.

[193] Ральф Нейдер (р. 1934) — американский адвокат и политический деятель. В 2000 г. баллотировался кандидатом в президенты от партии зеленых. Набрал менее трех процентов голосов. В демократических кругах США тогда звучали высказывания, что Нейдеру и его сторонникам следовало отдать свои голоса не Бушу, а Гору.

[194] «Globe and Mail» (примерный смысл названия — «Почта со всего света») — ежедневная англоязычная канадская газета. Под таким названием выходит с 1872 г.

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Европа 45
Европа 45
[О войне / Советская классическая проза]
Роман «Европа 45» – уникальная возможность вновь пережить эпохальные события последнего года Второй мировой войны, когда крах фашизма становился неизбежным. Но история разворачивается не на фронтах,
0
Мифы и легенды Урала для детей
Мифы и легенды Урала для детей
[Путешествия и география / Фольклор: прочее / Детская фантастика / Детская литература: прочее]
Есть на карте России особое место – Каменный пояс, где горы помнят больше, чем любой учебник истории. Лиза и Макс не поверили бы в это сами, если бы старый сундучок дяди-писателя не открылся прямо
0
Царь Федор Иоаннович и тайные корни Русской Смуты
Царь Федор Иоаннович и тайные корни Русской Смуты
[Исторические приключения / История]
Сложился необоснованный штамп – изображать царя Федора Иоанновича слабым и недееспособным, за которого правил Годунов, коварно уничтожая соперников. И вся эпоха правления получается тусклой, не
0
Четыре королевы. Книга 1. Смерть в библиотеке
Четыре королевы. Книга 1. Смерть в библиотеке
[Классический детектив / Исторический детектив / Детективы]
1938 год. В поместье английского баронета проходит благотворительный вечер. Здесь присутствуют все сливки общества, но главными фигурами являются ведущие – королевы детектива Агата Кристи, Дороти Ли
0
Это мог быть я
Это мог быть я
[Детективы / Триллер / Современная проза]
Корпоратив оборачивается кошмаром: убивают владельца крупной компании — парализуют редким препаратом, заставляя чувствовать все, а потом срезают кожу с лица и надевают на обездвиженное тело свиную
0
Убийство в «Розовом павильоне»
Убийство в «Розовом павильоне»
[Классическая проза / Старинная литература: прочее]
Во французском Экс-ле-Бэн во время спиритического сеанса убита богатая вдова – мадам Доврей. Ее компаньонка Целия Гарланд бесследно исчезла, что превратило ее в главную подозреваемую. По счастливой
0
Бывшие. Опасная беременность
Бывшие. Опасная беременность
[Триллер / Боевик / Любовные романы / Современные любовные романы]
– Ты беременна? Когда ты собиралась мне сказать? – Никогда! Разве ты не говорил, что от тебя нельзя забеременеть? – Ты меня спрашиваешь? – А кого спрашивать еще, Ян? Ты меня обманул? Чтобы я
1
Дело в отеле «Семирамида»
Дело в отеле «Семирамида»
[Классический детектив / Исторический детектив / Детективы / Старинная литература: прочее]
В одном из номеров фешенебельного лондонского отеля «Семирамида» обнаружена убитой миссис Блюменштейн – дама, обладающая большими деньгами и непомерными амбициями. Подозрение в совершении этого
0
Яды: вокруг и внутри. Путеводитель по самым опасным веществам на планете
Яды: вокруг и внутри. Путеводитель по самым опасным веществам на планете
[Научпоп / Документалистика]
Вы держите в руках не просто книгу про яды, а иллюстрированный сборник самых опасных веществ на планете и историй о них. В книге собрано более 80 авторских графических иллюстраций. Здесь вы
0
Развод. Ребёнок от толстушки
Развод. Ребёнок от толстушки
[Секс и семейная психология / Современные любовные романы / Проза]
– Я так долго ждала этот момент, ты даже не представляешь, – но тут девушка приблизилась и тихонько, с ядом в голосе, проговорила. – Толстуха. Тебе понравится это шоу. Я широко раскрыла глаза, но
0
Доча от Бывшего. Попробуем снова?
Доча от Бывшего. Попробуем снова?
[Дом и семья / Секс и семейная психология / Любовные романы / Современные любовные романы]
– Садись в машину, нам надо поговорить, – потребовал он. – Что? – ахаю я. – О чём? – Как о чём? О нашей дочери, Ксюша! – Влада – только моя дочь! Понял, Кварцов? И с чего ты взял, что она
0
Мне можно всё
Мне можно всё
[Детективы / Триллер / Современные любовные романы]
Динамичный детективный триллер с любовной линией. У каждого из нас есть тайны. Удастся ли главным героям разгадать самые сокровенные тайны своих знакомых? И легко ли это сделать если один из
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Петербургский врач 11
Петербургский врач 11
[Военное дело, спецслужбы / Медицина / Проза / Современная проза]
Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари.
8
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
7
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4
Ревизор: возвращение в СССР 65
Ревизор: возвращение в СССР 65
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев буквально завален работой по уши, но его все устраивает. Ведь он видит, как понемножку, но его усилия
4
Без страха и упрёка 7
Без страха и упрёка 7
[Альтернативная история / Попаданцы]
Алексей Штурмин достиг многого, но настоящее восхождение на вершины власти только начинается.
4
Граф поневоле. Книга вторая
Граф поневоле. Книга вторая
[Юмористическая фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Умереть от пули киллера — обидно. Очнуться в 1827 году — странно. Обнаружить, что я теперь двадцатилетний граф, а моё имение разорено, — перебор. Хотя… Жив, молод, с титулом — уже хорошо. С
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
2
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
14
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
14
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
11
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Живое сердце
Живое сердце
[Детская фантастика / Героическая фантастика / Детские приключения / Попаданцы]
Вызволив Маркуса из плена, Вика с друзьями убегает из охваченной беспорядками столицы. У них в руках почти все осколки Сердца Восьмирья, осталось раздобыть всего несколько. И Вика даже знает где:
0
Даур Зантария
Даур Зантария
[Биографии и Мемуары]
Абхазский прозаик, поэт, журналист, сценарист Даур Зантария (1953–2001) ушел из жизни трагически рано, успев осуществить лишь малую часть того, что мог и задумывал. Ему пришлось разделить со своим
0
Города мертвых. Репортажи из концлагерей СС и интервью с выжившими узниками
Города мертвых. Репортажи из концлагерей СС и интервью с выжившими узниками
[Военная история / Документалистика]
Перед вами - сборник репортажей из Освенцима, Заксенхаузена, Саласпилса, Гросс-Розена, Киндер КЦ, Потулице, Майданека, Озаричей и других нацистских «фабрик смерти». А так же – личные разговоры с теми
0
Свет мой, зеркало, скажи
Свет мой, зеркало, скажи
[Русское фэнтези / Ужасы]
Жизнь 27-летней Катерины полна радужных планов, однако приезд бабушки Меликки из Карелии, вносит в реальность мистический диссонанс. И жених не тот за кого себя выдает, и бабушка не погостить
0
Отец моего бывшего парня. Наследник Империи
Отец моего бывшего парня. Наследник Империи
[Современные любовные романы / Эротика, Секс / Самиздат]
— Ты родишь этого ребенка, ясно? — Я тону в синеве его глаз. Сильная ладонь обхватывает горло, лишая меня кислорода. Испуганно попятившись, упираюсь лопатками в холодный камень стены. Быстро киваю и
1
Агент Их Величеств, часть третья
Агент Их Величеств, часть третья
[Самиздат / Детективная фантастика / Книги про волшебников / Стимпанк]
Следователь Фигаро, временно отстранённый от работы в качестве Агента Их Величеств в целях безопасности скучает в Нижнем Тудыме. От скуки он позволяет втянуть себя в довольно безответственную
2
Сознание и творческий акт
Сознание и творческий акт
[Психология]
Книга известного психолога В. П. Зинченко посвящена наиболее загадочным проблемам современной науки – сознанию и творчеству. Автор не предлагает легких решений, а неспешно продвигается и ведет
0
Духи и существа Японии
Духи и существа Японии
[Фольклор: прочее / Хобби и ремесла]
Очарованный Японией, ее культурой и пейзажами, известный современный иллюстратор Бенжамен Лакомб с юных лет мечтал проиллюстрировать сборник рассказов Лафкадио Хирна о духах и призраках Страны
1
Зажигалка для принцессы
Зажигалка для принцессы
[Современные любовные романы / Самиздат]
Какого это жить в обмане? Особенно, когда тебя обманывает родная мать. Взгляд на мир, из которого исчезли все краски, обернулся черно-белой картиной, где правда и ложь сплетены в неразрывный узел.
0
Приручитель женщин-монстров. Том 15
Приручитель женщин-монстров. Том 15
[Юмористическое фэнтези / Самиздат]
ФИНАЛ   "Жил-был не тужил. Охотился на монстров, качал бицепсы, и бац! Ты талант, ты приручитель иди в академию... Да вы офигели? Тут все монстры ссутся лишь от одного взгляда на меня. Как мне их
0
Отличная работа, Роберт!
Отличная работа, Роберт!
[Современная проза / Современные любовные романы]
Роберт Форестер "счастливый" наследник огромной корпорации Форестер&Ко, который должен познать компанию с низов. А чтобы "бестолковый" наследник не расслаблялся, ему назначают куратора. Бенджамин
1
Продавец слов: Она
Продавец слов: Она
[Современные любовные романы / Самиздат]
Школьные персикового цвета корридоры сталкивают лицом к лицу строптивых, скромных, вспыльчивых и артистичных подростков одного маленького городишки. Я расскажу вам школьную историю, такую же как у
0