Эвелин вышла из будки и, словно не замечая Окорока, зашагала прочь. На углу она села в такси, громко назвав адрес своего отеля. Через минуту она глянула в заднее окошко. Какая-то машина неотступно следовала за ними. Надо полагать, тот толстяк сидит в ней. Эвелин обратилась к таксисту:
— Мьсье… Вот десять франков… Меня преследует один хулиган. На ближайшем углу сверните и притормозите так, чтобы я могла выскочить. После этого поколесите немного по улицам, сбейте его окончательно с толку.
Таксист, ухмыльнувшись, взял деньги. Через минуту Эвелин, выскочившая из сбавившей ход машины, уже вбегала в какую-то подворотню. Водитель снова нажал на педаль газа.
К тому моменту, когда машина Окорока свернула тоже за угол, Эвелин уже и след простыл. Ловушка сработала. Водитель же пустого такси, которому надо было сменить болт на крышке бачка с маслом, направился к маленькой автомастерской, расположенной неподалеку от знаменитого кладбища Пэр-Лашез.
Окорок успел уже заподозрить что-то неладное. Отпустив свое такси, он поспешил ко второй машине. Она и впрямь была пуста.
— Где пассажирка? — спросил Окорок у таксиста.
— А в машине ее нет?
— Нет.
— Посмотри получше, может, под сиденьем спряталась.
— Слушай! Ты что — смеешься надо мной?!
— Пока что да, — угрожающе ответил шофер, помахивая тяжелым разводным ключом так, словно это был индейский томагавк. Окорок любил подраться, а в данном случае это вообще было бы чем-то вроде оправданной самозащиты, но таким способом вряд ли удалось бы что-то узнать, и Окорок заставил себя улыбнуться.
— Гляди, друг, вот десять франков…
Разводной ключ в руке таксиста сразу утратил краснокожий темперамент и опустился, снова превратившись в обычный.
— Одним словом, где ты ее высадил?
— Когда свернул на Бульмиш, притормозил, и она выскочила. Сказала, что за ней какой-то хулиган гонится. Ну, я поверил ей.
— И сейчас продолжаешь верить?
— Сейчас я это уже точно знаю.
Все, что его интересовало, Окорок уже узнал, а потому решил проучить все-таки таксиста. Оправданная самозащита остается оправданной даже и с небольшим запозданием. Вырвав из рук таксиста и отбросив в сторону разводной ключ, Окорок принялся обрабатывать беднягу, прижав его одной рукой к стенке, чтобы, упаси бог, не испачкать свой нарядный костюм. Поскольку одна рука была занята, Окорок, чтобы возместить этот недостаток, время от времени поддавал таксисту еще и коленом.
Пожилой хозяин мастерской поставил канистру и уселся на нее, чтобы, прямо как из ложи, понаблюдать поучительное зрелище. Окорок отпустил наконец таксиста и аккуратно стряхнул пылинку с пиджака.
— Стало быть, по-твоему, я похож на хулигана? Таксист просопел, вытирая кровь с разбитой губы:
— Гм… теперь, как присмотрелся, так совсем другое впечатление.
— Верно. Значит, отвезешь меня к кафе «Рома».
После того, как болт был заменен, а бак заправлен бензином, шофер уселся на место, захлопнул дверцу и повез своего вспыльчивого пассажира в центр города.
Окорок с взволнованным видом вбежал в кафе. Райнер, грабитель и убийца-рецидивист, как раз играл в шахматы с одним из гостей.
— Прошу прощения, — проговорил он, увидев своего компаньона и поднимаясь с места, — я сейчас вернусь.
Выслушав полный жалоб и оправданий рассказ Окорока, Райнер произнес:
— Любопытно! Гордон заранее предчувствовал, что эта дамочка окажется умнее тебя. По-моему, либо она совсем не новичок, либо ты стареешь. Да, грабителей время тоже не щадит. Гордон отправился сейчас в тот самый «Колумб», от которого ты звонил. Будем ждать его здесь, как условились.
— Кто мог бы подумать, что у этой девчонки окажется столько коварства, — с горечью проговорил Окорок.
— Так вести себя с добропорядочным бандитом и впрямь бестактно. Что верно, то верно. А кстати, сколько сейчас стоит такси до Пэр-Лашеза?…
Гордон вернулся в довольно-таки нервном состоянии.