— Я вас попрошу, Петр Петрович, забрать у Омельченко это дело, — сказал Косачевский Борину.
— Вы его хотите кому-либо передать?
— Да, хочу. Этим делом займемся мы с вами, Петр Петрович. Не возражаете?
Борин развел руками.
— Как прикажете, Леонид Борисович. Только Омельченко квалифицированный работник.
— Не сомневаюсь, — сказал Косачевский. — Но Бонэ был мне очень дорог. Я хочу сам найти его убийцу. Этим я отдам ему последний долг.
— Я вас понимаю, Леонид Борисович, — наклонил голову Борин.
Косачевский усмехнулся.
— Что ж, понимать друг друга — это не так уж мало.
В тот же день Косачевский посетил вдову Бонэ и попросил ее продиктовать ему список людей, с которыми у Александра Яковлевича были какие-либо отношения — деловые или личные.
— Зачем вам это?
— Мы ищем убийц.
— Вы думаете, что его убили не уголовники? — догадалась она. — Чушь! Полнейшая чушь! Вы же знали Александра Яковлевича. У него никогда не было и не могло быть врагов. У него были только друзья.
— Не смею с вами спорить, — сказал Косачевский и, обмакнув перо в чернильницу, склонился над листком бумаги. — Давайте все-таки составим с вами список… друзей.
Варвара Михайловна вздохнула и стала диктовать:
— Елпатов, Мансфельд, Белов, Бурлак-Стрельцов…
Бонэ вел довольно замкнутый образ жизни, но, к удивлению Косачевского, список его знакомых вскоре достиг ста человек. Чтобы их всех проверить, Борину нужно будет основательно потрудиться.
— Если еще кого-либо вспомните, обязательно телефонируйте мне, — попросил Косачевский.
— Хорошо, — безразлично согласилась она.
— Александр Яковлевич хранил письма?
— Нет, у нас в семье это не было принято.
— Понятно. И еще. Я у вас хочу забрать бумаги мужа. На время, разумеется. Потом я их вам верну.
— Бумаги? Их не так уж много. Записи по истории ковроделия вам тоже потребуются?
— Обязательно.
Вяло усмехнувшись бескровными растрескавшимися губами, Варвара Михайловна достала из письменного стола мужа черную кожаную папку с замочком.
— Вот, пожалуйста. Здесь, насколько мне известно, все его заметки и выписки. Александр Яковлевич был очень аккуратным и педантичным человеком. Этому у него можно было поучиться. Так что здесь все по истории ковроделия. Изучайте. Будем надеяться, что вам хоть что-нибудь из всего этого пригодится.
— Будем надеяться, — эхом отозвался Косачевский и, помолчав, сказал: — Я бы хотел задать вам несколько вопросов.
— Да?
Косачевский достал из кармана пиджака и протянул ей записку, полученную им от Бонэ накануне убийства.
— Как видите, здесь Александр Яковлевич писал о каких-то “крайне важных” новостях, которыми он хотел поделиться со мной. Причем он был уверен, что эти новости меня заинтересуют.