Дом психопата: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Крови не было, но, даже закрыв глаза, Терри могла ее видеть, и даже в полной тишине она слышала беззвучный крик.

Она повернулась к Мик и только потом открыла глаза и изобразила на лице усмешку.

— Эй, да это же статуя!

— Какая еще статуя! Это манекен — ма-не-кен. Отец сказал мне, что Толстяк Отто специально заказал его где-то на востоке. Послал им фото той девки, которую здесь убили, и, как говорит отец, манекен вышел ее точной копией.

— А ему-то откуда знать? Он что, развлекался с ней? — хихикнула Терри.

— Не смешно! — Тон, которым Мик произнесла это, яснее ясного говорил, что Терри для нее — не Вупи Голдберг.[3] — Мой отец был еще ребенком, когда все это здесь произошло.

Терри кивнула, но слово «здесь» ее не обрадовало. Хотя это и была бутафорская ванная, а охваченная страхом фигура под душем сделана из воска, но ведь в прошлом были и настоящий Норман, настоящий нож, настоящее убийство. А «здесь» — это уже чересчур. «Здесь» — значит в ночи, в этой темноте, где ты стоишь и прислушиваешься, не открывается ли дверь в соседней комнате.

— Что это был за звук? — Терри схватила Мик за руку.

— Я ничего не слышала.

Терри еще крепче стиснула ее запястье.

— Заткнись и послушай!

С минуту они стояли молча, потом Мик высвободила руку и повернулась к подруге.

— Никого там нет, — пробормотала она.

— Ты куда?

— А ты как думаешь? — Мик направилась обратно в номер. — Ну, ты идешь или будешь стоять здесь и дрожать, как цыпленок?

Терри знала ответ. Да, она была цыпленком, но все равно двинулась следом за своей подругой. Кто бы или что бы ни кралось там, в темноте конторы, рядом с Мик она чувствовала себя в большей безопасности, чем в этой ванной комнате, возле обнаженной восковой леди, замершей в ожидании удара обнаженного лезвия.

Мик уже потянулась к двери, которая вела в контору, но Терри остановила ее, положив руку ей на плечо.

— Погоди, — быстро и настойчиво зашептала она. — Сначала выключи свой фонарик. Что, если он нас увидит?

— Там никого нет! — В голосе Мик прозвучало презрение, однако Терри заметила, что подруга все же заговорила тише и погасила фонарик, прежде чем приоткрыть дверь в контору.

Дверь подалась, и контора приняла их в свою теплую, полную запахов темноту. Где-то вдалеке за окутанной мраком стойкой по-прежнему безмолвно маячила фигура Нормана Бейтса. Ниоткуда не доносилось ни звука, ни одна тень не шевелилась.

Двигаясь мелкими шагами, девушки проследовали к наружной двери конторы. Ее они тоже открыли медленно и осторожно и, только увидев в проеме пустынную дорогу, ощутили в себе достаточно смелости, чтобы снова включить фонарики.

Ночной воздух тоже был теплым, но в нем не было и намека на едкий запах краски. Терри сделала глубокий вдох, следуя за подругой по тропинке, огибавшей контору. Затем Мик устремилась к пролетам каменной лестницы, поднимавшейся на холм, где вырисовывались темные очертания дома.

— Эй!

Мик остановилась и обернулась на возглас Терри.

— Что теперь?

— Нам обязательно нужно туда идти?

— Нет, цыпленок. Если хочешь, я доведу тебя до дому и посажу в курятник. — В голосе и на лице Мик читалось презрение. — Начнем с того, что, если бы не ты, нас бы здесь вообще не было. Когда я сказала тебе вчера вечером, что можно тайком пробраться сюда, ты так захотела все это увидеть, что чуть не описалась.

— Черт, ты что, думаешь, я боюсь? — Терри картинно подняла левую руку и посмотрела на часы. — Если я не приду домой как обещала, маму хватит удар.

Вместо ответа Мик тоже взглянула на часы. К столь же театральному жесту она добавила усмешку.

— У нас еще уйма времени, — сказала она. — Чтобы бегло все осмотреть, хватит десяти-пятнадцати минут. Если только ты не цыпленок…

[3] …Терри для нее — не Вупи Голдберг. — Вупи Голдберг (наст. имя Кэрин Элейн Джонсон, р. 1949, по др. данным — 1955) — американская чернокожая актриса, звезда телевизионных шоу и кинофильмов, где нередко выступает в амплуа смешной, нескладной, острой на язык негритянки; известна своей склонностью к непристойным и неполиткорректным шуткам и «крепким» выражениям — на экране и в жизни.