— К этому легко привыкаешь, — сухо заметил Бэйли.
— Да, но если я привыкну и произнесу однажды это слово в присутствии какого-либо солярианина, я просто провалюсь сквозь землю от стыда.
И, окончательно смутившись, Гладия принялась за еду. Бэйли наблюдал за тем, как она ест. Она вела себя за столом грациозно и непринужденно. Еда на Солярии была превосходной, совсем не похожей на безвкусную пищу его родной планеты. Пожалуй, еда была единственным приятным ощущением на Солярии.
— Что вы думаете об отравлении Груэра, Гладия? — спросил Бэйли.
Гладия взглянула на него.
— Я вообще стараюсь не думать об этом. В последнее время происходят такие страшные вещи. А может быть, отравления не было?
— Было.
— Но ведь преступника не обнаружили. — Откуда вы знаете?
— Груэр стар, у него нет жены. Около него только роботы. Некому было положить яд в его стакан. Какое же тут могло быть отравление?
— И тем не менее он был отравлен. Это факт, с которым надо считаться.
Молодая женщина взглянула на Бэйли затуманившимся взором.
— Вы не предполагаете, что он мог сделать это сам?
— Сильно сомневаюсь. Почему?
— В таком случае, этого не могло быть, Элиа.
— Наоборот, Гладия, — серьезно сказал Бэйли. — Это произошло… И я уверен, что я знаю, вернее, подозреваю, как это произошло.
ЭЛИА БЭЙЛИ БРОСАЕТ ВЫЗОВ
На мгновение Гладия затаила дыхание. А затем прошептала еле слышно:
— Я ничего не понимаю… Вы знаете, кто сделал это?
Бэйли кивнул.
— Тот же, кто убил Рикэна Дельмара.
— Вы уверены?
— А вы нет? Посудите сами. Убийство вашего мужа было первым преступлением на Солярии за долгие годы. Спустя месяц происходит следующее убийство. Возможно ли такое совпадение? Возможно ли, чтобы в мире, где нет уголовных преступлений, в течение столь короткого промежутка времени произошло два убийства, совершенных двумя разными убийцами? Маловероятно. Учтите также, что жертва второго преступления организовал расследование первого и представлял реальную опасность для преступника.
— Ну, что же, — Гладия занялась десертом, — в таком случае, — промолвила она, с аппетитом жуя торт, — в таком случае, я оправдана.
— Почему же?
— Ну как же, Элиа. Уверяю вас, я ни на одну секунду никогда в жизни не приближалась к поместью Груэра. Значит, я никак не могла отравить его владельца, не так ли? А если я не отравила Груэра, значит, и не я убила Рикэна.
Но Бэйли угрюмо молчал. Постепенно оживление молодой женщины начало таять, уголки ее губ опустились, и она спросила упавшим голосом:
— Вы не согласны со мной, Элиа?
— Я не могу быть уверенным в ваших словах, Гладия, — ответил детектив. — Я вам уже сказал, что догадался о том, как был отравлен правитель Груэр. Надо сказать, что это было хитро придумано. Каждый житель Солярии, независимо от места его нахождения, мог бы таким способом привести задуманный план в исполнение.
Гладия сжала маленькие кулачки.
— Итак, вы все-таки считаете меня преступницей? — вскричала она.