Тень Императора (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

- И не подумаю! - раздраженно отозвался Эврих, злясь на Мамала, озерника, Тартунга и себя самого за то, что опять оказался в дурацком положении. Стоило ли столько времени возиться с умирающим айогом, чтобы потом позволить какому-то дурню отрезать едва ли не на его глазах голову ни в чем не повинной и совершенно здоровой рабыне? - Ладно, веди, посмотрим, что там за ошейник.

- Опять тебя на приключения потянуло! Брось ты это дело, пора в шатер возвращаться! - попытался остановить его Тартунг, но аррант лишь упрямо тряхнул курчавой головой и двинулся за озерником вглубь трактира, туда, где с азартными выкриками метали на низкий столик кости ранталуки, обитатели Озерной крепости и несколько Газахларовых воинов.

- Эй, Зепек, где твоя девка? - окликнул спутник Эвриха высокого, разукрашенного красной охрой мужчину в бирюзовом плаще - неизменной принадлежности всех воинов-ранталуков.

- А, Джинлык! Никак покупателя нашел? - Зепек приветственно поднял руку, мельком взглянул на Эвриха и указал куда-то за свою спину. - Можешь посмотреть на товар. Афарга, поди к свету!

Из темного угла трактира появилась тощая темнокожая девчонка в замурзанном травяном переднике, и за столиком, прервав игру, обернулись в её сторону. Смотреть, впрочем, было решительно не на что - замухрыга с надутыми губами разобиженного на весь мир ребенка выглядела точь-в-точь, как большинство здешних кочевниц, только ещё более жалко и затравленно. В отличие от мужчин, носивших затейливые прически со всевозможными украшениями, женщины стриглись наголо, оставляя ершик волос лишь по центру головы. Из-за отсутствия воды они совершали свой утренний туалет, натирая тело верблюжьим жиром. Пыль, оседая на этот жир, образовывала грязевую корку, и пахли ранталуки, айоги и прочие степняки весьма характерно, что, ясное дело, не прибавляло им привлекательности в глазах как имперцев, так и озерников, не говоря уже об Эврихе, который, подобно большинству своих соотечественников, питал неистребимое пристрастие к частым омовениям, за что его нередко дразнили чистюлей.

- Поди ближе! - скомандовал Зепек, и рабыня, не поднимая глаз, мелкими шажками приблизилась к игрокам. - А ты, белокожий, взгляни на её ошейник и назови свою цену.

Подхватив со стола масляный светильник, Зепек поднялся во весь свой немалый рост и ткнул рабыню пальцем в подбородок, дабы та вздернула голову.

- Ну, полюбуйся! Да подойди ты ближе, взгляни повнимательней на эти камушки! Правда, недурны?

Обойдя стол, по которому вновь застучали костяные кубики, Эврих приблизился к рабыне. Один глаз у неё заплыл, длинная шея была в свежих царапинах, но вблизи девушка уже не казалась такой тощей и юной. Было ей лет восемнадцать, а то и двадцать. Рост средний, плечи широкие, подбородок круглый, с ямочкой, лицо вытянутое, что же до ошейника...

Эврих тихо ахнул. Начищенное бронзовое кольцо в два пальца шириной и в палец толщиной оказалось сплошным и украшено было россыпью полудрагоценных, плохо обработанных камней, среди которых он узнал нефрит, бирюзу и сердолик.

- Ну что, берешь? - нетерпеливо, с жадным блеском в глазах спросил Зепек.

- Эврих, одумайся! Что ты с ней будешь делать?! - простонал за спиной арранта Тартунг. - Камешки дрянь, да и не снять их с живого человека!

- Пожалуй, я... Куплю ее... - после некоторых колебаний произнес Эврих, так и не привыкший к тому, что в Нижнем мире людей можно покупать и продавать, точно одежду, коней, глиняные горшки, дерево или камень. - Однако денег у меня нет, и я могу предложить за эту девушку лишь вот это кольцо.

- Ух ты! - восхитился кто-то из игроков.

- Что ты делаешь, Эврих! - возмущенно воскликнул Тартунг.

- Смотри, аррант, не продешеви, - пробормотал Обрел - один из восседавших за игорным столом воинов Газахлара.

- Нет! Я не желаю менять ошейник с девкой на кольцо! Ежели хочешь её получить, заплати мне настоящими деньгами! - решительно заявил Зепек. - Я не знаю, сколько стоят эти камни. И сколько стоит твое кольцо. Но если я не смогу поставить его и участвовать в игре, зачем оно мне?

- Да ты что, Зепек?! Этот изумруд стоит дюжины девок с такими ошейниками! - попытался образумить его Джинлык. - Соглашайся, пока аррант не раздумал!

- Пусть заплатит серебряными дакками! - упрямо возразил ранталук. - Девку я хотя бы могу отдать на ночь за пару медяков, а что мне делать с кольцом?

- Ты же говорил, что голову ей отрежешь!

- И отрежу! Ранталуки слов на ветер не бросают! Ошейник без девки у меня бы уже сегодня купили!

- Послушай умных людей, обменяй свою Афаргу на перстень. Завтра в крепость приедут купцы из Мванааке, и ты получишь у них за него не меньше сотни дакков! - подал голос один из соплеменников Зепека, но упрямец лишь отрицательно мотнул головой.

- Не было случая, чтобы купцы не обманули меня! Я не желаю с ними торговаться. Пшла вон! - рявкнул он на рабыню и отвесил ей затрещину, от которой та кубарем покатилась в темноту.

- Кажется, я смогу помочь вам уладить это дело, - вкрадчиво произнес Серекан, поднимаясь из-за дальнего торца стола. - Я готов сыграть с вами, поставив против ошейника с девкой и перстня с изумрудом настоящие деньги.

Лицо ранталука просветлело.

- Вай-ваг! Наконец-то начнется крупная игра! - воскликнул кто-то из озерников, радостно потирая руки.

- Победитель получает все? - осведомился Зепек, вздымая бровь, и, вперив в Серекана испытующий взор, потребовал: - Покажи деньги!

Молодой воин высыпал из кожаного кошеля пяток маленьких блестящих цвангов и дюжины полторы массивных шестиугольных дакков.

Позабывшие о костях игроки затаили дыхание. Предстояла действительно крупная игра, такая, о которой долго ещё будут вспоминать в Озерной крепости. Столь долго, что, возможно, это событие станет заметной вехой в жизни поселка, подумал Эврих, представив, как впоследствии, вспоминая минувшие дни, Мамал, например, будет говорить Нтхаю: "Это случилось через год после Большой игры" - и оба будут мечтательно закатывать глаза, сладко жмуриться и с чудовищными преувеличениями толковать молодежи о незабвенных днях своей молодости, когда и солнце светило ярче, и девушки были не чета нынешним, и на кон ставили не позеленевшие чоги, а серебро, золото и драгоценные каменья неземной красоты.

- Мало! - презрительно процедил ранталук, глаза которого сияли, а лоб покрылся мелкими бисеринками пота.