Ларс смотрел на соперника озадаченно.
— Стереоизомерам, — еще раз попытался объяснить Роберт.
Ларс и на этот раз не понял:
— Изомерам?
Ларс покачал головой.
— Господи! Разве вас, физиков, совсем не учили химии в колледже?
— Немного. Зачем она нам? Химия — всего лишь прикладная физика.
Роберт закатил глаза к потолку.
— Изомеры, — пояснил он, — это молекулы с одинаковой химической формулой, но с разным расположением атомов и иногда разными типами связей. Стереоизомеры — это изомеры с одинаковыми типами связей, а энантиомеры — это зеркальные отражения.
— Что ж, спасибо, что заполнил брешь в моих знаниях по химии, — улыбнулся Ларс. — Но какое это имеет отношение к цене на колбасу в Братиславе?
Роберт медленно выдохнул.
— Мне стыдно в этом признаться, но я вроде как вторгся в твою личную жизнь.
Ларс наклонил голову и прищурился.
— Я все гадал, не генетическую ли причину имеет твоя потрясающая скорость. И я проанализировал в моей лаборатории твой пот… твою ДНК. — Он развел руки. — Я очень извиняюсь.
Ларс напрягся, и в его глазах мелькнул гнев. Но потом он улыбнулся:
— Ты разоблачил мои гены. Как это безнравственно звучит, верно?
— Слушай, я ведь извинился. Не знаю, о чем я тогда думал. Меня одолело такое любопытство…
— Я физик. И мне прекрасно знакомо состояние, когда любопытство забивает все остальное. Так что ты узнал?
Роберт все рассказал, а потом объяснил, как воспользовался этим знанием.
Ларс, похоже, на секунду смутился. Затем почти шепотом сказал:
— Так вот почему ты был таким дьявольски быстрым на дорожке.
Роберт кивнул:
— Теперь понимаешь, почему меня одолевают сомнения насчет участия в Олимпийских играх?
Ларс сжал губы.
— Думаю, — сказал он, помолчав, — это вроде того случая, когда Иван Пушкин сделал операцию по смене пола и стал участвовать в соревнованиях саблисток.
Роберт стянул пропотевшую куртку.
— Многие тогда считали, что Иванну не следовало допускать к соревнованиям.
Ларс кивнул.
Роберт взглянул ему в глаза:
— Значит, ты думаешь, что мне не следует соревноваться на Олимпийских играх?