Ехали кочевники на верблюдах. Один из них ел кайнок385, кидая его горсточками в рот. Но дул сильный ветер, и в рот ему почти ничего не попадало. Другой спросил его:
— Что это ты все время ешь, брат?
— Вот еще разочка два так дунет, считай, что я ничего не съел.
266. У меня та же сила
Познакомились два старика в дороге. Шли они, шли, устали и присели отдохнуть в тени большого камня. Один из них попытался подвинуть этот камень, да не смог.
— Эх, молодость моя, где ты? ― огорчился он. ― Не под силу мне теперь такой камень, состарился я.
А его товарищ ему и говорит:
— Ей-богу, а я каким был в молодости, таким и остался, у меня та же сила.
— Как? — изумился первый. ― Неужели годы никак на тебе не отразились?
Второй старик ответил:
— Клянусь богом, с таким камнем я никогда пе смог справиться ― ни в молодости, ни сейчас.
267. Отшельник и шайтан
Отшельник жил в пещере, он постоянно молился и в день съедал всего одну-две ягоды инжира. Как-то подошел к пещере юноша.
— День добрый, отец!― поздоровался он.
Отшельник пригласил его войти. Сел юноша, разговорились.
Своей красотой, речью и обходительностью гость так понравился хозяину, что он не сдержался386 и спросил:
— Сынок, а как тебя зовут?
— Шайтан, отец.
— Что ты, что ты, сынок! Шайтан маленький, пузатый, хромой, одноглазый, с ушами, как разношенные башмаки. А ты стройный, красивый, нежный.
— Отец, видит бог, шайтан я. Но калам387, которым меня рисуют, в руках моих недругов.
268. Не ешь и не пей
Встретились двое, разговорились. Один говорит:
— Хочу тебе кое-что сказать, да не знаю, говорить или нет.
— Говори, я слушаю.
— Почему-то, когда я ем, меня жажда мучает, а когда пью, есть хочется. Как быть, не посоветуешь?
— Я дам совет, да ты ведь не послушаешься. Не ешь и не пей ― избавишься и от жажды, и от голода.
269. Суд кази
Один крестьянин погнал своих четырех овец в город на продажу. По дороге встретил другого крестьянина. Поздоровались.
Встречный спрашивает:
— Куда путь держишь, дружище?
[385] Кайнок ― каленые зерна пшеницы, любимое лакомство, детворы; едят их также вместе с изюмом и жареными семенами конопли.
[386] Обычаи гостеприимства не позволяют хозяину сразу расспрашивать гостя, кто он и откуда.
[387] Калам ― тростниковая палочка, применяемая вместо пера для письма.