Маленький, да удаленький: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

ФОМКА ДЕМОНСТРИРУЕТ СВОИ СПОСОБНОСТИ

Хенну не давали покоя дядины слова о том, что собака по приказу должна приносить в зубах живыми даже цыплят. Хорошо, но какую же команду надо давать?

Дома у них в ту пору вывелись поздние цыплята, которые к осени могли бы вырасти в молодых курочек, если за ними как следует ухаживать. Дети оберегали и подкармливали их. Фомка частенько наблюдал, как ребята хлопотали возле желтых комочков. Положив голову на передние лапы, смотрел и помахивал хвостом. Словно хотел сказать: ладно уж, повозитесь с ними, ведь они еще крохотные…

В одно дождливое утро Хенн увидел Фомку под навесом. Тот сидел съежившись. От дождевых брызг собачья шерсть словно покрылась изморосью.

— Ты почему в будке не спишь? — строго спросил он Фомку.

Пес лишь поднял в ответ одно ухо и с усмешкой посмотрел в сторону конуры. Хенн подумал, что, наверное, крыша стала протекать, и потому Фомка не решается ночевать там. Но, засунув руку внутрь, обнаружил укрывшуюся там квочку со всеми десятью цыплятами…

Фомку, разумеется, за это похвалили: ласкали и гладили по голове. Точно так же, как и в прошлый раз, когда он из налитого в миску супа вылакал только жижу, а крупу оставил. Это была необычная для него уступчивость и доброжелательность по отношению к цыплятам. Пес словно хотел показать, что он со своей стороны делает все, чтобы цыплятам было хорошо. Пусть и дети проявляют побольше заботы, и тогда из цыплят к осени вырастут куры…

Похоже, Фомка был сообразительный пес, сообразительный и услужливый. А как все-таки научить толковую услужливую собаку приносить цыпленка живым и невредимым — никто не знал. Хенн и Калью рассуждали об этом между собой, советовались с дядей. Но даже дядя не знал, как этому делу обучить собаку. Он только добавил, что хорошая собака сама должна додуматься…

Да, наверняка бы Хенн счел эти дядины слова пустыми, если бы в одно утро…

Итак, в одно воскресное утро, когда весь школьный люд спал дольше обычного, куры, которые обычно встают спозаранок, уже усердно копошились во дворе. Прождав понапрасну, когда же им дадут корм, наседка с выводком нашла лазейку под воротами и повела все свое молодое семейство к пруду попить водицы и поклевать зеленой травки.

Возле пруда на поляне густо разрослись ивы, где проходила лисья тропа от норы в сторону деревни. Случилось так, что в то утро старая лиса возвращалась с охоты не солоно хлебавши. Ей не посчастливилось поймать ни утку, ни курицу. И тут уж она не упустила возможности: схватила одного цыпленка и бросилась с ним в кусты. Но лиса не была бы лисой, если бы при виде совершенно беззащитного семейства удовольствовалась лишь одним цыпленком. Она отнесла первую жертву в сторонку и, не обращая внимания на кудахтанье курицы, стала подкрадываться к другому цыпленку. Таким образом ей удалось утащить пять глупых несмышленышей. Но тут появился Фомка и с громким лаем бросился на воровку. Лисица не испугается небольшой собаки, она будет сопротивляться. Но Фомкина воинственность и острые зубы вынудили ее тут же отступить. Нагнал на нее страху Фомка и своим истошным лаем. Это могло привлечь внимание людей и заставило ее бросить добычу. Сопровождаемая громким кудахтаньем, раскатистым Фомкиным голосом и жалобным писком цыплят, рыжая плутовка стряхнула с себя собаку и юркнула в кусты. Она хотела подобрать уже задушенных цыплят. Но Фомка пристал, как репей. И лиса поневоле была вынуждена оставить пару еще живых цыплят, что лежали поближе к пруду.

На этот шум Фомке на помощь поспешили разбуженные его лаем люди. Когда Хенн с матерью прибежали в ивняк, то увидели, как лиса, вырвавшись от собаки, скрылась в кустах. Хенн, науськивая Фомку, подбежал к нему. Но Фомка и не спешил вдогонку за лисой. Он, обнюхав все вокруг, вынес из высокой травы разодранного, но еще живого цыпленка и только после этого бросился за лисицей по следу.

— Мама, смотри, Фомка! — вскричал Хенн. Но, сообразив, что сейчас не время радоваться, кинулся вслед за догонявшей лису собакой.

Лиса петляла в чащобе, кидаясь то вправо, то влево. А добравшись до поля, прыгнула на дно пересохшей канавы и потрусила к лесу. Это можно было определить по рассыпанным белым перышкам, здесь же лежал и мертвый цыпленок, видно, потерянный лисой в спешке, Фомка лишь обнюхал его, залаял еще громче и снова устремился вперед. Хенн, торопясь изо всех сил, едва поспевал за ним.

Минут через десять они уже были в лесу. На холмистом пригорке между высокими красивыми деревьями поднимался то пышный березняк, то молодой ельник. С южной стороны склона среди кустарника виднелся чистый золотистый песок. Идя по следу, Фомка сделал здесь несколько кругов. Потом уверенно остановился возле одного пня перед входом в нору и призывно залаял.

Подбежав к нему, Хенн увидел довольно свежие лисьи следы, нашел там и несколько куриных перьев. Не было ни малейшего сомнения, что именно здесь, меж старыми пнями, лисица ушла в нору. Это подтверждал и Фомка всем своим видом и поведением. Сверкая глазами, он злобно лаял на нору, прыгал туда-сюда возле узкой дыры проявляя готовность продолжить охоту. Не раз он пробовал забраться в нору, но лаз между корнями был такой узкий и крутой, что пес неизменно отступал. Он застревал на уровне груди, потому что был чуть толще, чем нужно.

Но не зря Фомка был полукровной таксой. Он отдышался и попробовал зубами раскидать торчащие корни. А когда убедился, что они ему не по силам, принялся выгребать из-под них землю. Все это он проделывал так серьезно и старательно, что и лаять забыл Только время от времени он поднимал голову и оглядывался по сторонам — не появилась ли лиса из какой-нибудь другой лазейки и не пустилась ли наутек. Это было инстинктивное движение, пес, конечно, и не догадывался, где тут у плутовки запасные ходы да и много ли их у нее. Хенн быстро сообразил, что, продолжая тут преследовать лису, они могут ее упустить. Поэтому он оставил Фомку раскапывать нору, а сам отправился искать поблизости запасные выходы.

Первый из них он нашел на самой вершине пригорка, в густом ельнике. Другой виднелся между корнями сломанной сосны, где остались следы, когда лиса выбиралась оттуда наружу, А третий находился поодаль, на склоне, среди поросших мхом камней. Невозможно было наблюдать за всеми тремя лазами одновременно. Даже опытный охотник мог легко упустить здесь плутовку. Поэтому Хенну нужен был добрый совет. Поразмыслив чуток, он придумал закрыть запасные ходы и пойти за отцом.

Но чем же закрыть выходы из лисьей норы? У Хенна не было с собой ничего, кроме ножичка, который он всегда носил в кармане, Но к деревьям с ним не подступишься. Зато в лесу есть камни. К двум ходам он подкатил тяжелые валуны, а третий завалил обломками старого пня.

Фомка тем временем трудился у своей норы с прежним усердием. Хенн науськал его и сбежал с пригорка вниз, к дому. Но на опушке увидел двух мужчин, направлявшихся ему навстречу. Это были отец с дядей. Дядя, заприметив рано утром у деревни лису, сразу принялся ее выслеживать. На Фомкин лай он вышел к школе. Оттуда они с отцом Хенна сейчас и шли. Будучи охотником, дядя деловито расспрашивал:

— Сторожит или удрал?

— Трудится, — разъяснил Хенн обстановку.

— Ладно! — похвалил дядя. — Тогда снимем сегодня шубу у старой плутовки.

Быстрым шагом они направились к пригорку. Дядя с ружьем наизготовку шел впереди, словно ожидая, что лиса, если ей удалось удрать от Фомки, вот-вот покажется в кустах.

Фомка за это время уже успел закопаться глубоко под корень. Услышав, что идут люди, он выпрыгнул из норы и с визгом залаял, словно говоря: дело верное, идите на помощь!

Мужчины так и сделали. Дядя достал из охотничьей сумки маленький топорик и, протягивая его отцу Хенна, сказал:

— Подруби-ка этот корень. Чего собаку зря мучить. Самое трудное для нее еще впереди.

Отец взял топорик и несколькими ударами разрубил пенек.

Дядя же забрался в чащу и долго плутал там, держа ружье наготове. Потом сказал: