— Вы ее знаете? — поинтересовался Хантер.
— Да, но лет прошло уже немало, а сторона наветренная. Что у нас сейчас с луной?
— Три четверти, — сообщил Хантер.
— И облаков нету, — заметила Лазю. — Жаль.
Собеседники дружно кивнули и мрачно покачали головой.
Потом Лазю поинтересовалась:
— Вы азартны, капитан?
— Ты же знаешь, что да, — ответил Хантер.
— Тогда смените курс. Посмотрим, сможем ли мы уйти от этого корабля. Если да — превосходно. Если нет — как-нибудь справимся.
— Я полагаюсь на твое зрение, — сказал Хантер.
— А то! — бросила Лазю и полезла по вантам обратно на свой наблюдательный пункт.
Леди Сара ничего для себя не вынесла из этого разговора, хотя и поняла, что момент напряженный и беспокойный. Она так и стояла у поручней и смотрела на горизонт. Паруса судна, преследующего их, уже были видны невооруженным глазом.
Вскоре к ней подошел Хантер. Теперь, когда решение было принято, он вроде как успокоился.
— Я не поняла ни единого слова, — сказала леди Сара.
— Все просто, — отозвался Хантер. — Видите корабль, который идет за нами?
— Вижу.
— А вон тот подветренный остров Кота?
— Да.
— Там есть гавань, Обезьянья бухта. Она станет нашим прибежищем, если только мы сможем туда добраться.
Девушка посмотрела сперва на корабль-преследователь, потом на остров.
— Но ведь берег совсем рядом. Какие могут быть проблемы?
— Солнце видите?
— Да…
— Оно садится на западе. Еще час, и вода под его лучами заблестит так, что смотреть больно будет. На пути в залив мы не сможем разглядеть препятствия, скрывающиеся под водой. В этих местах ни одному судну нельзя идти на заходящее солнце, если оно не желает напороться брюхом на кораллы.
— Но ведь Лазю уже заводила корабль в эту бухту.
— Да, но она наветренная. Именно такие бухты открыты бурям и сильным океанским течениям. Они изменяются. Песчаные наносы способны возникнуть за считаные недели, если не за дни. Обезьянья бухта может оказаться совсем не такой, какой ее помнит Лазю.
— Вот как!
На миг воцарилось молчание.
— Тогда зачем идти в бухту? Прошлые три ночи вы не останавливались. Сделайте так же, и в темноте этот корабль вас потеряет, — предложила леди Сара, очень довольная собственным решением.
— Луна, — мрачно пояснил Хантер. — Три четверти. Она встанет не раньше полуночи. Но тому кораблю этого хватит, чтобы гнаться за нами. У нас будет всего четыре часа настоящей темноты. За такое короткое время мы от них не оторвемся.