Хантер посмотрел в окуляр. Сквозь изгибающуюся радугу и разноцветные круги он разглядел у самого горизонта белый прямоугольник. Прямо у него на глазах тот развернулся и превратился в два треугольника, перекрывающих друг друга.
— Что вы об этом скажете? — спросил Эндерс.
Хантер покачал головой.
— А вы как думаете?
С такого расстояния определить национальность приближающегося судна было невозможно, но здешние воды неоспоримо принадлежали Испании. Хантер оглядел горизонт. Инагуа остался далеко позади. До него было добрых пять часов ходу, но особой защиты остров все равно предоставить не мог. На севере манили к себе Каикские острова, но рулевому пришлось бы держать слишком круто к северо-восточному. На хорошую скорость нечего было и рассчитывать. На востоке располагался остров Гранд-Теркс, все еще невидимый. Именно с той стороны приближался парус.
Нужно было принимать решение, а все варианты выглядели не слишком радующими.
— Меняем курс, — приказал в конце концов Хантер. — Идем на Каикские острова.
Эндерс прикусил губу и кивнул.
— К повороту! — скомандовал он, и матросы кинулись к фалам.
«Кассандра» повернула на другой галс и двинулась на север.
— Так держать, — сказал Хантер, глядя на паруса. — Прибавьте ходу.
— Есть, капитан, — отозвался Эндерс.
Мастер-мореход недовольно нахмурился. У него действительно были на то причины, потому что паруса на горизонте были уже отчетливо видны невооруженным глазом. Чужой корабль нагонял их. Его брам-стеньги уже поднялись над линией горизонта, и стали видны паруса на фок-мачте.
Капитан поднес к глазам подзорную трубу. Три мачты почти наверняка означали, что перед ними чей-то военный корабль.
— Черт побери!
На глазах у Хантера три паруса слились в один квадратный, потом снова разделились.
— Они свернули в нашу сторону, — заявил он. — Рано или поздно этот корабль нас нагонит.
Эндерс крепко сжал румпель и нервно пристукнул ногой.
— Капитан, на этом галсе нам от них не уйти.
— Как и на любом другом, — мрачно отозвался Хантер. — Молитесь о штиле.
Преследователь уже был менее чем в пяти милях от них. При ровном ветре он неизбежно должен был нагнать «Кассандру». Корсарам оставалось надеяться лишь на то, что ветер может стихнуть. Тогда шлюп, куда более легкий, мог бы оторваться от преследования.
Иногда случалось, что на закате наступал штиль, но обычно в это время ветер усиливался. Вскоре Хантер почувствовал, что дуновение, касающееся его щек, посвежело.
— Не везет нам сегодня, — заметил Эндерс.
Теперь им уже были видны паруса на грот-мачте преследующего их судна, розовые в закатном свете и туго натянутые крепчающим ветром.
До Каикских островов, а с ними и до безопасного убежища было все еще далеко.
— Капитан, может, нам развернуться да пуститься наутек? — спросил Эндерс.
Хантер покачал головой. По ветру «Кассандра» пошла бы быстрее, но все равно это лишь отсрочило бы неизбежный конец. Ничего нельзя было сделать. Хантер в бессильной ярости стиснул кулаки, глядя, как увеличиваются паруса чужого корабля. Им уже стал виден край его корпуса.
— Корабль линейный, это точно, — сказал Эндерс. — Но нос я никак не разгляжу.
Очертания носа позволяли почти наверняка определить национальность судна. У испанских судов они были более притуплёнными, чем у английских или голландских. Тут к румпелю подошел Сансон.
— Вы собираетесь драться? — поинтересовался он.