Охотники за пришельцами: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Ирина Сергеевна открыла ящик, лягушка, дожидаясь освободителя возле щели, прыгнула…

Вчера же был разбор в кабинете директора этого "ужасного, дикого и какого-то первобытного" по словам Ирины Сергеевны, случая.

Из металла, звучавшего в голосе Николая Александровича, — слов мы приводить не будем, они известны каждому, — можно было бы отлить танк среднего размера.

В конце разбора обоим злоумышленникам было приказано — зачем тогда разговор в кабинете директора? — без родителей в школу не приходить. Им оставалось только пообещать…

А сегодня они ступили один за другим в фиолетовое пятно на полу вестибюля и исчезли…

Сбежавшиеся на крик свидетелей происшествия-чуда учителя немедленно образовали вокруг пятна ограду-хоровод, чтобы никто больше в него не ступил, и ждали директора для разрешения этого сверхвопроса.

Николай Александрович обмысливал ситуацию. Вдруг он обернулся к физику.

— А вы уверены… — начал было он, но Генус, понимавший всё с полуслова, опередил директора:

— Уверен как в собственном существовании, — отчеканил он. — И моя физика пока что не в силах объяснить этот феномен. А то, что это феномен, докажет эксперимент.

Он вынул из кармана 20-копеечную монету, показал ее зачем-то всем, навесил руку над пятном на полу и обвел хоровод значительным взглядом фокусника. Разжал пальцы.

Все глаза проследили за падением монеты, но учителя услышали не звяк ее о каменный пол, а тоненький короткий свист взлетевшего и в мгновение ока исчезнувшего двугривенного.

— Давайте позвоним! — крикнула одна из учительниц. — Давайте позвоним!

— Куда? — директор остановил на ней холодные глаза. — В милицию? Президенту? В Организацию Объединенных Наций?

— В академию наук!

— Уж лучше я всё возьму на себя, — решительно сказал Николай Александрович и снова строго посмотрел на хоровод. — Какой же я буду директор, если…

С этими словами он поправил галстук, одернул пиджак, кивнул физику, смотрящему на него взглядом испытателя, сделал шаг вперед и ступил на фиолетовое пятно. Раздался не свист, а, скорее, вой, длившийся секунды три, и Николай Александрович тоже исчез.

— Полный улёт! — только и молвил физик, прибегнув почему-то к школьному жаргону. — Фантастика!

Хоровод еще крепче схватился за руки.

Директор 33-й школы, ступив в пятно, почувствовал рывок и такое головокружение, что закрыл глаза. Последняя коротенькая мысль его была: "Наверное, это смерть".

Он через что-то пролетал, кувыркался, в глазах попеременно было то красно, то желто, то сине… Вдруг ноги его обо что-то стукнулись, колени подогнулись, он чуть не упал, выставил вперед руки и открыл глаза. Перед собой он увидел стол, стоящий у стены незнакомого кабинета, и сидящего за ним полного мужчину. Рядом с ним стояла сухопарая женщина с сердитым лицом.

Полный поднял на него глаза.

— Ну так, Коля, — сказал он, — а теперь давай начистоту. Рассказывай всё и не думай отвертеться.

— Что рассказывать? — спросил Николай Александрович и удивился своему голосу, ставшему вдруг тоненьким, не директорским. Да и в самом деле что рассказывать — про фиолетовое пятно в вестибюле его школы и про то, что он только что кувыркался, как первоклашка?

— Я тебе напомню, если у тебя такая короткая память, — неприятным голосом сказала женщина. — Вы с Бубликовым подставили стул со сломанной ножкой Наталье Дмитриевне, она упала и чуть не сломала позвоночник. Кто из вас отломил ножку?

"Почему эта женщина со мной на "ты"? — подумал директор. — И вообще — где я?" И хотел уже об этом спросить, но вовремя опомнился: директор школы не может не знать, где он находится. На то он и директор, чтобы всегда знать, где он, с кем разговаривает и почему. Второе, что заставило промолчать Николая Александровича — только что произнесенная фамилия Бубликов. Так звали его давешнего одноклассника; вместе с Валерой они действительно сотворили подляну Наталье Дмитриевне… В каком это было классе? В шестом. Ножку отломил во время перемены неизвестно кто, а вот подсунуть с виду целый стул грузной Наталье придумал он, Коля Бояринов. Может быть, в отместку за ее злопамятность, а может, за всегда презрительно выдвинутую нижнюю губу. Интересно будет посмотреть на нее, когда она шлепнется…

— Ну, что ты молчишь? — спросил полный мужчина.

Николай Александрович решился:

— Бубликова, — спросил он, — зовут Валерием? — И снова удивился своему тоненькому голосу.

— Не придуривайся, Бояринов! — лицо женщины покраснело. — Или ты хочешь из нас дурачков сделать?

Полный молча разглядывал стоявшего перед ним… кого? Кого?!