Во время угощения у старшей рани мужчины, согласно обычаю, находились в одной комнате, а женщины в другой.
Когда блюда с едой были поданы, Суманмохини стала всех угощать.
Мриганаяни улыбнулась:
— Махарани-джи, — сказала она мягко и вкрадчиво, — по нашему обычаю угощать всех должна новобрачная.
Старшая рани засмеялась.
— Во дворце гак не принято, — ответила она, намекнув на то, что это деревенский обычай.
Однако Мриганаяни не смутилась:
— Вы оказали Лакхарани честь, устроив угощение по случаю её свадьбы, так позвольте же новобрачной обойти гостей согласно деревенскому обычаю. Это было бы доказательством вашего расположения к ней.
— Какие ещё доказательства?! Всё и так ясно.
— Вот и хорошо! Пусть же она угостит хотя бы вас и меня, а остальных не надо.
— Но почему вы так настаиваете на этом?
— Чтобы доставить вам радость.
— Но это не доставит мне никакой радости!
— Тогда угощайтесь сами, я не притронусь к еде!
— Но без вас и мы не станем есть.
— Хорошо, я сама буду угощать вас едой, которой коснулась Лакхи. Надеюсь, теперь-то вы не будете возражать?
— Теперь не буду. Мало ли в конце концов встречается на нашем жизненном пути шипов!
Мриганаяни бросило в жар. Лакхи сидела, низко опустив голову.
— Я не знала, что вы пригласили нас лишь для того, чтобы оскорбить! — гневно сказала Мриганаяни.
В глазах Суманмохини заплясали огоньки.
— Нет, это вы своей настойчивостью оскорбляете меня!
Мриганаяни встала:
— Пойдём, невестка!
Лакхи умоляюще сложила руки.
Но Мриганаяни была непреклонна.
— Идём, Лакхи, нам нечего здесь делать! Уж слишком высокого она мнения о себе!
Суманмохини хотела что-то сказать, но промолчала. Когда Мриганаяни и Лакхи ушли, она приказала служанке:
— Выбрось их еду!
Служанка взяла блюда Мриганаяни и Лакхи и направилась к выходу.
— Да смотри, чтобы этой еды не коснулся даже подметальщик! — крикнула Суманмохини ей вслед. — Отнеси её куда-нибудь подальше и брось!