Блицкриг в Западной Европе: Норвегия, Дания: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Иначе дело обстояло в Великобритании. Уже в апреле женевский корреспондент «Таймс» писал, что немецкий флот, равный трети английского, сконцентрированный в Северном и Балтийском море, будет... равен, а возможно и превзойдет флот ее величества, разбросанный по семи морям¹⁶⁴. Даже в кругах близких к Адмиралтейству, которое являлось вдохновителем соглашения, не скрывали опасений, что германский ВМФ будет оперировать не только в Балтийском море, но сможет это делать не менее эффективно и в Атлантическом океане¹⁶⁵. По заключении соглашения газета «Темпе» писала следующее: «Английский флот является ныне воспреемником при крещении своего злейшего врага»¹⁶⁶.

С другой стороны, официальные лица и ряд газет восхваляли умеренность Гитлера, адмирал Битти заявлял о том, что Англия должна быть благодарна Гитлеру за то, что он потребовал 35%, а не 50%¹⁶⁷. Некоторые парламентарии пошли еще дальше, указывая, что Гитлер мог потребовать и все 100%¹⁶⁸. Эту же точку зрения отстаивали «Таймс» и «Экономист»¹⁶⁹. Германская пропаганда всеми путями демонстрировала лояльность Германии по отношению к Англии, Гитлер при всех возможных случаях указывал, что, желая тесного сотрудничества с Британией, попросил 35% от английского тоннажа, а не 50, как от него требовали¹⁷⁰.

В действительности же норма в 35% обеспечивала полностью то усиление флота, которое гитлеровское правительство считало необходимым и желательным. Возможности судостроительной промышленности Германии позволяли нарастить флот до разрешенных пределов в течение трех—пяти лет, что, однако, было невозможно ввиду крайне высоких темпов увеличения сухопутной армии и авиации. «Существенно большие рамки, чем позволял договор, вряд ли могли быть достигнуты в следующем десятилетии»¹⁷¹. Это понимали и в Лондоне. «В момент заключения соглашения, — писал Галифакс, — германское правительство прекрасно понимало, что 35% тоннажа нашего флота — это, пожалуй, та максимальная цифра, которую оно могло достичь в продолжении значительного периода времени»¹⁷².

Англо-германское морское соглашение стало во многом возможным в результате давления английских финансово-промышленных кругов, заинтересованных в экспорте оружия. Соглашение означало фактическое признание Великобританией существования не только германских ВМС, в размерах, не предусмотренных мирным договором, но и ВВС, и армии, чем давало возможность английским монополиям получать сверхприбыли, что не могло не сказаться на благосостоянии правительственных чиновников высшего ранга. Так, С. Болдуин являлся одним из владельцев военной фирмы «Болдуинз лимитед», Н. Чемберлен занимал посты директора во второй по величине британской военной компании «Бермингем смолл армз и К°» и «Элиос метал». Военный министр Хэйлшем, министр колоний Ф. Кэнлиф-Листер и министр внутренних дел Д. Гильмур являлись крупными акционерами концерна «Виккерс»¹⁷³.

Некоторые протесты в прессе не могли пересилить заинтересованность правительства и олигархов, возрождение вермахта сулило им огромные прибыли. Так, например, концерн «Виккерс» был кровно заинтересован в возрождении подводного флота Германии. Этот концерн владел всеми патентами в области подводных лодок, подводных мин и зарядов и лицензиями на их производство в Испании и Голландии, то есть именно там, где до 1935 г. возрождалась мощь германского подводного флота¹⁷⁴.

Английская котлостроительная фирма «Бэбкок энд Уилкокс» имела свои предприятия в Германии, германский филиал с началом перевооружения резко увеличил производство, курс акций поднялся на 4 пункта, а прибыли за период с 1933 по 1935 г. возросли вдвое, с 260 тыс. ф. ст. до 526 тыс. ф. ст. в год. Германия также осуществляла закупку бронебойных снарядов для морской артиллерии у британской фирмы «Хэдфилдс»¹⁷⁵.

5. ВМС в структуре Третьего рейха. Организация Кригсмарине

Чтобы правильно понять эволюцию ВМС Германии в 1935—1939 гг., необходимо представлять себе их место в военной структуре Третьего рейха и тот вес в решении важнейших вопросов военного и экономического развития государства, который имели ВМС. Структурно управление флотом оставалось практически неизменным, как правило, менялись лишь офицеры, руководившие тем или иным соединением или отделом флота (Приложение № 1), что является нормальной практикой любого государственного института. Общее руководство вооруженными силами находилось в руках рейхспрезидента, которому подчинялся рейхсверминистр, осуществлявший текущее командование войсками.

С приходом к власти национал-социалистического режима произошли некоторые изменения. Коренными их назвать нельзя, по указанным выше причинам, флоту практически не давали развиваться, в 1934 г. в юрисдикцию флота вернулись Кильская и Гельголандская системы береговых знаков, а также было создано управление вооружений. Программы флота, как это было показано выше, стали засекречиваться в большей степени, нежели это было до прихода Гитлера к власти, причем теперь секретными становились не только работы, связанные с запрещенными видами вооружений, но и с теми, которые были разрешены Версалем.

Коренное изменение места и роли флота в структуре вооруженных сил Третьего рейха началось с 1935 года, с принятием закона «О вермахте». В соответствии с законом, 1 июня был издан приказ военного министра об изменении титулатуры, исходя из которого Рейхсмарине были переименованы в Кригсмарине, Управление ВМС стало называться Главное командование военно-морскими силами (Оберкоманндо дер Кригсмарине — ОКМ), а начальник Управления ВМС изменил свою должность, которая теперь стала называться главнокомандующий военно-морскими силами¹⁷⁶. Изменения коснулись не только названий. В целом трансформировалась система управления вооруженными силами, главнокомандующим вермахта был назначен военный министр (рейхскригминистр), которому подчинялись главнокомандующие трех родов войск¹⁷⁷.

В 1935—1938 гг. структура командования вооруженными силами Германии постоянно трансформировалась, создавались новые штабы и отделы, изменялись функции верховного руководства. Недоверие, которое фюрер питал к высшим офицерам сухопутных войск, не распространялось на командующего ВМС. После знакомства с Гитлером 2 февраля 1933 г. Редер воспринял и стал разделять национал-социалистические идеи¹⁷⁸ и, будучи последовательным в своем нейтралитете к политической жизни, не пытался вмешиваться в политические вопросы, создавая флот «любой ценой и для любых целей»¹⁷⁹, чем заслужил хорошее к себе отношение со стороны рейхсканцлера. В честь своего дня рождения в 1937 г. Гитлер вручил своим лучшим военачальникам почетный золотой значок НСДАП¹⁸⁰, первым в списке награжденных числился Э. Редер. На сорокасемилетие в 1936 г. командующему флотом был присвоен новый ранг — грандадмирала (генерал-адмирала), который был утвержден Гитлером специально по этому поводу¹⁸¹.

Стремясь уничтожить оппозицию внутри армии, в 1937 — 1938 годах были инспирированы сразу два скандала, так называемые дела Бломберга и Фрича, вследствие которых оба военных министра были отправлены в отставку, а пост рейхскригминистра и главнокомандующего вермахта¹⁸² остался вакантным. Помня о преданности и лояльности руководителя ВМС, Гитлер предложил Редеру возглавить министерство и занять высший пост в военной иерархии рейха, от чего тот отказался. Результатом данного отказа стало то, что фюрер возложил на себя обязанности военного министра и главнокомандующего, окончательно узурпировав власть в верхних военных эшелонах.

Продолжая начатую скандалами политику концентрации военной власти в своих руках, Гитлер в феврале 1938 г. упразднил военное министерство и создал Верховное командование вооруженных сил (Оберкоманндо дер вермахт — ОКВ), которое служило для разграничения военных и министерских функций главкома¹⁸³, а фактически являлось личным штабом фюрера.

К 1939 г. в Третьем рейхе сложилась та система военного руководства, с которой Германия начала Вторую Мировую войну. Во главе государства и вооруженных сил находился Гитлер, совмещавший посты президента, канцлера и главнокомандующего. Верховное командование вермахта, сухопутная армия, военно-морской флот и военно-воздушные силы имели свои собственные штабы¹⁸⁴. В функции ОКВ входила координация родов войск и разработка общих оперативно-стратегических планов. В структуре военного руководства Германии отсутствовал Генеральный штаб, несмотря на то что такое название носили штабы ВВС и сухопутных войск. Каждый из них отвечал лишь за планирование и руководство одним из родов войск и, как правило, не имел контактов с другими, осуществляя планирование изолированно. ОКВ на деле представляло из себя надштабную структуру, призванную координировать работу трех других штабов¹⁸⁵.

Изменения, происходившие в военной структуре Третьего рейха, затронули ВМС не только внешне (изменение названия и должности командующего), но и внутренне. Внутри ОКМ был создан ряд новых управлений и отделов, определенному перераспределению подверглись и прежние функции различных подразделений флотского руководства. Структурно организация ОКМ выглядела следующим образом (Приложение № 2): во главе находился главнокомандующий флотом, который имел свой штаб, в составе начальника штаба (контр-адмирала) и пяти офицеров. Штабу главнокомандующего флотом подчинялись некоторые инстанции, такие, как морское управление печати, также в его юрисдикцию входили и морские атташе. В составе ОКМ находилось семь управлений (командования, вооружений, кораблестроительное и т. д.), шесть из которых подчинялись непосредственно главнокомандующему, а управление командования находилось в подчинении штаба руководства войной на море, который, в свою очередь, подчинялся лично Редеру. Управления подразделялись на различные отделы¹⁸⁶.

Собственно, военно-морской флот находился в подчинении главнокомандующего, а в оперативном отношении подчинялся штабу руководства войной на море. Руководство соединениями ВМФ осуществлял командующий флотом, в чьем непосредственном подчинении находились командующие линейными, разведывательными, подводными и другими силами флота. В тактическом отношении германский ВМФ представлял из себя единое целое и не делился на флоты Балтийского и Северного моря, как это было в Первую Мировую войну. В мирное время командование флотом, новые линкоры, все крейсера, торпедные крейсера и четыре флотилии подводных лодок базировались на Киль, три дивизиона эсминцев и одна флотилия миноносцев на Свинемюнде, тральщики и сторожевые корабли на Пиллау и о. Рюген, составляя силы Балтийского моря. В Северном море находились броненосные корабли, два дивизиона эсминцев, две флотилии миноносцев, две флотилии подводных лодок, учебный линкор и учебный крейсер с базированием на Вильгельмсгафен, два дивизиона эсминцев на Бремергафен и тральщики на Куксгафен. Кроме того, в составе германского флота находилось несколько соединений специального назначения, которые носили наименование инспекций (учебная, торпедная (испытания торпедного вооружения), связи (испытания средств связи), минная, артиллерийская и машинная), в чьем подчинении находились надводные и подводные корабли, используемые в соответствии с задачами, поставленными перед каждой конкретной инспекцией.

В конце 1938 г. произошли определенные изменения в системе командования на Балтийском море, был назначен адмирал — командующий морскими и сухопутными частями на Балтийском театре военных действий, данное назначение необходимо связывать с подготовкой к агрессии против Польши. Он подчинялся непосредственно главнокомандующему ВМС, однако в мирное время в его подчинении отсутствовали какие-либо соединения и части, в то время как во время войны он должен был исполнять функции главнокомандующего Балтийским ТВД¹⁸⁷.

Руководство военно-морским флотом в военное время выглядело иначе. Для ведения действий на определенном ТВД создавались группы, по аналогии с группами армий в сухопутных войсках, командующему группой и штабу группы подчинялись командующие флотами данной группы, замыкавшие на себя управление конкретными соединениями кораблей и отдельными боевыми единицами. Кроме того, командующему группой подчинялись адмиралы, руководившие войной на отдельных направлениях, им, в свою очередь, подчинялись начальники районов, командиры баз и постоянных соединений, базирующихся в этом районе (например, сторожевые силы). Соединения флота подчинялись главкому ВМС лишь в «общих вопросах» ведения войны на море, а в так называемых территориальных вопросах подчинялись командующему соответствующего ТВД, в зависимости от места базирования¹⁸⁸.

К 1939 г. окончательно оформилась структура подводного флота: командующий подводными силами К. Дёниц находился в подчинении главнокомандующего флотом, который, в свою очередь, подчинялся Редеру. Подводные силы рейха имели свой собственный штаб. Наличный состав подводных лодок делился на шесть флотилий. Некоторое количество подводных лодок находилось в распоряжении училища подводного плавания.

Важной составной частью системы управления ВМС нацистской Германии являлись военно-морские станции Остзи в Киле (Балтийское море) и Нордзи в Вильгельмсгафене (Северное море), в подчинении начальников станций находились посыльные и гидрографические корабли, а также суда для охраны рыболовства. В функции этих станций входили различные виды обороны (береговая, противовоздушная, охрана рыболовства и т. д.), кроме того, в их юрисдикцию входила служба наблюдения и связи на каждом море. Начальники станций подчинялись непосредственно Редеру.

Система руководства вооруженными силами Третьего рейха предполагала независимость главнокомандующего каждой из ветвей вермахта в вопросах «строительства и развития», подчиненного ему рода войск¹⁸⁹. Тем не менее суверенитет флота не приносил больших плодов, так как «разгромить какую-либо из окружающих... континентальных держав он никогда не будет в состоянии»¹⁹⁰ таким образом, приоритет отдавался армии.

Независимость ОКМ была номинальной, на деле Редеру лишь предоставлялось право самостоятельно разрабатывать, в соответствии с общими указаниями высшего руководства, военно-морскую доктрину, исходя из которой, он мог планировать строительство флота. Кораблестроительные программы в любом случае утверждались лично Гитлером, который живо интересовался вопросами развития флота. Два—три раза в год для него готовились специальные доклады. В особенности фюрера интересовали технические моменты¹⁹¹. Структура управления вермахтом предполагала возможность вмешательства Гитлера в любой вопрос, будь то стратегический или чисто технический. Таким образом, место и роль ВМС Германии в структуре вооруженных сил Третьего рейха зависела не только от оперативных и стратегических задач, стоявших перед военной машиной в целом, но и от личных взаимоотношений главнокомандующего военно-морскими силами и фюрера, что в целом имело пагубное значение.

Вплоть до 1937 г. Редер находил полное взаимопонимание с Гитлером. Однако уже к 1938 г. главком ВМС перестал входить в число любимцев фюрера. Будучи педантом, начисто лишенным чувства юмора, Редер являлся фанатичным приверженцем культа офицерской чести, в каноны которого антисемитизм никак не вписывался, до тех пор пока гонения на евреев не затрагивали флот, он не вмешивался в эти вопросы. Но когда нацистским гонениям подвергся адмирал К. Клюленталь, чьи родственные связи с евреями были общеизвестны, Редер составил прошение о предоставлении опальному адмиралу защиты от преследования и лично передал его фюреру, который в бешенстве порвал документ. Борьба за Клюленталя длилась три недели, в течение которых Редер при каждом случае передавал Гитлеру новое прошение, а тот неизменно рвал его, в конце концов главнокомандующий флотом добился своего. Подобным образом Редер поступал и в отношении других евреев, так или иначе связанных с флотом. Фюрер пытался уговаривать, скандалить, однако попытки наставить «блудного почетного члена партии», занимавшегося откровенно подрывной деятельностью, к успеху не приводили¹⁹². Как правило, такие беседы заканчивались одним и тем же: Редер говорил, что «еврей (Jude) может быть иногда полезен, предатель (Judas) — никогда», на что Гитлер парировал: «Еврей всегда предатель!»¹⁹³. В результате этих споров, а точнее прямого неподчинения подчиненного начальнику, во взаимоотношениях фюрера и командующего морскими силами рейха наметился серьезный раскол. Ситуация осложнялась тем, что подчиненного некем было заменить. Когда весной 1939 г. Редер направил прошение об отставке, оно не было принято Гитлером, как и три последующих: два — в 1941 и одно — в 1942 г¹⁹⁴. Еврейский вопрос был не единственным, по которому адмирал расходился с нацистским руководством. Будучи человеком религиозным, считавшим залогом дисциплины веру в Бога¹⁹⁵, Редер держал на своем рабочем столе табличку с надписью «Наша судьба в руках Бога. Знать это — наша величайшая сила»¹⁹⁶. Как человек верующий, командующий ВМС всячески сопротивлялся гонениям на священников и обеспечивал защиту тем из них, кто служил на флоте, поэтому «партия была против Редера, возможно, на религиозной почве»¹⁹⁷. В довершение ко всему адмирал выслеживал и предавал суду агентов гестапо на флоте, что не поднимало его авторитета в партийном руководстве.

Отношения Редера и Гитлера перешли в 1939 г. к почти открытой конфронтации. Летом 1939 г. разразился скандал вокруг капитана 2 ранга А. Альбрехта, служившего личным военно-морским адъютантом Гитлера: капитан женился на «самой штормовой девке на суше»¹⁹⁸, в связи с чем Редер потребовал у Гитлера немедленного увольнения офицера со службы. Несмотря на то что в результате подобного скандала, военный министр Блормберг был снят с занимаемой должности, в случае с Альбрехтом дело приняло диаметрально противоположный оборот. На требование главкома ВМС фюрер ответил следующим письмом: «...хорошо, офицер не может жениться и остаться на флоте, и он не будет продолжать службу в качестве морского адъютанта; на его место будет поставлен другой. Он станет своего рода лидером в моем национал-социалистическом "Мотор корпс" и продолжит службу в качестве одного из партийных адъютантов»¹⁹⁹. Дошло до того, что Редер присылал на заседания кабинета своего адьютанта.

Тем не менее Редер продолжал оставаться одной из ведущих фигур национал-социалистической военной элиты. 25 февраля 1938 г. своим распоряжением Гитлер ввел главнокомандующих сухопутными войсками и военно-морским флотом в состав кабинета министров, в качестве министров без портфеля, так как «их ранг равен министру». В марте того же года Редер был введен в секретный совет кабинета, а в день спуска на воду линкора «Тирпиц» главнокомандующему ВМС был присвоен очередной, только что введенный ранг гроссадмирала²⁰⁰. В 1938 г., ввиду того что Великобритания стала рассматриваться как потенциальный противник, руководству флота было поручено разработать новую кораблестроительную программу, по выполнении которой флот мог бы нанести удар по «жизненно важным артериям Великобритании»²⁰¹, так появилась грандиозная кораблестроительная программа, известная как план «Z».

Для выполнения данного плана флоту были необходимы дополнительные ресурсы. Известно, что за шесть предвоенных лет германская армия увеличилась с 10 до 100 дивизий. Германская военная промышленность выросла в 12 раз, и ей катастрофически не хватало сырья, металлопроката и, самое главное, горючего. При таком положении «одеяло повсюду коротко, и невозможно полностью удовлетворить требования и запросы вооруженных сил ни по одной статье...»²⁰². Флот в данном разделе ресурсов занимал последнее место. Однако по утверждении плана ситуация коренным образом изменилась. 27 января 1939 г., после встречи Гитлера, Геринга и Редера, фюрер издал приказ: «Я приказываю, чтобы... строительство Кригсмарине получило приоритет перед остальными задачами, включая вооружение двух других ветвей вермахта и экспорт...»²⁰³.

В результате приказа Гитлера от 27 января 1939 г. флот, хотя и получал приоритет в развитии, был поставлен в фактическую зависимость от главнокомандующего ВВС рейхсмаршала Геринга, который одновременно являлся ответственным за выполнение четырехлетнего плана и руководил всей государственной промышленностью рейха. Редер считал, что Гитлер стремился «столкнуть между собой две враждующие группировки»²⁰⁴. Отдавая ВМС значительную часть людских, сырьевых и финансовых ресурсов, фюрер тем самым провоцировал усиление медленно тлевшего конфликта между ВВС и Кригсмарине. Противостояние Редера и Геринга имело давнюю историю и выражалось прежде всего, в постоянных перепалках по поводу дележа ресурсов²⁰⁵. Масло в огонь подливало то, что главком Кригсмарине настаивал на создании собственных соединений морской авиации, в то время как Геринг, пытавшийся сосредоточить в своих руках полную власть над военно-воздушными силами всячески противился этому.

Редер стоял перед сложным выбором либо поставить под угрозу выполнение плана «Z», напрямую зависевшее от доброй воли рейхсмаршала авиации, либо временно отказаться от морской авиации. Гроссадмирал, пытаясь принять «наиболее правильное решение»²⁰⁶, решил дилемму в пользу кораблестроительной программы. Он справедливо полагал, что когда в его распоряжении будут авианосцы, лишить Кригсмарине собственной авиации корабельного базирования будет невозможно, а борьбу за соединения морской авиации берегового базирования можно будет продолжить позже, поэтому он пошел на уступки Герингу и подписал с ним договор в январе 1939 г.²⁰⁷

В соответствии с этим договором в тактическое распоряжение Кригсмарине до 1941 г. должны были быть переданы 41 эскадрилья самолетов различных классов. Управление морской авиацией должен был осуществлять генерал военно-воздушных сил, данный пост вводился с 1 февраля 1939 г. при главнокомандующем ВМС. В условиях войны генерал, командующий морской авиацией, поступал в тактическое распоряжение главнокомандующего Кригсмарине, при приоритетном подчинении главнокомандующему ВВС. При этом оговаривалось, что оперативное использование морской авиации должно быть предварительно согласовано штабами ВМС и ВВС²⁰⁸. Таким образом, Кригсмарине начисто лишались морской авиации, а те скромные воздушные силы, которые поступали в распоряжение Кригсмарине, могли быть использованы только по согласованию со штабом ВВС.

6. Строительство ВМФ в 1936-1939 гг.

[164] См.: The Times. 17.04.1935.

[165] См.: The Daily Telegraph. 1.05.1935

[166] The Temps 22.06.1935.

[167] Parliamentary Debates. House of Lords (далее: Parliamentary Debates...). Vol. 97. Vol. 3 of session. 1934—1935. — London: Her Majesty Stationery Office, 1935. P. 888.

[168] Parliamentary Debates... Commons... Vol. 304. P. 1542.

[169] The Times. 19 и 24.06.1935., The Economist. 22.06.1935.

[170] См.: Документы внешней политики СССР (далее ДВП). — М., 1973. Т. XIX. С. 69.

[171] Цит по: Ingrim R. Hitlers glücklichster Tag, London 18 Juni 1935. — Stuttgart, 1962. S. 108.

[172] DBFP. Third Series. Vol. III. Appendix VII (i). P. 633.

[173] Поздеева Л. В. Англия и ремилитаризация... С. 185.

[174] Размеров В. В. Указ. соч. С. 128, 174.

[175] См.: РГВА. Ф. 1467. Оп. 1. Д. 17. Л. 2.

[176] См.: ГАРФ. Ф. 7445. Оп. 1. Д. 1783. Л. 117.

[177] См.: ГАРФ. Ф. 7445. Оп. 1. Д. 2012. Л. 34.

[178] Тоомсваре У. Стратеги Третьего рейха. — Ростов-н/Д, 1999. С. 142.

[179] См.: ГАРФ. Ф. 7445. Оп. 1. Д. 1783. Л. 122.

[180] См.: Nazi Conspiracy... Vol. VI. P. 849.; ГАРФ. Ф. 7445. Оп. 1. Д. 1783. Л. 122.

[181] Данные посты совмещались военным министром.

[182] См.: Кейтель В. Размышления перед казнью. Воспоминания, письма и документы начальника штаба Верховного главнокомандования вермахта. — М., 1998. С. 85.

[183] См.: Nazi Conspiracy... Vol. II. P. 320.

[184] См. Ibid.

[185] См.: Шведе Е. Военно-морской флот... С. 37—40.

[186] См.: Там же. С. 41—45.

[187] См.: ГАРФ. Ф. 7445. Оп. 1. Д. 2338. Л. 87—88.

[188] ГАРФ. Ф. 7445. Оп. 1. Д. 1783. Л. 59

[189] ГАРФ, Ф. 7445, Оп. 1, Д. 1783, Л. 59.

[190] См.: Güth R. Op. Cit. S. 194—196.

[191] Тоомсваре У. Указ. соч. С. 145—147.

[192] Цит. по: Тоомсваре У. Указ. соч. С. 147.

[193] Редер покинул свой пост 30 января 1943 г. и был назначен адмирал-инспектором германского флота.

[194] См.: Raeder Е. Op. Cit. Bd. I. S. 206.

[195] Фишман Д. Семь узников Шпандау. / Пер. с англ. — Смоленск, 2001. С. 344.

[196] IMT. Vol. XIV. Р. 313.

[197] Тоомсваре У. Указ. соч. С. 149.

[198] IMT. Vol. XIV. Р. 126.

[199] ГАРФ, Ф. 7445, Оп. 1, Д. 1783, Л. 3, 115, 122, 126.

[200] ГАРФ, Ф. 7445, Оп. 1, Д. 1783, Л. 61.

[201] IMT. Vol. XXXVIII. Doc. 211-L.

[202] Güth R. Op. Cit. S. 235.

[203] Raeder E. Op. Cit. Bd. II. S. 103.

[204] См.: «Волчьи стаи». M., 1998. С. 24.

[205] Raeder Е. Op. Cit. Bd. II. S. 103.

[206] См.: Роскилл С. Указ. соч. Т. 1. С. 42.

[207] См.: Güth R. Op. Cit. S. 235—236.

[208] ГАРФ, Ф. 7445, Оп. 1, Д. 2338, Л. 5.