Силы флота, предназначенные для высадки, собрались у Баллангена, где приняли на борт два батальона Иностранного легиона (около 1500 человек) с пятью французскими танками Н-35. Около 22 часов 12 мая корабли подняли якоря. Генерал Бетуар с адмиралом Корком находились на борту «Эффингема». Линейный корабль «Резолюшн» и второй крейсер — «Орора» — предназначались для бомбардировки. Пять эсминцев вели противолодочное патрулирование и могли в случае необходимости использовать свою артиллерию по берегу. На палубе одного из них — «Хэйвлока» — находилась французская минометная батарея. Первая десантная партия из 120 человек шла на четырех ALC. Основная часть из полутора тысяч пехотинцев перебрасывалась крейсерами. Танки и предназначавшуюся для их доставки пару MLC взял на борт линкор, третий MLC шел своим ходом. Прикрытие с воздуха осуществляли самолеты «Арк Ройала».
Предварительная бомбардировка началась точно в полночь (по британскому времени), светлую из-за высоких широт, и продолжалась ровно час. Бьерквик был сильно разрушен, погибло 14 мирных жителей. Вслед за этим около 2 часов утра десантные катера высадили 1-ю роту 1-го батальона Иностранного легиона около поселка. Одновременно прибыли три MLC с танками. Десантников встретил пулеметный огонь, а неудачно выбранное место не позволяло выгрузить танки. Отойдя с полмили к западу, катера успешно и без потерь произвели высадку. Следом прибыла оставшаяся часть батальона. Танки показали себя очень эффективными против немецких пулеметчиков, и под их прикрытием легионеры быстро продвинулись на север, перерезав дорогу на Гратанген, и на восток до окраин Эльвегордсмуэна.
Немецкий военный корреспондент так описывал события того утра: «Мы столкнулись с подавляющим численным превосходством… Временами нам казалось, что вражеский натиск на наши позиции невозможно сдержать. Все новые и новые солдаты противника появлялись то тут, то там и подходили все ближе».
Второй батальон начал посадку в десантные катера, как только те вернулись. MLC и моторные баркасы с крейсеров высадили пехотинцев с еще двумя танками в нескольких сотнях метров южнее: их целью был Эльвегордсмуэн. В течение нескольких часов и этот город, дом за домом, был занят с незначительными потерями. Погибло 36 легионеров, около 20 получили ранения и были доставлены в корабельные лазареты. Наконец и сам Бетуар сошел на берег в деревне Ёйорд. Подразделение поляков, совершившее за 16 часов 25-километровый марш по бездорожью из Богена, противника не встретило. К утру дорога из Бьерквика в Гратанген на всем протяжении была в руках союзников.
Таким образом, первая во Второй Мировой войне высадка десанта под огнем противника завершилась удачно. Призрак Галлиполи, довлевший над англичанами, казалось, развеялся. Между тем, особых причин для гордости у них не имелось. Британские солдаты всегда считались наиболее подготовленными к атаке с моря, однако в операции были задействованы французы и поляки. «Мы пересекали пустыню на верблюдах, теперь пересекли залив на катерах — большой сложности в этом нет», — бравировали офицеры Иностранного легиона. Да и сопротивление высадке никак нельзя назвать серьезным.
В результате ряда небольших акций, предпринятых в конце апреля — начале мая, союзным и норвежским войскам удалось потеснить немцев и захватить выгодные позиции для нанесения удара непосредственно по Нарвику, что усугубило и без того непростое положение небольшой по численности группы Дитля. Союзников отделяли от Нарвика только воды Румбакс-фьорда, которые, благодаря господству британского флота, не считались серьезной преградой. Однако союзные и норвежские войска не смогли использовать своего решающего превосходства в людях и боевой технике. Германские горные стрелки и моряки продолжали удерживать Нарвик и районы, прилегающие к шведской границе. Группа Виндиша, против которой были направлены основные усилия противника, сумела по глубокому снегу отойти на восток и занять оборону. Противоборство в районе Нарвика вступало в новую фазу.
10.2. От Тронхейма — за Полярный круг
Уход англо-французского контингента из Намсуса ночью 2 мая и капитуляция норвежских войск днем позже открыли для 181-й дивизии генерала Войташа путь на Намсус и Гронг. Эти пункты были заняты 4 и 5 мая соответственно. Теперь перед немцами стояла задача дальнейшего продвижения на север, чтобы установить контакт с группой Дитля. Для этой цели была выделена 2-я горная дивизия, ее командир генерал-лейтенант Валентин Фойерштейн прибыл в Тронхейм 4 мая. В сформированную «группу Фойерштейна» вошли следующие силы:
— два горноегерских батальона (II/GJR 137 и II/GJR 138);
— рота 83-го горного саперного батальона;
— две батареи 730-го тяжелого артиллерийского дивизиона;
— взвод 40-го танкового батальона;
— мотоциклетная пулеметная рота полка «Герман Геринг».
Выступив из Гронга 5 мая на приданном автотранспорте, передовые германские отряды не встретили на пути сопротивления. Силы норвежской армии на значительной территории губернии Нурланн состояли лишь из I/IR 14 и батальона ландсверна. Но природные условия потребовали от немецких солдат и офицеров предельного напряжения сил. В результате начавшегося таяния снега единственная шедшая на север дорога превратилась в узкий и глубокий канал, по колено наполненный снегом и водой. Затратив пять суток на 150-километровый участок пути, 10 мая горные егеря под командованием майора фон Пранкха достигли Мушёэна, где столкнулись с англо-норвежскими частями.
Возможность продолжения немецкого наступления на север и деблокады Нарвика серьезно беспокоили британский военный кабинет. Союзные планы предусматривали сделать Мушёэн, Му и Будё центрами сопротивления. Норвежскими силами в данном районе командовал генерал-майор Р. Рошер-Нильсен. Сотня альпийских стрелков с двумя легкими зенитными пушками прибыла в Мушёэн из Намсуса 30 апреля на борту британского эсминца «Джэнес». Черчилль предлагал даже не эвакуировать из Намсуса два батальона 5-й альпийской полубригады, а возложить на нее ведение арьергардных боев вдоль дороги на Му и Будё. Однако французский командующий генерал Оде воспрепятствовал принятию решения. Он считал, что даже небольшие группы альпийских стрелков не смогут в это время года пройти на лыжах через горы. «Было очевидно, — писал несколько дней спустя в своем донесении командующий союзными войсками в Центральной Норвегии генерал Масси, — что, если французские альпийские стрелки не смогли отступить по этой дороге, немцы не смогут наступать по ней… Это оказалось ошибкой, поскольку с тех пор немцы всячески использовали ее и продвигались по ней так быстро, что у наших войск в Мушёэне даже не оказалось времени должным образом закрепиться, и вероятнее всего, мы не сможем удержать этот пункт». Предположение оказалось пророческим…
Положение осложнялось отсутствием у союзников единодушия по способу противодействия продвижению немецких войск в северном направлении. Генерал Масси считал, что с этой задачей способны справиться только крупные силы, размещенные между Мушёэном и Му, при поддержке авиации и артиллерии. Эту позицию разделяли генерал Мэкези и лорд Корк. Но уязвимость войск от воздушных атак, продемонстрированная под Намсусом и Ондальснесом дала перевес мнению, что для арьергардных сражений лучше использовать небольшие подвижные отряды, уничтожающие мосты, дороги, тоннели и осуществлявшие нападения на фланги. Это была бы полупартизанская война, не требующая поддержки с воздуха.
В рамках данной концепции 18 апреля началось формирование так называемых «независимых рот» (Independent Companies) — прообраза частей, впоследствии получивших название «коммандос». Личный состав в них набирался исключительно среди добровольцев и обучался ведению партизанской войны. Каждая такая рота состояла из трех взводов (по три отделения: саперного, связи и огневой поддержки) и отделения управления — в общей сложности около 20 офицеров и 270 солдат. Командира роты сопровождал переводчик со знанием норвежского языка. Роты были в буквальном смысле независимыми и могли действовать автономно в течение длительного срока. В экипировку солдат входили рюкзаки, непромокаемые кожаные куртки, теплые меховые накидки, «арктические» ботинки и снегоступы. Каждая рота получала месячный нормальный рацион плюс пятидневный сухой паек, сто тысяч патронов и 4000 фунтов стерлингов в британской и норвежской валютах, чтобы рассчитываясь с местным населением морально настраивать его на хорошие отношения с англичанами. Малую плотность населения в предстоящих районах боевых действий никто почему-то не принял в расчет.
Первые пять «независимых» рот были сформированы в течение двух недель и в начале мая посланы в Норвегию под командованием энергичного и инициативного офицера полковника Колина М. Габбинса.68
8 мая 4-я и 5-я «независимые» роты во главе с Габбинсом прибыли в Мушёэн и сменили французов. Немцы были уже недалеко. Норвежский батальон ландсверна, занимавший позицию в 20 милях южнее города, 9-го оставил ее. Две норвежские и одна британская роты оборудовали новый рубеж у разрушенного железнодорожного моста в 10 милях от Мушёэна. Шестьдесят мотоциклов с пулеметами, возглавлявшие германское наступление, появились следующим утром и были отбиты с большими для нападавших потерями, но уже к полудню усилившееся давление противника заставило оборонявшихся отойти. Сам город был признан непригодным для обороны, но дорога от него на север пролегала между скалистыми теснинами, в которых англичане рассчитывали задержать продвижение противника. Однако немцы опередили их и нанесли удар там, где его никак не ждали.
Замысел командования XXI армейской группы, штаб которой к тому времени был перенесен в Тронхейм, предусматривал высадить десант в районе полуострова Хемнесё в глубине Ранc-фьорда, что позволяло немцам контролировать окружающую территорию и открывало дорогу на Му. Операция получила кодовое название «Вильденте» («Дикая утка»).
Около 300 горных егерей 1-й роты 138-го полка под командованием капитана Хольцингера вышли из Тронхейма на захваченном норвежском каботажном пароходе «Норд Норге» (991 брт), укомплектованном моряками со стоявших в Тронхейме эсминцев и вооруженном снятыми с них автоматами. К 20 часам 10 мая германский десант был высажен на причал поселка Хемнес, две летающие лодки «Дорнье» доставили еще 40 человек с командиром 7./GJR 138 обер-лейтенантом Рудольфом. Сопротивления немцы не встретили. Взвод 1-й «независимой» роты, высланный накануне для защиты поселка, отошел на позицию к Финнейду, где находились еще 120 норвежцев.
Лорд Корк, утром получивший сообщение о движении неприятельского судна от норвежских береговых наблюдателей, выслал на перехват крейсер «Каиро» и эскадренный миноносец «Зулу», однако прошло немало времени, прежде чем корабли соединились в море и достигли Ранc-фьорда. Предотвратить высадку им не удалось. Хотя вскоре после полуночи «Норд Норге» был потоплен вместе с большей частью снабжения, горные стрелки с двумя орудиями находились уже на берегу и организовали оборону. Потерь они не понесли, а на следующий день прибыли несколько гидросамолетов с грузом, позволив восполнить уничтоженное имущество.
Таким образом, в районе Хемнесё сложилась характерная для партизанской войны ситуация. Немецкий десант угрожал отрезать пути отхода 4-й и 5-й «независимым» ротам, находившимся в нескольких километрах севернее Мушёэна, но и сам был отрезан от главных сил. Именно теперь англичанам пригодилась подготовка к ведению боевых действий в условиях полной изоляции. Ведя сдерживающие бои, Габбинс и его подчиненные отошли на 35 миль к Вефсен-фьорду, где 12 мая погрузились на эсминцы «Дженэс» и «Джевелин», доставившие их в Будё. Норвежцы же отошли в деревню Эльсфьорд, откуда на грузовиках были переброшены в Корген, бросив при этом большую часть своего имущества.
Утром 11 мая норвежцы атаковали неприятельские позиции на Хемнесё, но, не имея артиллерии, были легко отбиты немцами, эффективно использовавшими два своих орудия. 14 мая сами немцы перешли к активным действиям и, после непродолжительного боя, в котором им противостояли подразделения норвежского ландсверна и британская 1-я «независимая» рота, овладели Финнейдом. Союзники отступили к Стину, расположенному в 8 милях северо-восточнее. Тем временем колонна германских войск, вышедшая из Мушёэна 11 мая, двигалась на Хемнесё с максимально возможной скоростью. Спустя пять дней немцы были уже в Эльсфьорде. Три с половиной роты из II/GJR 137 под командованием майора Зорко были отправлены в Корген, покинутый норвежцами, а оттуда по шоссе — в Финнейд.
Преодоление почти 250-километрового пути всего за десять дней стало значительным достижением германских войск. Хотя занятая немцами территория была мало населена и не имела большого экономического значения, ее потеря шокировала как союзников, так и норвежских генералов Рюге и Фляйшера. Англичане — лорд Корк и генерал Окинлек, сменивший Мэкези, — были обеспокоены, что германские аэродромы могут приблизиться к Нарвику вслед за наступавшей пехотой. На самом деле, на данный момент опасения были отчасти надуманными. Проблема снабжения войск, с учетом огромных расстояний и отвратительного состояния дорог, доставляла массу головной боли немецким штабистам. Доставка горючего и боеприпасов стояла под вопросом. До 20 мая значительная часть снабжения группе Фойерштейна доставлялась по воздуху. После того, как 19 мая норвежские сторожевики «Хейльхорн» и «Хоннингсвог» потопили в устье Ранс-фьорда траулер «Альбион», немцы не предпринимали дальнейших попыток перебрасывать людей и грузы морем вплоть до 8 июня. В этот период лучшей тактикой для англичан могли бы стать удары по германским линиям снабжения посредством обстрелов с моря, атак авианосных бомбардировщиков и рейдов диверсионных групп. Единственную реальную опасность для союзников представляла небольшая площадка у Хаттфьельдаля, использовавшаяся в качестве аэродрома подскока при налетах на Нарвик, но ее без особого труда можно было сделать непригодной к использованию.
Перед Корком и Мэкези встала проблема усиления южного фланга. 12 мая на транспорте «Ройал Уотч» в Му был переброшен батальон Шотландской гвардии с четырьмя 25-фунтовыми пушками и четырьмя легкими зенитками. Два других батальона 24-й гвардейской бригады — 1-й Ирландский и 2-й Южно-Уэльсский — должны были грузиться на суда и отправиться в Будё, а оттуда ускоренным маршем двинуться в Му.
Вечером 14 мая польский лайнер «Хробры» со штабом бригады и батальоном ирландцев на борту в охранении эсминца «Вульверин» и шлюпа «Сторк» вышел из Харстада. Небольшой конвой шел на юг, прижимаясь к скалистым берегам. В 00:40 из-за гор, по словам очевидцев «словно выпущенные катапультой», появились два немецких самолета и атаковали «Хробры». Несмотря на готовность средств ПВО, атака оказалась настолько неожиданной, что бомбы попали в лайнер прежде, чем был открыт ответный огонь. Корабли эскорта шли далеко впереди, а их зенитчики приняли самолеты за свои.
«Хробры» получил несколько прямых попаданий. Две тяжелые бомбы разорвались в глубине корпуса в районе третьего грузового трюма, несколько небольших взорвались на палубе. Сразу погибло 12 членов экипажа и 18 военнослужащих, в том числе командир ирландцев подполковник Фолкнер, три старших и два младших офицера. Многие были ранены. Возник сильный пожар, угрожавший взрывом перевозимых мин и снарядов — их было принято более 50 тонн. Борьба с огнем велась неорганизованно и не дала результата, поскольку многие пожарные рукава были перебиты. Вскоре начался спуск спасательных шлюпок, в которые в первую очередь грузили раненых.
[68] Боевой путь первых коммандос подробно описан в работе Buckleigh C. Norway — The Commando — Dieppe. — London, 1951.