MoreKnig.org

История Древней Греции в биографиях: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Штоль Генрих



Шрифт:

Его великолепную гробницу показывали на рынке в Магнезии; но ходила молва, будто друзья тайно перенесли его кости в Афины и погребли на отечественной земле, что по закону не дозволялось при обвинении в государственной измене. Гроб Фемистокла, полагают, находился на мысе Адкимос перед Пирейской гаванью, величественным его творением. У Фемистокла было очень большое семейство. От первого брака он имел пять сыновей и три дочери, от второго еще две дочери. Даже в первом столетии до P. X. существовали потомки этой фамилии, пользовавшиеся в Магнезии некоторыми привилегиями.

14. Аристид Афинский

Аристид, с которым мы уже познакомились в жизнеописании Фемистокла, как с политическим его противником, но не личным его врагом, был сын Лисимаха из филы Антиохийской. Правда, он не принадлежал к знатным фамилиям Аттики, но по своей поземельной собственности состоял в классе пентакосиомедимнов и был в родстве с богатыми и известными фамилиями Каллия и Иппоника, факельщиков при Элевсинских таинствах. Он был 10–15 годами старше Фемистокла, и потому рассказ о том, что еще в детстве оба они постоянно враждовали и соперничали друг с другом, должно отнести к области басен. Как люди государственные, они обыкновенно относились друг к другу враждебно потому, что их характеры и политические взгляды были весьма различны. Серьезный и рассудительный, простой и откровенный человек, друг Порядка и права, неподкупный и чистый сердцем, без всякого своекорыстия и эгоизма действовавший на пользу отечества, Аристид в большинстве случаев не мог идти одной дорогой с хитрым, беспокойным и отважным Фемистоклом, который, правда, также изо всех сил работал для блага отечества, но был неразборчив в средствах и несвободен от честолюбия и корыстных стремлений. Аристид, по мнению Геродота, был лучший и честнейший человек, какой когда-либо жил в Афинах. Не обращая внимания на похвалы или: порицания, на славу и выгоды, он с одинаковым усердием служил своему отечеству в светлые и мрачные дни; почести не делали его гордым, при неблагодарности и обидах он оставался спокоен и не охладевал в своей ревности к общему благу. В то время как Фемистокл при начале своей политический карьеры составил себе партию, при помощи которой скоро достиг немалого влияния, Аристид в своей деятельности государственного человека шел один своей дорогой; он не хотел, чтобы необходимость обращать внимание на желание и интересы партии затрудняла его прямой и честный путь и опасался, чтобы под влиянием раздражительной борьбы между партиями не быть увлеченным к несправедливым поступкам. Главное его правило состояло в том, что честный гражданин должен рассчитывать единственно только на благо и справедливость своих действий и слов. В общественной жизни Аристид ничего не хотел знать об обязательствах дружбы; точно также он противился, когда того требовала справедливость, побуждениям вражды и гнева. Однажды он обвинял врага своего перед судом, и судья тотчас же после его обвинительной речи хотел постановить решение; тогда Аристид вскочил и вместе со своим противником просил, чтобы выслушали и последнего и не отнимали у него его права. В другой раз, когда он решал юридический спор между двумя гражданами и один из них сказал, что его противник наделал много зла Аристиду, он заметил: «Скажи лучше, мой друг, что он сделал тебе дурного, потому что я судья в твоем, а не в моем деле».

Такой человек, естественно, пользовался безусловным доверием своих сограждан. Граждане были так уверены в его беспристрастии и искренней честности, что в спорах между собой охотнее шли на его третейский суд, чем на суд назначенных от государства судей. Когда в праздник Диониса в 470 году была исполняема трагедия Эсхила «Семь против Фив» и актер произнес следующие, относящиеся к Амфиараю, стихи:

— взоры всех зрителей невольно обратились на Аристида, так как все признали, что к нему преимущественно перед всеми идет подобная похвала.

В начале своей политической карьеры Аристид примкнул к Клисфену, который после изгнания Писистратидов управлял республикой и своим честным усердием, с которым он помогал развитию государственных учреждений в духе своего друга. Клисфена приобрел такое уважение, что после смерти этого последнего был первым человеком в Афинах. Он и Ксантипп, сын Арифрона, предпочтительно заправляли государственными делами до Марафонской битвы. Когда, незадолго перед этим событием, в Афины из Херсонеса прибыл Мильтиад, человек, по своим личным достоинствам и знатности своей фамилии казавшийся опасным для спокойствия и свободы государства, Аристид смотрел на него недоверчивыми глазами; но в минуту опасности, когда нужно было мужеством и смелой решимостью защищать отечество от нападения персов, Аристид первый стал требовать, чтобы Мильтиад был во главе войска и чтобы защита свободы отдана была в его руки. Аристид поддерживал Мильтиада всем своим влиянием. В сражении он сам храбро дрался, в качестве стратега, предводителя своей филы, в центре боевой линии, опаснейшем пункте битвы. По окончании сражения, когда большая часть войска должна была спешить в Афины, дабы предупредить на них нападение персидского флота, Аристид был оставлен со своей филой на поле битвы для охраны пленных и добычи, потому что к нему имели доверие, что он добросовестнейшим образом постарается оберегать богатую добычу, заключавшуюся в золоте и серебре, в палатках и одеждах и в других предметах.

Спустя год после сражения при Марафоне Аристид был облечен званием первого архонта. Но когда в следующем за тем году народ, возвысившийся вследствие Марафонской битвы, увлечен был Фемистоклом на новые пути и со всем жаром принялся за морское дело, тогда значение Аристида, всегда противившегося планам Фемистокла, упало, а в 484 или 483 году он был изгнан остракизмом.

При подаче голосов по этому поводу в народном собрании, рассказывают, один неграмотный крестьянин, принявший Аристида за обыкновенного человека, подал ему свой черепок с просьбой написать на нем: «Аристид». Чрезвычайно удивленный, Аристид спросил крестьянина, не сделал ли ему Аристид чего-нибудь худого, и получив ответ: «Ничего. Я даже не знаю его, но мне досадно, иго все его называют справедливым». Не возражая ни слова, Аристид написал на черепке то, чего хотелось крестьянину, и отдал ему. Выходя из города, он, говорят, поднял руки к небу и молился, чтобы афинян никогда не постигла участь, которая бы принудила народ вспомнить Аристида.

Изгнание остракизмом продолжалось обыкновенно десять лет, но уже через несколько лет афиняне должны были вспомнить об Аристиде. Когда Ксеркс вторгнулся в их страну, народ, имея в виду главным образом Аристида, принял решение, по которому все изгнанники были возвращены. В эту затруднительную минуту хотели забыть все раздоры партий и каждому дать возможность действовать для спасения отечества. Особенно же желательно было пользоваться советами и содействием благородного Аристида, которому все доверяли. В предыдущем очерке мы видели, как Аристид появился в войске в ночь перед сражением при Саламине, не питая никакой злобы против своих сограждан, которые его изгнали, ни против своего прежнего противника Фемистокла, и готовый посвятить свои силы для блага отечества, находившегося в тесных обстоятельствах. Мы видели также, какую большую услугу оказал он сражавшимся грекам занятием Пситталии.

В следующем году после сражения при Саламине, когда Фемистокл впал в немилость афинян, вследствие почестей, оказанных ему в Спарте, Аристид снова стал во главе государства. Он командовал сухопутным войском, когда нужно было действовать против Мардония, а зимой с 480 на 479 год руководил решениями народа при переговорах с Мардонием и со Спартой. Мардоний стоял со своим трехсоттысячным войском, предназначавшимся для завоевания Греции, в Фессалии на зимних квартирах и прислал грекам следующую угрозу: «Вы со своими кораблями победили обитателей внутренних стран, не умевших взять в руки весла; но теперь обширная Фессалия и виотийские равнины представляют прекрасное место битвы для мужественных всадников и пехоты». Однако, чтобы вернее и скорее достигнуть своей цели, он пытался склонить на свою сторону афинян, заявивших себя передовыми борцами за свободу Греции. Он отправил в Афины в качестве посла македонского царя Александра, который был другом и благожелателем афинян, со следующим известием: «Афиняне! Я, Мардоний, получил от царя уведомление, в котором сказано: „Я прощаю афинянам все вины, которые они совершили против меня, и теперь ты, Мардоний, сделай так: прежде всего возврати им их землю; потом они могут выбрать себе еще другую землю, какую захотят, и пусть они будут полными господами сами себе. Если же они пожелают заключить со мной договор, восстанови им все храмы, которые я сжег“. Получив такое повеление, я должен его исполнить, если вы не воспротивитесь этому. Но я спрошу вас теперь: отчего вы ведете такую ожесточенную борьбу против царя?

Вы ведь никогда не победите его и не в состоянии долго сопротивляться ему. Поэтому лучше и не думайте меряться силами с царем, чтобы не быть выгнанными из страны и не подвергать постоянно свою жизнь опасности; лучше помиритесь с ним. Оставайтесь свободны и заключите с нами союз без лжи и обмана».

Когда лакедемоняне услышали, что Мардоний снарядил посольство в Афины, они чрезвычайно боялись, что афиняне заключат с персами договор, и тотчас же сами отправили к ним послов, чтобы удержать их от подобного шага, опасного для Пелопоннеса. Афиняне ожидали, что спартанцы сделают это, и потому оттягивали народное собрание, на котором нужно было дать решительный ответ царю Александру, до тех пор, пока не прибыло спартанское посольство. Александр сообщил о своем поручении и советовал друзьям своим, афинянам, принять предложение Мардония, так как их положение было хуже всех остальных союзников и их страна лежала, как открытое поле, между двумя армиями. После Александра говорили послы из Спарты и отговаривали афинян от союза с варварами. Афиняне, являвшиеся всегда благородными защитниками свободы, по их мнению, не должны были подавать руки персам на порабощение греков. «Ваше бедствие, — говорили они, — близко нашему сердцу; нас сильно трогает и то, что вы потеряли уже две жатвы, и то, что у вас давно нет ни крова, ни приюта. За это лакедемоняне и их союзники обещают кормить ваших жен и всех, кто только неспособен носить оружие, по все время продолжения войны». По предложению Аристида, афиняне дали Александру следующий ответ: «Мы знаем, что персы гораздо сильнее нас; но свобода есть наш лозунг, и мы будем защищать ее до последней край- ности. Поэтому передай Мардонию следующий ответ от афинян: „Пока солнце совершает свое обычное течение, до тех пор мы не заключим договора с Ксерксом и будем мужественно сопротивляться ему, уверенные в помощи богов и героев, жилища и изображение которых он святотатственно сжег“. А ты в другой раз не являйся с подобным предложением в Афины и не уговаривай нас на дурное дело, думая тем оказать нам услугу; потому что нам не хотелось бы, чтобы тебе приключилось от афинян что-либо нехорошее, так как мы считаем тебя нашим гостем и другом». Лакедемоняне получили, опять-таки по предложению Аристида, следующий ответ: «Весьма естественно было лакедемонянам опасаться, чтобы мы не заключили договора с неприятелем; но это опасение во всяком случае оскорбительно, потому что вам известны намерения афинян и то, что мы за все золото в мире и за какую бы то ни было прекрасную страну не сделаемся персами и не ввергнем Эллады в рабство. Если бы мы даже и захотели сделать это, то есть много весьма важных причин, которые не позволили бы нам этого. Вопервых, сожженные и разрушенные храмы и изображения богов требуют от нас полного отмщения; во-вторых, мы родственны с греками по крови и по языку, у нас одни и те же храмы богов и жертвоприношения, одни и те же нравы и обычаи — как же афиняне могли бы изменить этому? Пока останется в живых хоть один афинянин, до тех пор мы не заключим союза с Ксерксом. Мы рады благорасположению, которое вы высказываете к нам, заботясь о нас, бедных людях без крова и приюта, и предлагая пропитание нашим семействам; но пока мы желали бы остаться так, как есть, и не обременять вас. Посылайте же как можно скорее ваше войско, потому что враг не станет долго ждать, чтобы напасть на нашу страну; прежде чем он достигнет Аттики, вы должны его встретить в Виотии».

Афиняне уже выслали свой флот, отправив на нем значительную часть сухопутного войска, вместе с пелопоннесскими кораблями к ионийским берегам. Таким образом, для защиты своей собственной страны им нуж- на была значительная поддержка со стороны пелопоннесцев. Правда, спартанцы обещали с возможной поспешностью послать в Виотию свою армию вместе с войском своих союзников; но они не имели в виду сдержать свое слово. Благородного воинственного жара за святое дело свободы целой Греции, который обнаружили афиняне, у них не оказалось. Как и до сих пор во всех опасностях персидской войны, так и теперь они эгоистически думали только о себе. Им было бы даже приятно, если бы персы совершенно уничтожили Афины; тогда они были бы, бесспорно, самыми могущественными в Греции. Они воспрепятствовали союзу Афин с персами потому только, что подобный союз мог быть опасен Пелопоннесу. Теперь же, думали они, когда афиняне так открыто и смело отказали персам, им нечего было больше бояться, стоило только укрепить надлежащим образом перешеек. И действительно, они работали на нем изо всех сил, а афинянам войска не послали. Между тем Мардоний грозно шел из Фессалии на Аттику. Аристид принужден был отправить в Спарту посольство и напомнить ей об ее обязательстве. Кимон, сын Мильтиада, и Миронид были отправлены в этом посольстве. Их со дня на день задерживали под тем предлогом, что спартанцам нужно было только отпраздновать Иакинфии. Наконец терпение послов истощилось.

Решившись отправиться назад, они явились к эфорам и объявили, что спартанцы могут спокойно праздновать свои Иакинфии, совершать свои игры и изменять союзникам. Афиняне заключат с персами, насколько возможно, удобный для себя мир, и какие последствия будут от этого для Спарты, она, конечно, узнает со временем. Тогда эфоры объявили, что их войско уже выступило в поход, что 5000 гоплитов находятся уже за границей, в Аркадии, и что гоплиты из периэков должны последовать за ними. Так и было в действительности. Хилей из Тегеи, человек, отличавшийся умом и пользовавшийся влиянием в Спарте, за день перед тем дал понять спартанцам, что их близорукость и эгоизм ввергнут их в погибель; что если афиняне присоединятся со своим флотом к персам, Пелопоннес со всех сторон будет открыт неприятелю и укрепления на перешейке окажутся бесполезными. Это произвело свое действие. Эфоры в ту же ночь со всей поспешностью двинули в поход вышеупомянутый отряд войска, чтобы убедить афинян в своей готовности помогать им.

Медленность спартанцев принудила афинян снова очистить свою страну и город, который они на скорую руку кое-как восстановили, и снова сесть на корабли, как в предыдущем году. Мардоний двинулся со всем своим войском в Аттику и занял Афины; но он запретил опустошать страну, потому что все еще надеялся склонить афинян на свою сторону. Власти афинские находились опять на Саламине. Туда он еще раз отправил посольство с предложением присоединиться к нему. Один из членов совета, Ликид, полагал, что предложения Мардония не слишком дурны и что их бы следовало принять в соображение. Его совет был встречен с негодованием. Народ побил Ликида камнями; женщины сбежались вместе и побили камнями жену и детей изменника. Мардоний отказался от мысли привлечь на свою сторону афинян и разорил все, что только можно было разорить в городе и стране. Но, получив известие о приближении пелопоннесского войска, он отступил в Виотию, которая своими обширными, открытыми равнинами была более удобна для действий огромной армии, чем гористая Аттика, и могла снабжать его жизненными припасами. С войском лакедемонян под предводительством Павсания соединились 8000 афинских гоплитов, которыми командовал Аристид. Вместе с контингентом остальных городов они двинулись за Мардонием в Виотию и дали там сражение при Платее, о котором мы скажем подробнее в следующем очерке. В этом сражении, истребившем всю армию Мардония, Аристид со своими афинянами принимал самое славное участие и немало содействовал счастливому исходу дела.

Тут же, при Платее, Аристиду удалось подавить опасный заговор благодаря присутствию духа, а также кроткому и осторожному образу действий. В войске были люди из знатных и богатых домов, которые вследствие военного погрома последних годов обеднели и вместе с состоянием потеряли свою силу и значение, между тем как других они видели в почестях и силе. Они собрались тайно в одном доме в Платее и составили заговор с целью низвергнуть народное правление, а в случае неудачи разорить все в конец и передаться персам. Уже значительное число лиц было вовлечено их стараниями в это дело, когда об этом узнал Аристид. Он решился поступать в этом деле со всей снисходительностью и арестовал из множества замешанных лиц только восьмерых. Двое из них, более всех виновные и раньше других привлеченные к суду, бежали из лагеря; остальных Аристид освободил, для того чтобы те, которые считали себя еще неоткрытыми, успокоились и раскаялись.

При этом он объявил, что они в войне найдут свой суд, где они могут очиститься от обвинения, если они готовы верно и честно служить отечеству.

В последние войны все классы афинских граждан, бедные и богатые, с одинаковым мужеством и самопожертвованием сражались для защиты отечества; общественное бедствие связало их теснее и уничтожило старинные различия. Справедливость требовала, чтобы уничтожена была и существовавшая до сих пор разница в гражданских отличиях и правах, чтобы недостаточные, с одинаковым усердием служившие отечеству, были сравнены с богатыми. Аристид был человек с аристократическими взглядами, неохотно соглашавшийся ломать существующее. Он прежде упорно противился нововведениям Фемистокла, которые с течением времени должны были дать низшему классу большое значение. Но и он теперь понял необходимость и справедливость такого урав- нения, особенно когда, как мы уже видели при платейском заговоре, многие богатые и знатные люди обеднели и спустились в самый низший класс граждан, в феты. Поэтому он внес предложение, чтобы не одни только пентакосиомедимны имели право занимать должность архонта, как было до сих пор, но чтобы все граждане без различия допускаемы были к занятию всех государственных должностей. При существовавшем порядке вещей это была мера мудрая и достойная справедливого Аристида; она доставила ему благодарность низших классов и имя истинного друга народа.

Аристид, по Беллори (1693)

В тот самый день, когда дано было сражение при Платее, греческий флот, под начальством спартанца Лeотихида и афинянина Ксантиппа, одержал блестящую победу над флотом персидского царя при мысе Микале, напротив острова Самос. То было, впрочем, не морское сражение, потому что экипаж персидского флота, сознавая превосходство греков на море, укрепился на суше; греки высадились и штурмовали лагерь. Ксеркс, спокойно сидевший в Сардах и ожидавший от Мардония известий о победах, увидел теперь, что греки одерживают победы на его собственной земле и что вся Иония присоединилась к своим европейским единоплеменникам. После победы афиняне требовали, чтобы флот двинулся против Систа на Геллеспонте, с целью овладеть укреплениями персов и разрушить мосты, о погибели которых они еще не знали. Но пелопоннесцы отправились восвояси.

Тогда афиняне вместе с ионийскими кораблями пошли на Сист и завоевали его. Эта экспедиция была первым братским делом афинян и ионян. Без помощи пелопоннесцев они достигли великолепных результатов и теперь уже пришли к убеждению, что они призваны быть предводителями эллинов на море.

Берега архипелага были теперь свободны от персидского господства. Но этого не было довольно: нужно было отнять у персов все пункты, через которые эти варвары могли снова проникнуть в Европу. После сражения при Платее было решено, чтобы для защиты против Азии греческий союз имел постоянно 10000 пехоты, 1000 всад- ников и 100 военных кораблей. В 476 году союзный флот — 20 пелопоннесских кораблей, 30 аттических и около 50 ионийских — вышел в море под начальством спартанца Павсания. Предводителями аттических кораблей были Аристид и Кимон. Прежде всего флот пошел на Кипр, который служил для персов важным морским пунктом, и занял большую часть острова, потом обратился к Босфору фракийскому, где еще находилась в руках персов сильно укрепленная Византия. Персидский гарнизон, предполагавший, что греческий флот находится у Кипpа, не был приготовлен к отражению нападения; город был взят штурмом, и в руки греков досталась огромная добыча.

Такой быстрый успех совсем вскружил голову Павсания, питавшего в себе изменнические замыслы — при помощи персов поработить себе всю Грецию. Если он и прежде гордо и повелительно относился к своим союзникам, то теперь уже совершенно обнаруживал наклонности персидского сатрапа. Он говорил с союзными предводителями не иначе как гневно и грубо, простых солдат подвергал телесным наказаниям и заставлял их по целым дням стоять с тяжелым железным якорем на плечах и т. п. Никто прежде спартанцев не смел ни взять соломы для постели или корма для скота, ни приблизиться к колодцу, чтобы зачерпнуть воды; рабы с бичами в руках отгоняли назад тех, которые осмеливались подойти. Когда однажды Аристид жаловался на это и хотел сделать некоторые представления, Павсаний принял суровый вид дал понять, что он не имеет времени его слушать. Как много разнилось поведение Павсания от поведения Аристида, этого скромного гражданина, всегда спокойного и кроткого, думавшего, оставляя в стороне мелочность партий, только о высших интересах родины! Рядом с ним ял юный Кимон, рыцарь душой и гуманный человек, естественно, что ионяне отделились от спартанцев и примкнули к своим одноплеменникам, афинянам и к их предводителям, которые в то же время и больше всех содействовали благоприятному результату похода.

Предводители ионян предложили Аристиду принять на себя главное начальство и удовлетворить желания союзников, которым уже давно не по нутру грубость спартанцев. Аристид отвечал, что он понимает уместность и необходимость их предложение, но дабы он мог быть убежден в их верное ти, нужно предпринять нечто такое, что сделало бы не возможным отпадение народной массы. Тогда Улиад из Самоса и Антогор из Хиеса составили заговор и носами своих кораблей налетели у Византии на плывший впереди корабль Павсания с обеих сторон. Павсаний вскочил и угрожал, что он докажет им, что они нанесли удар не его кораблю, но Своим собственным городам. Они отвечали, что он может идти и благословлять счастье, которое благоприятствовало ему при Платее, потому что одно только уважение к этому счастью удерживает еще греков от того, чтобы воздать ему должное мщение.

Таким образом, союзники действительно отпали от Спарты и присоединились к афинянам; греческий флот у Византии распался на два флота — ионийско-аттический и спартанскопелопоннесский. Как скоро стало известно в Спарте такое положение вещей, эфоры потребовали Павсания к ответу, а вместо него послали некоего Доркида. Когда этот последний появился, новое положение окрепло уже до такой степени, что его нельзя было изменить. Вследствие этого Доркид возвратился с пелопоннесскими кораблями восвояси. В Спарте были в высшей степени раздражены таким исходом дела; поговаривали о том, чтобы нападением на Аттику отомстить афинянам за разрыв эллинского союза и вынудить у них восстановление старого порядка. Впрочем, более благоразумные люди одержали верх. Они выставили на вид, что для Спарты лучше отказаться от дальнейших предприятий на море, так как граждане, как это уже случилось с Павсанием, в удалении от Спарты только более и более отделяются от отеческих нравов и обычаев. К тому же не имелось достаточных средств, чтобы отмстить афинянам. Таким образом, спартанцы, не делая много шума, отказались от гегемонии на море и предоставили афинянам и ионийцам продолжать там войну с персами.

Мягкому характеру Аристида афиняне обязаны тем что они, не прибегая к насильственным мерам и без разрыва со Спартой, приобрели гегемонию на море и беспрепятственно могли развивать свое могущество в этой области. Теперь следовало устроить и укрепить вновь образовавшийся союз.

И в этом случае Аристид был главным деятелем и вдохнул в это новое учреждение свой дух кротости и гуманности. Новый союз имел характер амфиктионии, соединении свободных государств вокруг общего религиозного центра. Остров Делос со своим знаменитым святилищем Аполлона, звезда моря, как называет его Пиндар, и был для ионийских греков этим центром, где представители союза собирались на совещание, куда союзники стекались праздновать национальные торжества.

Туда перенесена союзная касса, образовавшаяся из взносов отдельных союзных государств. Однако не все члены платили деньги, а только меньшие государства, не находившие для себя выгодным ставить корабли для союзного флота. Более же значительные государства, напротив, вместо денег всегда выставляли известное число кораблей с войском. Тем не менее в союзную кассу, заведование которой было предоставлено афинянам, ежегодно поступала сумма в 460 талантов. Афиняне стояли во главе союза, им принадлежало председательство в союзном собрании, где депутатами от всех союзников постановлялись решение насчет ведения войны, употребления денег и других союзных дел. Они предводительствовали флотом, существенно влияли на ход войны, созывали собрание и собирали деньги.

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Самуил Цвиллинг
Самуил Цвиллинг
[Биографии и Мемуары / Советская классическая проза]
Советские люди с чувством глубокой признательности вспоминают тех, кто беззаветно боролся за власть Советов и отдал свою жизнь за народное счастье. Одним из борцов за великое дело был первый
0
Потерянный дом, или Разговоры с милордом
Потерянный дом, или Разговоры с милордом
[Советская классическая проза / Социальная фантастика]
Думаете, чудес не бывает? Бывают, да еще и какие! Однажды вечером в городе Ленинграде поднялся в воздух кооперативный дом. То есть просто взлетел, чуть полетал по небу и приземлился в совершенно
0
Журналистка. Второй шанс на счастье
Журналистка. Второй шанс на счастье
[Современные любовные романы / Эротика, Секс]
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ. —
0
Женихи из другой Галактики. Космос. Страсть
Женихи из другой Галактики. Космос. Страсть
[Любовная фантастика / Эротика, Секс]
❤️‍У Евы был худший день в жизни: её уволили, а любимый мужчина ушёл к другой. В поисках утешения она заглянула к странной гадалке, которая пообещала ей «скалу и крыло», а также замужество сразу за
0
Связанная грехом
Связанная грехом
[Детективы / Триллер / Современные любовные романы / Эротика, Секс]
Бет вырывается на свежий воздух из душной клетки любви, которую для неё выстроила лучшая подруга, — и не ожидает найти утешение в объятиях Мэттью. Он верный телохранитель Себастьяна и единственный,
0
Свод отражений
Свод отражений
[Детективы / Документальная литература / Проза / Современная проза]
Частный детектив Саша Рудакова получает в наследство дом в сибирском Криволучье. Город построен так, что его отражение в реке не совпадает с самим собой. В доме все зеркала повернуты к стене, а во
0
Эффект дьявола
Эффект дьявола
[Современные любовные романы / Эротика, Секс / Проза]
Дьяволы всегда добиваются своего, и молодой владелец нефтяной компании не исключение. Вот только природа не наградила его обаянием, и вместо того, чтобы искушать, ему приходится рушить чужие судьбы,
0
Повелитель Стихий. Том 6
Повелитель Стихий. Том 6
[Боевое фэнтези / Бояръ-Аниме]
Что общего у разведчика Легиона и белки-летяги? Оба они живут не более трёх лет. За это время средний разведчик успевает провести около пяти экспираций, после чего встречает свой конец. Я же каким
0
Целитель, который вернулся спустя 2000 лет
Целитель, который вернулся спустя 2000 лет
[Боевое фэнтези / Магические академии]
За две тысячи лет моего заточения мир успел забыть, чего стоит бояться. В Латерне целители носят сумки боевых магов, стоят у них за спиной и благодарят за место в отряде. Когда-то армии отступали,
0
Тренер Гильдии Фамильяров 9
Тренер Гильдии Фамильяров 9
[Городское фэнтези / РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы]
Меня зовут Артур Горай. Я вернулся на сорок лет в прошлое, и с меня хватит чемпионских титулов. Теперь я намерен разобрать Синдикаты по винтикам! В этом мне помогает мой дракон. Он знает будущее, но
0
Мужчина в моем шкафу
Мужчина в моем шкафу
[Любовные романы / Любовное фэнтези / Современная проза / Фэнтези]
Нелегко начинать жизнь заново, когда у тебя ничего нет. Муж забрал квартиру, карьеру Майя принесла в жертву семье. Но чудеса случаются, даже когда в них не веришь. Не просто случаются, а выскакивают
0
Искры на орбите
Искры на орбите
[Любовные романы / Современные любовные романы / Фантастика / Космическая фантастика]
Я устроилась помощницей Деда Мороза на роскошный космический лайнер «Аврора», рассчитывая немного подзаработать и провести праздники среди огней, музыки и счастливых детских улыбок.Но с напарником
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Петербургский врач 11
Петербургский врач 11
[Военное дело, спецслужбы / Медицина / Проза / Современная проза]
Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари.
8
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
6
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4
Ревизор: возвращение в СССР 65
Ревизор: возвращение в СССР 65
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев буквально завален работой по уши, но его все устраивает. Ведь он видит, как понемножку, но его усилия
4
Без страха и упрёка 7
Без страха и упрёка 7
[Альтернативная история / Попаданцы]
Алексей Штурмин достиг многого, но настоящее восхождение на вершины власти только начинается.
4
Граф поневоле. Книга вторая
Граф поневоле. Книга вторая
[Юмористическая фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Умереть от пули киллера — обидно. Очнуться в 1827 году — странно. Обнаружить, что я теперь двадцатилетний граф, а моё имение разорено, — перебор. Хотя… Жив, молод, с титулом — уже хорошо. С
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
2
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
14
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
14
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
11
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Херонейский Лев
Херонейский Лев
[Приключения: прочее / Боевик / Проза / Историческая проза]
Херонея, 338 год до н. э. Жирная точка в истории Классической Греции и отправная веха Эллинистической эпохи. Пока объединенные полисы выставляют стену щитов, чтобы защитить свою свободу, хитрый
0
Зеленая лампа
Зеленая лампа
[Русская классическая проза / Новелла]
Торговец будущим 4
Торговец будущим 4
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
В сентябре 1803 года Англия разорвала Амьенский мирный договор, объявив Франции войну. Теперь у России могут возникнуть проблемы с морской торговлей. Небось англичане начнут блокировать поставки
1
После развода. И даром не нужен
После развода. И даром не нужен
[Современные любовные романы / Самиздат]
Возвращаюсь домой из отпуска и слышу от нашего говорящего попугая странные фразы: «Ксаночка, кубничку будешь? Чьи такие ножки? М-м-м». Тем же вечером муж знакомит меня с красивой брюнеткой лет
2
Искусство избегать свою вторую половинку
Искусство избегать свою вторую половинку
[Любовная фантастика]
Я случайно переспала со своим суженым… и теперь он хочет этого на постоянной основе. Не помогает и то, что в данный момент я, возможно, ношу его ребенка, а, возможно, и нет. Избегать его
0
Образцовый доктор
Образцовый доктор
[Современные любовные романы]
Я только что пережила тяжелый развод с мужем. А моя малышка внезапно заболела и попала в больницу. Никто из врачей не может понять, что с моей девочкой. Я в отчаянии. Она – всё, что у меня есть. И
0
Белая слива Хуаньхуань
Белая слива Хуаньхуань
[Классическое фэнтези]
Юная Чжэнь Хуань, которая во время отбора произвела большое впечатление на императора и попала в его гарем, оказывается не единственной любимицей Сюаньлина. Статус наложницы дал ей не только
0
Попаданка и ее айдолы
Попаданка и ее айдолы
[Любовная фантастика / Самиздат]
Вы бы хотели коснуться любимого актера? А еще дышать с ним одним воздухом, есть из одной тарелки, ездить в одной машине, таскать на руках и... эх. Вот я — не хотела. А потому слушайте сюда: отдам
1
Анархия в школе Прескотт (ЛП)
Анархия в школе Прескотт (ЛП)
[Эротика, Секс / Современные любовные романы]
Одну ошибку в школе Прескотт нельзя совершать. Если не хотите, чтобы я уничтожила вас. Не трогайте моих прекрасно сломленных Парней Хавок. Смерть бродит по коридорам школы Прескотт. Однажды моя
1
Ко всем бурям лицом
Ко всем бурям лицом
[Детективы / Приключения: прочее / О войне / Советская классическая проза]
«Ко всем бурям лицом» — повествование о прошлом и настоящем Свердловской милиции, познавательное и одинаково интересное для любого круга читателей. Книга А. Трофимова не претендует на полное
1
Белочка и Тамарочка
Белочка и Тамарочка
[Детская литература: прочее]
В небольшом цикле рассказов описаны приключения маленьких, довольно шаловливых сестричек Белочки и Тамарочки.
0
Ловушка для стервятника
Ловушка для стервятника
[Исторический детектив]
1948 год. На окраине Казани убита и ограблена пожилая семья, муж и жена. Следов взлома и повреждений на двери нет. Очевидно, хозяева сами впустили убийцу в дом и поплатились за это жизнью. Начальник
0