Кто же еще?!
Налдо стоял в дверях. Его глаза сверкали от гнева. В руках он держал свернутую газету.
— Чего ты этим добиваешься? — прорычал он.
— Убирайся из моей комнаты! — Анна натянула на себя покрывало, словно желая защититься.
— Я не уйду до тех пор, пока ты не объяснишь мне, что все это значит.
Налдо перелистал несколько страниц и швырнул газету на кровать.
— Только не надо прикидываться невинной овечкой и делать вид, будто ты не понимаешь, что я имею в виду.
Все еще в полудреме она потерла глаза и посмотрела на мелкий шрифт.
«Наследника состояния де Леонов ожидает судебная тяжба» — гласил заголовок короткой статьи на восьмой странице.
Анна взяла газету и принялась читать.
«Вся местная элита была заинтригована новостью о том, что недавно скончавшийся Роберт де Леон оставил часть своего поместья служанке. За всю многовековую историю члены семейства де Леон ни разу не продали ни одного акра своей земли. Из внутренних источников стало известно, что этой служанкой является некая Летиция Маркус, которая работала поварихой в поместье на протяжении последних пятнадцати лет, до своей недавней гибели в автомобильной катастрофе. По городу уже давно ходили слухи о том, что мистера де Леона и его повариху связывали более чем дружеские отношения. Возможно, этой сеньоре удалось покорить сердце цитрусового короля».
Анна закусила губу. Боль поразила ее в самое сердце.
«Возможно, ситуация еще больше усложнится. Некоторые считают, что покойная миссис Маркус была автором рецептов всех блюд, которые с таким успехом продавались по всей стране, а это, как известно, многомиллионные прибыли. Дочь миссис Маркус находится в городе вот уже несколько дней и, похоже, не намерена отказываться от своей доли. Неужели великая империя де Леонов под угрозой?»
Анна ничего не понимала.
— Зачем ты это сделала? — Голос Налдо звучал угрожающе.
— Что сделала? — удивленно переспросила она. — Я не имею к этому никакого отношения.
— Неужели? Кто еще, кроме тебя, мог пойти на такое?
Анна заморгала. Рейналдо де Леон ворвался к ней в спальню и обвинил ее в том, что она распускает грязные сплетни. Он даже не спрашивал, он утверждал: именно она послужила источником. В ней нарастал гнев. Неужели высокомерие этого мужчины не имеет границ?
— Ты ведь говорила, что хочешь поведать газетам, каким человеком на самом деле был мой отец.
Анна скрестила руки на груди.
— И что из того?
Налдо сдвинул брови.
— Ты представляешь, к чему это может привести?
— Разумеется. Люди узнают правду. Ты ведь не станешь отрицать, что это правда, не так ли?
Он расправил плечи и вскинул подбородок.
Она позволила себе усмехнуться. Да, его высокомерие поистине безгранично.
— Итак, ты признаешь это?
— Я ничего не признаю.
Анна видела, как под темной рубашкой Налдо вздымается его могучая грудь. В любую минуту он мог выйти из себя.
— Ты невыносима!