— Хорошо… значит, мы можем спокойно поговорить без чужих ушей. До того, как Коринтее стало плохо, я провела с ней какое-то время, и она рассказала мне, что случилось. Сегодня утром Фарли поставил ей категоричный ультиматум. Либо она решает, что Элис — ее правнучка, дочь Эдварда и Пиони, и переписывает завещание, чтобы Корвины были обеспечены на всю жизнь, либо Фарли увозит с собой Пиони и Элис, и Коринтея никогда их больше не увидит. Она думает, что Фарли блефует, но он очень скользкий тип, и она считает, что у нее не так много времени, чтобы играть в игры. Вот что заставило ее так срочно искать разговора со мной, когда она не смогла найти тебя, Джоэл. Хоть она и терпеть не может уступать, думаю, на этот раз она это сделает. Она уверилась в происхождении Элис и хочет ее получить.
— Если бы я только могла рассказать ей, что произошло сегодня! — прервала ее я.
— Ты не можешь, — твердо сказал Джоэл. — Не сейчас.
— Я начала ей рассказывать, — продолжала Лита, — но она не дала мне договорить. Она всегда была очень властной. Она сказала, что я должна срочно искать тебя, Джоэл.
— И сколько ты успела ей рассказать? — спросил тот.
— Естественно, я сказала, что ей теперь не о чем волноваться, поскольку Элис не дочь Эдварда.
— Неудивительно, что ей стало плохо!
Лита не обратила внимания его восклицание.
— Она выбрала самое эффективное оружие против Фарли, какое только было в ее распоряжении. Она оказалась вне его досягаемости и выиграла себе немного времени.
— Если это не будет стоить ей жизни, — сказал Джоэл.
Лита задумалась, и я вспомнила, как она рассказывала мне о завещании Коринтеи. Завещание миссис Ариес написано в пользу Джоэла, и если она сейчас умрет, Корвины останутся ни с чем. Эта мысль не принесла мне облегчения. Элис медленно приходит к осознанию, что она — моя потерянная Дебби, и ей придется посмотреть в лицо факту, что Пиони и Фарли на самом деле ее похитители. Фарли же при этом вряд ли сознается и может стать реальной угрозой. И это не говоря уж о том, куда может завести его новая интрига.
Джоэл же продолжал.
— Главное наше первое беспокойство сейчас — это Коринтея. Все остальное может подождать. Ее нельзя оставлять одну в руках Крамптон и Диллоу. Мама, ты не останешься с ней ненадолго? У меня на сегодняшний вечер есть одно дело, которое я не могу отменить, но я постараюсь вернуться как можно скорее.
— Конечно, я останусь. И Дженни тоже будет здесь, она поможет мне… правда, дорогая?
Они оба посмотрели на меня.
— Я никуда не собираюсь, — сказала я. — Правда, не думаю, что мое присутствие подействует на миссис Ариес успокаивающе.
Лита очень странно на меня посмотрела, ее глаза внезапно раскрылись, а взгляд стал каким-то ищущим. Мне показалось, что она теперь смотрит не на меня, а на что-то за моей спиной, где-то далеко. У меня закололо в загривке, и единственное, что было в моих силах, это не оборачиваться. Наверное, она снова слышала свои… "голоса", и я не хотела знать, что они говорят ей.
— В этом доме что-то происходит, Дженни. Что-то нехорошее, нездоровое, чему нужно противостоять.
— Мама! — прервал ее Джоэл. — Прекрати это! Дженни и так достаточно перенервничала за сегодняшний день, так что не испытывай на нас свои потусторонние способности.
И снова я про себя поблагодарила его за здравомыслие.
— Я не могу повлиять на будущие события, — напомнила сыну Лита, но перестала смотреть мимо меня. Я и без нее знала, что в доме обитают недружелюбные силы и что Фарли Корвина стоит опасаться.
— Дай Крамптон перерыв, — предложил матери Джоэл, — Пойди, посиди с Коринтеей.
Но никто не успел уйти, поскольку в комнату торопливо вошел Фарли.
— Вы не видели мою жену? — требовательно поинтересовался он.
Фарли еще ни разу не встречался с Литой, и Джоэл коротко ее представил, а затем ответил:
— Я думал, она ушла прогуляться с вами.
— Так и было. Но у нас произошло разногласие, и она сбежала. Она в последнее время вся на нервах, как можно догадаться. — Он глянул в мою сторону, только усилив мое ощущение неловкости.
— Что расстроило вашу жену? — спросил Джоэл.
Фарли профессионально щелкнул пальцами, словно желая, чтобы вопрос растворился в воздухе.
— Все эти намеки и вызовы — и даже обвинения! Конечно, они смехотворны, но все равно действуют на нервы. Раз миссис Ариес сейчас заболела, нам придется немного подождать. Но не слишком долго, доктор Радбурн.