Между строк: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Малгожата,

позволю себе еще раз на минуту возвратиться к теме созревания и связанным с этим периодом завихрениям, нарушениям, дилеммам, разочарованиям и даже трагедиям, над которыми через десять лет — вероятно, а через двадцать лет наверняка можно будет только посмеяться. Есть у меня интересный повод.

Как тебе известно, я регулярно получаю мейлы от моих читателей (88 % из которых — читательницы, если быть точным). Сегодня, когда мои книги издаются за рубежом, не только от польских читателей. В последнее время в больших количествах из России и с Украины, но случаются также письма из Вьетнама. Все же по большей части это письма из Польши, и касаются они в основном «Одиночества в Сети», хотя книге уже семь лет и ее популярность по идее должна была бы потихоньку спадать. Тем не менее признаюсь, к моей радости, такого пока не происходит. В положенном семилетнем возрасте она пошла в школу. К счастью, не в начальную. Из приходящих ко мне по Интернету писем я узнаю, что ее обсуждают, анализируют под разными углами зрения — в том числе и как классический пример кича и графомании — в дипломах, а в последнее время даже и в выпускных сочинениях на аттестат зрелости. И подумать только, что уважаемый мною журналист и поэт Петр Братковский, работавший тогда, в сентябре 2001 года, в «Газете Выборчей», попенял мне в первой рецензии на «Одиночество в Сети», что в этой книге я, цитирую, «заигрываю с порнографией». Если он был прав, то теперь эта «порнография» попадает время от времени к выпускникам и выпускницам школ и к уважаемым членам экзаменационных комиссий. Кроме того, выясняется, что эту книгу читают такие молодые люди, у которых до выпускных экзаменов еще очень много времени и которым она вовсе не предназначалась. Тем, кто находится в апогее периода созревания. Именно поэтому я возвращаюсь к данной теме. Я приведу ниже мейл от девочки-подростка и воздержусь от каких бы то ни было комментариев. Я получил от нее согласие на публикацию ее письма (самого текста и адреса ее электронной почты). В противном случае я бы никогда не осмелился сделать это. Полагаю, раздумья шестнадцатилетней Дарьи бросают совершенно другой свет на то, что мы, взрослые, думаем о поколении, в котором бушуют гормоны…

Дорогой Пан ЯнуШок!

С тяжелым сердцем приходится об этом писать, но ВЫ — НИЗКИЙ ЧЕЛОВЕК. Не могу называть Вас по-другому с тех пор, как закончила читать «Одиночество в Сети»… То есть с сегодняшнего вечера. Еще вчера я считала Вас непререкаемым мастером. Моим мастером. Сегодня — когда я дочитала Вашу книгу — я поняла, что ошиблась в Вас. И дело не в отсутствии восторгов, переживаний во время чтения (этого-то как раз было больше чем достаточно, и за это я Вам благодарна), а в том, что Вы меня всю дорогу обнадеживали. И еще как!

Конкретно речь идет о Якубе. Поначалу он не вызвал во мне особых эмоций, ну мужик как мужик. Но когда я стала все пристальнее вчитываться в каждую главу, в каждую строчку, в каждое слово, сказанное Якубом, я просто была очарована им. Я в таком «влюбчивом» возрасте, что мне позволительно влюбиться в героя такого типа, даже если он плод воображения. Мне всего 16 лет. Худший возраст для впечатлительной и слегка неуравновешенной девушки. Я переживаю каждую из моих любовей более или менее трагично, но Вы только представьте себе, что на все эти минусики «шестнадцатилетней сумасбродки» накладывается еще Ваш роман. Драматичный. Полный чувств. Даже трагичный. Ну и этот Якуб. Он так отличается от тех парней, что окружают меня и которые представляются мне просто «детьми». Неразвитыми идиотами. Обезьянами! И я (в этом возрасте) должна испытать с одним из них свою «первую любовь»?! Да возможно ли такое вообще, если я просто очарована мужчиной, которого не существует? И который, вероятнее всего, никогда не существовал и не будет существовать, а я ставлю его как образец «того единственного»?

Мои подружки (если теперь смотреть с этой перспективы) очень счастливы. Они не читают книг. Они не читают ВАШИХ КНИГ! У каждой из них есть свой (по крайней мере один) «котик», с которым они уже «отныне и навеки»… Они восхищаются его умом, нежностью, чувственностью и силой… А кто эти парни по сравнению с Якубом? С этим самым умным… Самым чувственным… Думаю, только Якуб мог бы стать моим «единственным», с которым я хотела бы смеяться, разговаривать на любую тему, который был бы для меня лучше всех других… Надеюсь, Вы понимаете, почему я посчитала это подлостью? Просто я поняла, что никого подобного я никогда в жизни не найду. Что мне придется в будущем довольствоваться мужем, который не будет понимать меня, который не станет заботиться обо мне, с которым я буду вынуждена делить ложе, потому что просто так принято.

Я понимаю, что это звучит очень смешно, если принять во внимание мой возраст… И я очень перед Вами извиняюсь, что увеличиваю число Ваших мимических морщин по причине смеха от чтения моего письма, но мне очень нужно кому-нибудь поплакаться, и я знаю, что Вы, как создатель этого божественного и неповторимого самца, хотя бы отчасти поймете меня. Во всяком случае питаю такую надежду.

Очень, очень, очень разочарованная читательница Дарья.

P. S. В общем-то, я не считаю, что Вы такой уж низкий или подлый. Может, немного непредусмотрительный… Откуда Вам было знать, что какая-то неопытная девочка-подросток прочтет Вашу книгу? Горячий привет:-)

(darysia1@buziaczek.pl)

С улыбкой и глубокими мимическими морщинами

привет посылает

ЯЛ, Франкфурт-на-Майне

P. S. На память пришла одна интересная деталь. Помню, что во время одного телевизионного слушания (потому что это не было интервью), которое три года назад проводили для TVN Казимера Щука и некий неразговорчивый профессор, я столкнулся с аналогичным обвинением. И по мнению Дарьи, и по мнению Казимеры, в моих книгах из меня выходит «подлость» (Щука так этого не назвала, но смысл именно такой), потому что я преднамеренно обманываю «бедных женщин», маня их миражами несуществующих мужчин, и, следовательно, обрекаю их на напрасные потери и разочарования. Это дает мне много материала для размышления. Если две женщины, одна из которых могла бы быть матерью другой, говорят то же самое, то в этом что-то есть. Может быть, это просто моя незрелость. А может, опоздавшая реализация — на страницах книги — неосуществившейся мечты о мужчине, которым я сам хотел бы быть и которому я и в подметки не гожусь? Может…

С другой стороны, мне интересно, а как созревала Казимера Щука…

Варшава, вечер

Дорогой пан Янушок!

Ваша юная читательница поняла то, до чего порой не могут додуматься взрослые женщины. Тем самым портя себе жизнь. Стало быть, Вы, пан Януш, создали литературный образ: мужчину, о котором мечтают женщины, но которого не существует. В нем есть что-то от Джеймса Дина, а это значит, что он никогда не постареет. Он не будет разбрасывать носки, не станет спрашивать любимую женщину, почему в холодильнике пять банок с горчицей, и никогда не превратится в скучного мужика, сидящего у телевизора с газетой. Он особенный, и его особенность заключается в том, что он появляется и исчезает. Некоторые женщины всю свою жизнь ждут и мечтают о каком-то призраке, которым в наше время, пожалуй, является метросексуал. Как твой Якуб. Чувственный и бескомпромиссный, романтичный и сексуальный. Он любит и не изменяет. Дома появляется не каждый день, в праздники — еще реже. У него есть увлечения, но с утра до ночи его мысли занимает только она. Он впечатлительный и потрясающе мужественный. Только с таким может возникнуть вечная любовь, но, по правде говоря, он не сможет ей всецело отдаться. Он исчезнет, прежде чем их затянет повседневность. Исключения подтверждают правила. И еще одно, пан Януш. Среди читателей «Одиночества в Сети» много молодых мужчин, и, что интересно, они вовсе не мечтают о женщинах, похожих на героиню Вашей книги, но хотя бы на какое-то время хотели бы стать таким мужчиной, как Якуб. На какое-то время, потому что, как ты утверждаешь, неземное чувство длится не более четырех лет и нескольких месяцев. Но чтобы не разочаровать твою читательницу, сообщаю оптимистичную новость: не одна счастливица встретит Якуба, который, как метеор, пронесется через ее жизнь. Будет и на ее улице праздник. А тот парень, что лежит рядом? Да что с него взять?..

С уважением,

М.

P. S. Задам тебе вопрос, а ты, если не хочешь, не отвечай. Ты сам не хотел бы быть Якубом?

Франкфурт-на-Майне, пятница, ночь

Малгося,

сегодня вечером я был в библиотеке. В моей библиотеке. В определенном смысле теперь уже и нашей. В той самой, в которой я провел больше всего времени ради одной женщины. И эта женщина ты. Помнишь мою исповедь?[26]

В библиотеке, рядом с раздевалкой, есть маленькая итальянская кафешка, в которой я взбадриваю себя с помощью кофе, когда мне надоедает чтение. Кроме того, там есть беспроводной Интернет, что страшно удобно, когда данные из Сети я немедленно хочу дополнить информацией из книг и из журналов читального зала. Но сегодня, как мне кажется, я в этом кафе расширил свое знание на тему женщин. Я пил кофе и наблюдал за двумя парами. Практически рядом со мною — всего через два столика — сидела привлекательная брюнетка лет тридцати, к которой потом подсел мужчина, не сильно моложе меня. Должно быть, они были знакомы, потому что в Германии редко подсаживаются к незнакомцам в кафе и ресторанах. Если только это не «Макдоналдс» или что-то в этом духе (только через силу нечто подобное смогу назвать «рестораном»).

Я смотрел на них. В очередной раз начиналась вечная напряженная эротическая игра между женщиной и мужчиной. Она, поначалу серьезная и отстраненная, исподволь начинает разговор. Я не слышу, о чем они разговаривают. Я только наблюдаю за ними. Через несколько минут она перестает отрывать голову от газеты. Потом она складывает газету и прячет ее в сумку, что стоит на полу рядом со столиком. Потом она выпрямляется на стуле и начинает смотреть в глаза мужчине. Слегка поправляет прическу. Все чаще улыбается ему. Начинает облизывать губы, касается пальцами щеки. Мужчина ставит локти на стол, а голову кладет на ладони. Наклоняется к женщине. Делает вид, что хочет получше уловить запах ее духов или отчетливее расслышать ее шепот. Женщина отодвигается на краешек стула. Инстинктивно, но не без удовольствия. Начинает играть прядкой волос. Я вижу, как она поправляет сзади кашемировый свитерок с вырезом на труди. Потом она пододвигается к столику. Они сидят, оба — локти на столе, и смотрят друг на друга. Она осторожно — я это отлично вижу — пододвигает свои ноги к нему поближе, но так, чтобы случайно не задеть его. Еще не время. Таковы правила этой вечной игры…

Но в один прекрасный день в жизни женщины эта игра заканчивается. Мужчины выпадают из этой игры. Теряют интерес. Как и тот клиент, тоже не слишком моложе меня, что сидит в кафе библиотеки за другим столиком с женщиной в моем возрасте. За этим столиком нет никакой игры, и я допускаю, что там нет того напряжения и тех искр. А есть обычный, спокойный разговор зрелого мужчины с женщиной в постклимактерическом периоде в итальянском кафе немецкой библиотеки.

Я сопоставил с этими наблюдениями тексты интервью, которые недавно дала известная в Германии тележурналистка Петра Герстер, много лет читающая новости на государственном телеканале ZDF (аналог польского TVP-2). Исключительно привлекательная женщина за пятьдесят. В постклимактерическом периоде, как сама призналась. А еще она сказала, что в ее жизни после менопаузы все нормально, что она счастлива со своим мужем, что на работе все прекрасно, Но все как-то по-другому. И что для нее это новое ощущение. Она совершенно искренне и без обиняков рассказала о том, что многие женщины в ее возрасте наверняка заметили, но о чем предпочитают помалкивать. Мужчины смотрят на нее, но, в сущности, в определенном смысле не замечают ее. Как будто она надела себе на голову некую эротическую шапку-невидимку. На нее смотрят не как на женщину, ног которой хотелось бы случайно коснуться под столом, допустим, в кафе при библиотеке. В смысле эротики она становится для мужчин как бы прозрачной. Она признается, что даже если секс в ее теперешней жизни не играет никакой роли, то такое отношение все равно обескураживает. Женщины после менопаузы, даже если их зовут не Тина Тернер или Орнелла Мути, тоже хотят, чтобы их желали. И если они не чувствуют этого, то это… то это новый жизненный опыт. Культ молодости в СМИ приводит к тому, что женщины в ее возрасте не имеют шансов возбудить в мужчинах любовную страсть (работая на телевидении многие годы, Петра Герстер знает, о чем говорит). Большинство из них рекламируют средства от ревматизма, жидкости для полоскания зубных протезов или таблетки против остеопороза. Фирма «Dove», открывшая красоту зрелых женщин, здесь представляет абсолютное исключение. И наверняка поэтому — для большинства женщин и мужчин — столь маловероятное.

Такие мысли пришли мне в голову в «нашей» библиотеке во Франкфурте…

[26] См. «188 дней и ночей».