Теплый мир: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

За время их похода Эля порядком подрастеряла свой запал. Теперь она уже не была так уверена, что ее задумка сработает. Укладываясь в чужую, холодную постель незнакомого дома, жители которого, видимо, давно пополнили ряды Предрассветного Часа, она никак не могла отделаться от охватившего ее вдруг волнения и дурного предчувствия. Когда-то давно она уже испытывала нечто подобное, когда-то, когда думала, что кроме Леса ничего и нет-то на свете. Но сейчас она вновь все списала на расшалившиеся нервы и волнение из-за того, что скоро наступит решающий момент. Провалившись в серое забытье, которое заменяло теперь всем жителям Городов сон, Эля окончательно погрузилась в пучину своих страхов и переживаний…

… Она подумала, что видит сон, не придав значения тому, что снов здесь уже давно никто не видит. Причем сон этот был для нее не нов. Она просто неожиданно осознала, что идет по пустынным улицам Ерихграда. Идет без цели и направления. Серые дома проплывают равнодушно мимо на фоне такого же неба. Вдруг ее словно кто-то задел, она оглянулась, но никого не заметила. Потом еще, и еще раз. И вот девушка словно прозрела, увидев, наконец-то призрачных жителей города. Уже знакомый холодок пробежал по всему телу, такой же, как в первый раз, когда перед ней предстало подобное зрелище. Но здесь их было не просто много — все буквально кишело призраками. Призраками живыми и мертвыми. И отличить, кто из них кто было сложно. Белянка чувствовала, как некоторые проходят сквозь нее, когда другие слепо наталкиваются и обходят стороной. Стало трудно думать и дышать. Вскоре она осознала, что сама она — лишь очередной призрак в этом бесконечном море. Ей было страшно и одиноко. И стало как-то до странности безразлично все, что происходит вокруг. И теперь она полностью вспомнила свой Каменский сон. Сон в котором она сама была тенью…

… И было от этого не по себе. Но при этом как-то до странности все равно. И вдруг где-то далеко-далеко впереди блеснул осколок голубого неба, разрезав на мгновение пыльный туман. Блеснул и угас. Будто не было. Растворился. Оставив в сердце щемящее чувство того, что она знает эту тень. Знает! Но уже успела забыть…

Прежде чем, пришло осознание того, что же это за тень, она перехватила какой-то взгляд. Пепельно-пенный, стальной, как серые облака в непогоду над верхушками сосен. Точно такими они были в день, когда Рокот… и тут же в голову пришла мысль — "стынущие". Вот и теперь глаза этой тени, которая безучастно сидела в стороне от всеобщей вялой толкотни, показались Белянке знакомыми до боли и такими же стынущими, словно жизнь еще не до конца покинула их хозяина. Но в том, что она уже давно должна была покинуть, девушка почему-то не сомневалась. Ноги сами понесли ее к этой тени, руки сами попытались коснуться его руки, но безуспешно, пальцы ощутили лишь ледяной камень дороги. И тут ее глаза обожгли слезы, идущие откуда-то из самой глубины. Это были не просто слезы — они были горячее крови и горше полыни. Она узнала, она поняла — это он! Сердце билось с такой силой, что Белянка в серьез испугалась — не выскочит ли?

— Стрелок! — все еще не до конца веря, произнесла она.

Он, казалось, совсем не обращал на нее внимания. Белянка устало опустилась, рядом облокотившись о стену дома. Живой или мертвый, наяву или во сне — не важно, он был рядом. И она могла протянуть руку и попытаться его коснуться, но рука упрямо падала на мостовую. Но это он. Однозначно он. Девушка все четче угадывала очертания его волос, прямой нос и чуть насмешливые губы. Она видела его руки, некогда шершавые и такие теплые, сильные, но нежные. Горячие слезы, не переставая, текли по ее щекам. Белянка съежилась рядом и продолжала смотреть в его глаза.

— Я тут скучала, — прошептала она, глотая слезы. — Мне было одиноко, а ты все никак не приходил и не приходил. Я же тогда сожгла деревню, очень скоро после того, как ты ушел. Но все выжили, не волнуйся. Ловкий теперь твое место занял — стал Отцом Деревни нашей. У них с Лаской сын родился. Олененком назвали, — ее голос робко звучал, наивно пробиваясь сквозь слезы. Она верила, что он ее обязательно слышит. Верила и продолжала рассказывать, про свои сны и страхи, про Каменку и Стела, про Крона, Шелла, Рокота, Теренима, Мали, Лессу, Ериха, Горца. — Ты — мой самый близкий и родной человек. Мне так плохо без тебя. Зачем ты оставил меня совсем одну? Они все ждут, что я их спасу. А я же не знаю как! Помоги мне! Обними меня! Я так скучала! Ведь прошло уже больше шести Лет! — сейчас она вновь чувствовала себя той маленькой, глупой девочкой, ученицей Ведуньи.

Слезы продолжали литься нескончаемым потоком, а в его молчаливом взгляде она увидела искру понимания и сочувствия, но он упрямо молчал! Хотя Белянка знала, что он слышит! Но почему он молчал? Что, она зря все это время помнила его? Зря верила и ждала их обещанной встречи? Она в очередной раз попыталась коснуться его ладони и… почувствовала знакомое тепло родных рук. Девушка подняла на него глаза, полные надежды:

— Ты вернулся? Ты здесь? Мы будем жить? — она радостно кинулась в его объятия.

— Нет, — ответил он, его голос прозвучал странно как после долгого молчания, очень долгого.

— Почему? — Белянка не хотела слышать больше ничего плохого.

Что может случиться, когда он здесь, рядом, держит ее за руку? Всем горестям и тревогам больше нет места! Она дошла, она заслужила это счастье! Он поможет ей освободить всех, замкнуть круг! Ведь в их руках сила более древняя, чем сам Теплый мир! Сила, которая сильнее смерти и страха — Любовь! Как же она сразу не догадалась?

— Стрелок, — она провела рукой по его волосам. — Вот мы и встретились.

В ее голосе читалась вся сила сдерживаемых чувств, все, что копилось долгие годы. Теперь все закончилось.

— Беляночка, — произнес он, и хриплый голос дрогнул. — Меня нет. Совсем. Это не я вернулся. Это ты пришла. Но ты еще жива. Тебе нельзя говорить со мной. Я не могу тебе помочь. Прошу, ради меня, ради Теплого мира, ради нашей Деревни — встань, отойди, отпусти! Мы встретимся, обязательно. Но не сейчас. Я — всего лишь тень, всего лишь пыль. И в Предрассветном часе меня держат твои слезы, твоя Любовь. И моя Любовь тоже. Я не забуду тебя, никогда. Мы встретимся, если ты сможешь сейчас спасти наш мир. Ты. Именно ты. Одна. Без чьей-либо помощи. Понимаешь? Я не могу тебе помочь. Меня нет.

Его пепельно-пенные глаза наполнились слезами. Это был он. И он был мертв. Но он все помнил и не разучился чувствовать. Белянка долго на него смотрела, сумасшедший блеск ее глаз смешивался со слезами. Она не хотела слышать и понимать его слова.

— Нет! — закричала она и бросилась в его объятия. — Я тебя чувствую. Это ты. Ты здесь. Мне ничего больше не надо! Слышишь? Ничего! Я останусь с тобой! Беляночкой меня называла только мама и ты…

Стрелок не выдержал и крепко ее прижал к себе. Ее горячие слезы капали на его призрачную грудь, а он продолжал, как заклинание повторять:

— Уйди! Меня нет! Уйди!

А она его не слышала, прижимаясь мокрой щекой к его шершавой ладони. И ей было наплевать на все вокруг. Жизнь без него ей не нужна. Если он здесь, то и она останется здесь, вечно сидеть в призрачном потоке на холодной мостовой…

Неизвестно, сколько прошло времени. Стел и Лесса безуспешно пытались найти Элю. Они обшарили все улицы Ерихграда, все закоулки и подворотни — ничего. Повстанцев начала охватывать паника. Здесь, в опасной близости от Всадников и Магов, они совершенно не знали что делать. С пропажей Эли запал куда-то ушел. Они растерялись.

Стел не знал, где ее искать. Он еще сильнее сжимал и без того побелевшие костяшки пальцев, он заглядывал во все окна и двери, но никак не мог ее найти. Вдруг он услышал странный голос. Голос казался полупрозрачным:

— Я знаю, где она…

— Кто это сказал? — но еще до того, как его глаза различили полупрозрачную тень, он узнал Шелла. — Шелл…

— Я… — тень слегка колыхнулась. — Ты же знаешь, что я всегда любил ее. И я могу найти ее где угодно. Она у края Дворцовой площади. Сидит в обнимку с какой-то тенью, которая уже не первое Лето мается в Предрассветном Часе. Думаю, это из-за него она никогда не обращала на меня внимания. Но она там…

Стелу показалось, что Шелл вздохнул.

— А ты знаешь, что она вернулась в Города ради тебя? Она узнала, что ты погиб, и…

— Жаль поздно… Но если она сможет помочь вам, оставшимся — я буду рад. Я готов уйти совсем, — тень медленно поплыла к Дворцовой Площади. Стел поспешил за ним.

— Эля! — услышала она слабый голос, словно пробивающийся к ней сквозь густую толщу облаков.

— Кто меня зовет? — подняла она посеревшее лицо от плеча Стрелка, который безучастно гладил ее пушистые волосы, еле слышно повторяя: "Иди…"