Теплый мир: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Эля радостно села.

Одна женщина пристально на нее посмотрела, потом сказала:

— Эти сны видят многие. Я склонна думать, что даже все. Но просто не все признаются в этом. Храмы запрещают. Есть сторонники того, что это Теплый мир намекает нам, что, мол, все идет не правильно! Он показывает нам, каким все было на заре этого мира! Чтобы опомнились и изменились.

— Но ты же так не считаешь, милая? — возмущенно спросила вторая женщина, что была постарше.

— Нет, — хитро улыбнулась первая. — Тех, кто кричит об этом на каждой площади, сажают в темницу. А особо рьяных даже сжигают. Служители Единого считают их язычниками, которые не хотят верить в бессмертную душу, а думают, что смерти и вовсе нет! — ее глаза расширились. — Единый не даст им вечной жизни и Вечных Сумерек, где нет земных боли и радости, а лишь покой как вознаграждение за вечные тяготы жизни.

— И это они виноваты, что Единый гневается на всех. Из-за них он шлет нам неприятности одну за другой! Они же не ходят в Храмы! — подтвердила вторая женщина.

— Но сны эти столь радужны, что нам трудно поверить, будто их шлет кто-то со злым умыслом. Они разбавляют нашу серую жизнь, обещая счастье, — заключила первая.

И осталось непонятно, какой же точки зрения придерживается она.

— Эля, ты идешь? — раздался с улицы голос Шелла.

— Извините, мне пора. Было очень интересно пообщаться. Побольше вам таких снов! — вырвалось у Белянки, но она тут же прикусила язык — непростительная оплошность в этом мире, где царят храмы и Ерих.

Услышав вдогонку подозрительный вопрос женщины, что была постарше:

— А ты сама-то ходишь в Храмы, степнячка?

— Конечно! — смиренно склонила голову Эля, проклиная себя за свой непослушный язык.

Выбегая уже из трактира, она слышала недовольный ропот за спиной.

Пока мужчины седлали лошадей и паковали вещи, Эля вышла за околицу трактира. На пыльной брусчатке сидели дети и играли в какую-то незамысловатую игру с палочками и камешками. Маленькие такие дети, успели они встретить не больше пяти-шести Лет. Рыжая девочка со спутанными кучерявыми волосами вдруг резко бросила оставшиеся в руках камушки и топнула ножкой. Остальные дети засмеялись. Видимо, девочка проиграла и была крайне этим обстоятельством недовольна. Один особо задиристый мальчуган встал и подошел к ней. Она стукнула его кулачком по плечу. Мальчишка дал сдачи. Завязалась смешная потасовка. Эля даже чуть улыбнулась и уже собиралась вернуться к лошадям, как вдруг услышала детский плач. Обернувшись, она обнаружила рыжую девчушку со здоровенной ссадиной на коленке, которая сидела на дороге и ревела. Остальные дети убегали от нее вдоль по улице. Эле стало жаль капризную девочку, и она присела рядом с ней на корточки:

— Ты чего ревешь? — улыбнулась она.

— Боли-ино… — протянула на своем детском языке девочка.

— Зачем же ты его бить начала? — Эля погладила ее по спутанным рыжим волосам.

— А чего он нечестно, а-а? — всхлипнула она в ответ. — Он всегда не поправила-ам! И всегда болино дерется-я!

Эле стало искренне жаль девочку:

— А ты не играйся с ним! Водись с теми, кто честно играет и маленьких не обижает!

— Я не маленькая! — рыжая растерла слезы по щеке грязной рукой, от чего стала умильно-чумазая.

Девушка захотела помочь ребенку и постараться залечить ссадину. Она расположила ладонь на небольшом расстоянии от ранки и сосредоточилась. Это же было просто. Они сотни раз проделывали это с Шеллом в Каменке. Нужно пропустить тепло через себя и сфокусировать его в том месте, где находится болячка. Получив подпитку, организм все заживляет сам. Быстро-быстро. Ему же куда лучше знать, что и как должно быть. Маг лишь чуть-чуть помогает ему, ускоряя процесс. Это же так просто. Но почему-то у Эли ничего не получалось. Просто пропустить через себя тепло и… только вот в чем вопрос, где же это тепло взять? Девушка вдруг ощутила, что здесь нет ничего, что могла бы дать ей силу. Здесь нет деревьев и нет ветров, нет реки и нет камней, здесь даже сырой земли, полной жизни, и той нет. Точнее она-то есть, но она закрыта толстым слоем мертвой брусчатки и пыли. Здесь все сотворенное людьми. А солнце загораживают серые облака. Но помочь девочке хотелось. Эля отдала ей своего тепла, и ранка живо затянулась. Девушка почувствовала усталость и одновременно с этим удовлетворение. И только тут она обратила внимание на удивленно-расширенные глаза с коричневыми ресницами и конопатый вздернутый нос, которые пристально на нее уставились:

— Ты волшебница? — только и смогла произнести девчушка.

— Так, немножко, — Эля еще раз потрепала ее по волосам.

— Так ведь только мальчишек учат! — глаза рыжей загорелись. — Где ты научилась! Я тоже хочу!

Тут Эля поняла, что только что совершила глупость.

— А я не училась, я сама умела! Ладно, беги, играй! И больше не дерись! — с этими словами она поставила девочку на ноги.

Рыжая еще секунду на нее посмотрела, а потом убежала. А Эля вернулась к лошадям, пытаясь понять, как же эти городские маги колдуют.

Оказалось, что Города — это много небольших городков, которые отделены друг от друга участками земли, используемой под посевы и сады. Стоя на окраине одного города, можно было увидеть начало другого. Но у каждого — свое название, свой управляющий и свои особенности. За этот день они проехали ни один город. Эля практически ничего не запоминала в этом пестром потоке лиц и названий, каменных строений и деревянных крыш, имен и историй. А Стел все продолжал что-то говорить, показывать, вспоминать. Эля понимала, что это целый мир, со своими проблемами и радостями, несчастьями и победами. Но почему-то плохого она видела все больше и больше. А все хорошее затерялось в солнечных историях Стела, повествующих о прошлых временах, когда мостовые были новые, а дерево на крышах еще не посерело от времени. Когда горожане только лишь покинули Степи, и, правда, смутно, но все же помнили про Лес. Теперь же большинство из них не видели дальше своего носа. Они были загнанны, заняты своими заботами и проблемами. Эле казалось, что они порой даже не замечают, что умеют дышать, что они не помнят, как это улыбаться. Крайне мало встречалось людей, которые бы шли куда-то вместе — каждый сам по себе. Может, здесь жизнь такая тяжелая? И серые лица, серые глаза, в тон пыльным мостовым, да серое небо. Даже день от ночи отличить трудно. Вечные сумерки. Элю словно прострелило, когда она заметила, как про себя называет время суток, полноправно царившее здесь. Вечные сумерки. Она даже помотала головой, чтобы отогнать ужасные ассоциации. Нет, это Теплый мир. Живой мир! Она заставляла себя в это поверить.