— Что ищем?
Беатрис заглядывала Пабло через плечо. Монитор источал голубоватое сияние, превращавшее бледное напряженное лицо напарницы в застывшую маску.
— Я опасаюсь, что он хранит нужную информацию не на жестком диске. Что, если она лежит на каком-нибудь сервере, подвешенном к локальной сети? Как я понимаю, эта рухлядь только воспроизводит местные архивы?
Пабло согласно качнул головой.
— Поиск на сервере займет время, — предупредил он.
— Не обязательно, — возразила Беатрис. — Если он ведет запись, она должны быть под рукой. Другой вариант — зайди в текстовый редактор и посмотри, с какими файлами он недавно работал. Если ты откроешь папку «недавние документы» в…
— Я знаю, как это делается, — проворчал Пабло.
Поразительно, как легко они подобрали пароль доступа к компьютерной сети дель Кампо. С третьей попытки, безуспешно испробовав вариации имени и фамилии знаменитого итальянского поэта, Беатрис нашла ключ, с помощью которого они преодолели установленную защиту.
— Хорошо. Просто отлично. Ты права, — зашептал Пабло. — Его ежедневник в сети. Возможно, чтобы секретарша тоже могла им воспользоваться. Я его в момент перекачаю. Кстати, как ты догадалась, какой введен пароль?
— Женская интуиция. Возлюбленную Данте звали Beatrice.
Младший инспектор бросила тревожный взгляд в сторону темной приемной за приоткрытой дверью. Прошло уже много времени, и судьба не может улыбаться им вечно. Каждую минуту она боялась увидеть на пороге кабинета мужскую фигуру или услышать, как ключ поворачивается в замке массивной входной двери.
— Пабло, поторопись. Я начинаю нервничать.
— Не волнуйся, детка. И у меня поджилки трясутся.
В двух кварталах от дома несколько человек не выпускали парадное из поля зрения. Морантес, сидя в машине, припаркованной у дальнего конца тротуара, в сотый раз посмотрел на свой хронометр. «Выходи же, Беа, уже давно пора». Так дела не делаются: по регламенту в операциях подобного рода участвуют не меньше пятнадцати агентов. Одна группа проводит обыск, другая занимает посты на всех углах, контролируя обстановку, а третья пасет фигуранта. Только в американских сериалах полицейских могут захватить врасплох на месте преступления. Но, черт возьми, сегодня они запросто попадутся.
Он опять уставился на часы. Всецело поглощенный ожиданием, он утратил бдительность и не заметил тень, подкравшуюся сзади.
На некотором расстоянии, из глубины темного портала, еще одна пара глаз пристально следила за агентом НРЦ и подъездом, в котором скрылись два других чудака. Маленький тщедушный человечек в обносках вытянул шею, стараясь не высовываться из безопасного укрытия, окинул цепким взглядом улицу, снова повернулся к стоявшей машине и вздрогнул. «Аллах Акбар!» Он заморгал и выругался на арабском себе под нос. Растворившись в сумраке, человечек вынул из кармана мобильный и набрал номер.
— Шеф. Эта я. — Он выслушал ответ и нетерпеливо прищелкнул языком. — Омар. Звершилаз воля Бога.
— Скачалось?
Пабло неуловимо-стремительным движением нажал несколько клавиш и с облегчением вздохнул.
— Готово.
— Мы все загрузили?
— Думаю, да, — ответил он, выключая компьютер и отсоединяя флешку. Поставив на стол синюю сумку, он убрал накопитель и цифровую фотокамеру. Напарники поторопились к выходу; задержавшись ненадолго около короба сигнализации, они возвратили ее в первоначальное состояние, повторив всю процедуру в обратном порядке. В последний момент, прежде чем восстановить электроцепь, Пабло посмотрел на Беатрис.
— Надеюсь, она сейчас не заголосит.
— Не важно. Давай.
Полицейские без труда поставили проводки на место и открыли входную дверь, как и раньше, соблюдая все меры предосторожности. Они сбежали по лестнице вниз, забрали аппарат, подключенный к телефонному распределителю, и из холла парадного Беатрис вызвала Морантеса.
Ответа не последовало.
— Ну же, Морантес. Мы можем выходить?
— Что случилось? — спросил Пабло.
Беатрис нахмурилась.
— Морантес, ответь, — настойчиво повторила она.