— Нам лучше не ходить вокруг да около. Мы хотим пробраться в частную консультацию дель Кампо и просмотреть файлы в его компьютере, — признался Себаштиану.
Морантес изучающе посмотрел на обоих.
— И что вы рассчитываете найти?
— Имя, — пояснил Португалец. — Имя следующего убийцы. И оно должно быть там, в его файлах. Можно подумать, ты сам этого не хочешь.
Установилось молчание: каждый из присутствующих обдумывал предложение, выдвинутое Себаштиану.
— Без судебного постановления?! — воскликнул Пабло, вскинув руки. — По-моему, от удара по голове ты слегка тронулся рассудком, Себаштиану.
— Пабло! — укоризненно одернула его Беатрис.
— Какого черта, Беа? Знаешь, какой скандал разгорится?
— Какие у нас еще варианты? — вмешался Себаштиану. — Сидеть сложа руки и ждать, когда Каин совершит восьмое преступление. А в перспективе еще и девятое. А потом?
— Мы сделаем это в любом случае, — заверила Беатрис. — Мы посадим голубчика за решетку, даже если придется копаться в корзине с его грязным бельем. Помощь НРЦ была бы очень кстати.
Морантес усмехнулся с иронией:
— Рассчитывай только на меня, старого.
— А ты, Пабло, что скажешь? — спросила Беатрис.
Пабло засопел и откинулся на спинку кресла. Он положил руку на затылок и запрокинул голову так, что захрустели позвонки. Уже несколько дней от напряжения у него ломило шею.
— Еще два убийства, и он исчезнет навсегда, — предостерег Себаштиану.
Пабло изобразил смирение.
— Опрометчивый шаг, вот что я думаю. Но стоит попробовать, — выдал он наконец.
Вытащив пачку сигарет из пиджака, Пабло закурил.
— И не пытайся мне запретить, — предупредил он, глядя на Беатрис.
— Итак, если мы договорились… — подвел черту Морантес, посматривая на часы. Потянувшись, он взял трубку и шагнул к Себаштиану. — Пункт первый: звони дель Кампо. Он уже должен был проснуться.
— Дерьмо, — выразил свое отношение Пабло.
ГЛАВА 5
17 апреля, среда
Морантес нажал кнопку отбоя на мобильном и повернулся к человеку, одетому в дешевый ультрамариновый костюм и вязаную шапочку, прикрывавшую лысину (шапочку в качестве узора окаймлял билет национальной лотереи), озабоченно смотревшему на него.
— Подъезжает, — сказал ему Морантес. — Темно-синий «мерседес», за рулем пожилой человек. Все ясно?
Мимо продефилировали две фигуристые блондинки восточноевропейского типа, труженицы салона интимных услуг за углом, причем весьма дорогого. Тип в вязаной шапочке, работавший парковщиком в баре «Хосе Луис» на улице Серрано, с жадностью следил за каждым их шагом, оценивая наряды и высоченные каблуки.
— Мамочки, какие куколки! — воскликнул он громко, не скрывая вожделения, удовлетворить которое он не надеялся из-за ограниченных финансовых возможностей.
— Мариано, черт подери. Может, все-таки перестанешь отвлекаться, — рявкнул Морантес.
Парковщик обратил лицо к Морантесу. Ему было за шестьдесят, если судьба обошлась с ним милостиво, или пятьдесят, если жизнь его не щадила, да и ростом он не вышел. Он расплылся в мечтательной беззубой улыбке.
— Эх, вот пощупать бы этих телочек. Будь я помоложе…