Девятый круг: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Побеседовав с молодой женщиной, Себаштиану разыскал дежурную аптеку и купил герметично закрывавшийся пластиковый пакетик, чтобы сохранить, не повредив, осколок стекла, подобранный на стоянке у казино. Он предпочитал передать ампулу лично Морантесу, а не младшему инспектору Пуэрто.

Профессор взял такси и поехал домой, планируя сразу приступить к чтению отчетов. Время поджимало, и следовало браться за дело засучив рукава.

Открыв папку, он прежде всего обнаружил визитную карточку Беатрис Пуэрто, младшего инспектора полиции. Черт побери, несмотря на строгость и жесткие манеры, она была необычайно хороша. И Себаштиану решительно не мог представить ее в роли полицейского, который неутомимо преследует преступника с пистолетом наперевес. С другой стороны, сеньорита Пуэрто, похоже, знала себе цену. Или она сеньора?

За визитной карточкой последовали выдержки из полицейских протоколов.

До сих пор вопросов не возникало. Себаштиану разыскал маленький блокнот и занес в него основные данные: занимаясь расследованием, он имел обыкновение делать для себя пометки и записи на бумаге. На месте преступления собралось в обшей сложности десять человек, не считая трех сотрудников САМУР. «Слишком много», — подумал он. Добросовестный сыщик всегда озабочен тем, чтобы на месте происшествия не наследили, не повредили или уничтожили улики.

Себаштиану перевернул страницу и вынул заключение судебных медиков. К нему прилагались фототаблицы, отснятые технической бригадой, — жуткие изображения, к которым Португалец, к несчастью, успел привыкнуть. Техники представили панорамные и узловые снимки, сделанные с разных точек. На некоторых было зафиксировано положение тела убитого и нанесенные ему увечья: Хуан Аласена, в наручниках, лежал, скорчившись на песке. Обритую наголо голову покрывала корка спекшейся крови и засохшей грязи с торчащими клочками волос, придавая несчастному устрашающий вид. В открытых глазах с застывшими зрачками отражался ужас. Себаштиану представил себе всю сцену с пугающей ясностью. Хуан, распростертый на земле, беспомощный, со связанными руками, пытался втянуть убийцу в разговор, силясь понять причину происходящего. Возможно, осознав под конец, какая участь его ждет, он взмолился о пощаде. Словно кадры ускоренной съемки, перед глазами Себаштиану замелькали картины избиения его бедного друга камнями. Он встряхнул головой, прогоняя душераздирающее видение.

В папке находились и другие фотографии, сделанные позднее, на вскрытии. Их Себаштиану просмотрел мельком. Эти снимки ни о чем ему не говорили. Далее он нашел краткий отчет экспертов, работавших на месте преступления. В заключении, или по крайней мере в самой важной его части, сообщалось:

Себаштиану обратился к комплекту фотографий и перебирал их, пока ему не подвернулись снимки со стоянки у казино.

Фотографии сделали в пятницу, но на них отражалась та же картина, какую он видел сегодня воочию. Профессор вновь посетовал на неаккуратность полицейского, устанавливавшего запрещающие знаки, и вспомнил, что собирался позвонить Морантесу, чтобы уведомить о своей находке.

Португалец продолжил изучение протоколов, вчитываясь в каждое слово: преступник вывез жертву на пустырь в большой машине темного цвета; Хуана тащили волоком не меньше двадцати метров до места, где его забили камнями; около трупа обнаружили следы ботинок предположительно 42-го размера (однозначно не принадлежали Хуану Аласене); кровь, забрызгавшая все вокруг, относилась к нулевой группе с положительным резусом (соответствует группе крови Хуана); в радиусе двух метров найдено несколько выбитых зубов Хуана, что свидетельствует о жестокости ударов; полицейские эксперты идентифицировали микрочастицы полимера (возможно, резиновых перчаток), оставшиеся на камнях, послуживших орудием убийства.

Примерно в метре от трупа в пластиковом пакетике вместе с горсткой фишек из казино лежало письмо, отпечатанное на принтере. Текст был набран шрифтом «курьер» размером в двенадцать пунктов.

Подобного поворота событий Себаштиану не ожидал. Убийца оставил записку. И что она означает? Может, речь о человеке, жаждущем искоренить грех? Он и в самом деле сумасшедший мститель? Или, наоборот, он подбросил фальшивую улику, чтобы сбить охотников со следа? Себаштиану стал читать дальше:

В двух метрах от тела жертвы были обнаружены выделения со следами солей аммония в концентрации, характерной для мочи человека. Лабораторное исследование пробы показало ее генетическое несоответствие образцу ДНК Хуана. Похоже, убийца не сумел дотерпеть до более укромного местечка. Себаштиану поискал среди актов экспертизы данные радиоиммунологического анализа мочи, который позволял определить, принимал ли убийца инсулин. Утренняя находка осколка ампулы наводила на подобную мысль. Но нужного заключения в деле не оказалось. Должно быть, прошло еще слишком мало времени, и в лаборатории не успели обработать всю информацию. Впрочем, эксперты ведь до сих пор ничего не знали об инсулине. Португалец отметил про себя, что при встрече нужно уточнить это у Морантеса.

Себаштиану поставил локти на стол и закрыл глаза. У него промелькнула неясная догадка, скорее даже смутное ощущение какой-то неправильности, будто совсем маленькая, но очень важная деталь выбивалась из обшей картины. Опыт в расследовании подобного рода преступлений является обоюдоострым оружием: обширные знания обеспечивали детективу на практике преимущество в противостоянии с преступниками, и одновременно существовала опасность, что в какой-то момент произойдет профессиональная деформация. Старый оперативник начнет проводить параллели и аналогии там, где их нет и быть не может. Вот и Себаштиану изучил за время «полевой» работы слишком много аналитических отчетов, и теперь ему померещилось, будто из тумана материализовался призрак убийцы, одного из целого легиона душегубов, с кем он встречался в прошлом.

Внимание Себаштиану привлекла другая выписка из протокола:

Получив в лицо струю столь ядовитого слезоточивого газа, Хуан должен был кричать от боли, однако никто не поспешил ему на помощь.

Себаштиану глубоко задумался, пытаясь выделить для себя главное и правильно сформулировать то, что необходимо рассказать Клаудио Аласене. Он прочитал далеко не все документы. Ему предстояло еще ознакомиться с данными экспертизы, предварительными выводами следствия и (если младший инспектор Пуэрто соизволила его приложить) планом розыскных мероприятий полиции. Но было уже поздно, и он почел за благо отложить это до завтра и дочитать досье утром, на свежую голову. Он не сомневался, что быстро составит свое заключение, покажет его сначала полиции, а затем родным Хуана и вернется в Лондон. Морантес сообщит ему о дальнейшем ходе расследования.

1 апреля, понедельник

В понедельник Себаштиану по привычке проснулся в семь утра и спустился позавтракать в кафе на площади. Он вошел в зал и устроился за столиком с чашкой чая, круассаном и стаканом свежего апельсинового сока. Жидкий чай по испанской традиции отдавал веником. Впрочем, найти за границей паэлью,[17] приготовленную как полагается, тоже нет никаких шансов.

Португалец положил папку на стол и открыл ее, дождавшись, когда отойдет официант. Фотографии внушали трепет и не предназначались для посторонних глаз, Себаштиану не хотелось, чтобы они возбудили чье-либо нездоровое любопытство. Он пропустил уже прочитанные вчера документы и нашел листок с обобщающими выводами по фактам, собранным к настоящему моменту.

Вот это да! Морантес обмолвился, что Хуан был завсегдатаем казино, но Себаштиану искренне удивился, узнав, что приятель не удержался на краю пропасти и превратился в лудомана. Профессор, конечно, не подозревал о тайном грехе Хуана; близкие погибшего предпочитали о нем не распространяться. Оказывается, пылкое юношеское увлечение игральными автоматами переросло в болезнь за последние годы. Этой болезнью по статистике страдают полмиллиона человек в Испании; только в мадридской автономии лудоманов насчитывается до пятидесяти тысяч. Упомянутый реестр лиц, которым запрещено посещение казино и игровых залов являлся формой защиты от злоупотреблений азартными играми и был создан в интересах родственников заядлых игроков — одержимых, готовых пустить по ветру состояние ради удовлетворения своей страсти. Для того чтобы такого больного занесли в черные списки без его официального согласия, требовалось судебное постановление. После этого несчастному игроку запрещалось появляться в казино и в салонах бинго. Себаштиану слышал, что процедура реабилитации была не менее сложной. Тем не менее в ночь своей смерти Хуан играл в казино.

Себаштиану оцепенел с рогаликом в руке, застывшей в воздухе над тарелкой. Он прочитал последний абзац во второй и в третий раз, не веря своим глазам. Три убийства за один месяц! Порывшись в папке, он извлек последний лист бумаги.

— Сеньор?

Себаштиану перевел взгляд на официанта.

— Да?

— Я спрашивал, не желаете ли еще чаю?

— Нет-нет, спасибо. — Он нетерпеливо махнул рукой. Официант деликатно исчез, а профессор вновь уставился на лаконичное сообщение, лежавшее перед ним на столе, настолько окончательное и безапелляционное в своем лаконизме, что он был сражен наповал. Серийный убийца? В Мадриде? Боже милостивый! Как же он вчера ухитрился это упустить? Себаштиану вытащил из кармана мобильный и торопливо набрал номер.

— Морантес слушает.

— Приветствую, это Себаштиану.

— Неужели, Португалец, ранняя пташка! Я как раз собирался тебе звонить.

[17] Испанское национальное блюдо; готовится из риса с овощами, курицей, мясом или морепродуктами.