Последнее наступление Гитлера. Разгром танковой элиты Рейха: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

• генерал Ваффен-СС Гилле, прибывший из Польши только накануне наступления.

Как мы видим, операция планировалась буквально на ходу людьми, большинство из которых вообще не было знакомо со спецификой боевых действий в Венгрии. Ситуация осложнялась личной неприязнью, существовавшей между Балком и Гилле. Позже Балк несколько односторонне и предвзято описывал природу подобных натянутых отношений. Они были наследием прошлого. К этому добавился тот факт, что сам Балк не получил долгожданного поста командующего группой армий «Г», воевавшей на Западе. Этот пост достался весьма талантливому генерал-полковнику Ваффен-СС Хауссеру. Свое назначение на роль командующего армейской группой в Венгрии Балк расценил как очевидное понижение. Ситуацию даже не исправил «целительный бальзам, политый на его раны» — ведь 6-ю армию называли не иначе, как армейской группой его имени. В своих мемуарах Балк делал все возможное, чтобы сохранить свое реноме, дистанцируясь от Гитлера (к которому на самом деле он относился с большой симпатией) и считая свое «понижение» результатом интриг рейхсфюрера СС Гиммлера: «Когда 23 декабря я сел ужинать, раздался звонок из Верховного командования сухопутных войск. Мне надлежало срочно прибыть в Цоссен. Я полетел на самолете. В течение 24 часов я должен был принять командование над войсками вокруг Будапешта… Позже Гудериан, который симпатизировал мне, клятвенно утверждал, что я пал жертвой интриг Гиммлера».

Тем не менее на Западном фронте Балк сталкивался не только с «происками» Гиммлера. Он сам писал: «Мои отношения с командующим Западным фронтом фельдмаршалом Рундштедтом были более чем натянутыми». Сам Балк характеризовал фельдмаршала как старика, который в роли командующего так и остался во временах Первой мировой войны. Эти подробности приводятся здесь для того, чтобы показать, что Балк пытался если не опорочить, то хотя бы «пнуть» каждого, с кем не смог сработаться. Делал он это без оглядки на личность. Именно в этом, возможно, кроется причина его отнюдь не деловых рассуждений, которые во время войны наносили только вред. Корень проблемы крылся в его психологическом складе. Полный контраст к высказываниям в мемуарах являет собой письмо, которое Балк 10 октября 1944 года направил генерал-полковнику Йодлю. В нем он сообщал о плохом состоянии соседних воинских формирований, не забывая при этом упомянуть о своем собственном исключительно талантливом командовании — судя по всему, он не предполагал, что это письмо попадет на стол Гитлера. Данного документа вполне хватило, чтобы мнительный Гитлер отказался назначать Балка командующим одной из западных групп армий. Для «ссылки» Балка в Венгрию отнюдь не требовалось интриг Гиммлера, хотя роль этого политика нельзя недооценивать. Между тем «карусель отставок» в Третьем рейхе вращалась все быстрее и быстрее.

Гитлер, который с 1943 года был крайне невысокого мнения о своих генералах и Генеральном штабе, стал вмешиваться в самые незначительные детали военных операций. Каждый раз, когда операция заканчивалась провалом (после 1944 года подобных случаев становилось все больше и больше), он исходил в нервном крике, срывая свою досаду на генералитете. Он сам способствовал тому, чтобы генералы утратили доверие к нему, а тот, в свою очередь, «разуверился» в своих полководцах. Степень недоверия фюрера к тому или иному генералу зависела от конкретной личности, а также от действий, которые та предпринимала. В итоге месяцы спустя Балк и Гилле стали всего лишь «громоотводами». Но об этом позже. Итак, в новогоднюю ночь 1945 года стартовала операция «Конрад», более напоминая какое-то гадание — никто не знал, чем и как закончится эта операция.

Глава 3

Операция «Конрад»

Командование IV танкового корпуса СС доставляло дивизии и боевые группы на множестве эшелонов. 25 декабря они начали свой путь через Силезию. Эшелоны прибыли в Венгрию через Словакию, остановившись на промежутке между Раабом и Комаромом. Первым на исходные позиции прибыл обергруппенфюрер СС Гилле. Он ехал впереди всех с начальником штаба Шёнфельдером и небольшой оперативной группой прикрытия на автомобиле. Чтобы ознакомиться с планом боевых действий, он прибыл в штаб-квартиру армейской группы Балка, которая располагалась в Мартинсберге (Дьёрсенмартон), в 10 километрах на юго-восток от Рааба.

Обстановка на фронте, удерживаемом группой армий «Юг» (прежде всего армейской группой Балка), по состоянию на 1 января 1945 года выглядела следующим образом. На отрезке между Балатоном и Дунаем советские войска, продолжавшие предпринимать атаки с целью прорваться к Мору (Муру), несут большие потери. На остальных участках фронта, к северу и к югу от Дуная, производится перегруппировка советских войск, чтобы продолжить наступление… Вновь усилившиеся атаки на Будапешт превращают этот регион в главный объект Восточного фронта. Кровопролитные бои идут каждый день.

На тот момент командование группы армий «Юг» не знало о реальном соотношении сил на данном участке фронта. Командованию даже не было известно расположение советских дивизий. Балк обладал весьма ограниченными сведениями, а потому так оценивал соотношение сил своей 6-й армии и советских войск:

Даже из этих сведений было ясно, что перевес был явно на советской стороне. Но в командовании группы армий «Юг» продолжали надеяться, что в «слабом» месте, где немецкие войска нанесут удар, перевес (в силу предельной концентрации) будет на их стороне. Но обстановка складывалась весьма неудачно. К началу наступления, обе танковых дивизии СС не были полностью укомплектованы техникой и личным составом. Не успела подъехать и вторая пехотная дивизия. Предполагалось, что все эшелоны прибудут на второй или третий день немецкого наступления. На самом деле пехотная дивизия прибыла только на четвертый день наступления. Оставшиеся эшелоны с техникой прибыли с составом танковых дивизий на пятый день наступления. На шестой день наступления к операции была подключена венгерская боевая группа, состоявшая из трех пехотных батальонов. И лишь на седьмой день операции танковые и пехотные дивизии, переброшенные из Польши, смогли принять участие в операции «Конрад». На отрезке между Дунаем и озером Балатон немецким частям противостояли 4-я гвардейская армия, состоявшая из тринадцати стрелковых дивизий, и механизированный корпус. При этом в резерве у маршала Толбухина были припасены механизированный корпус, стрелковая дивизия, а также специальные «усиленные подразделения». Последние обильно снабжались гранатометами, артиллерией и противотанковыми орудиями. Кроме этого, 4-я гвардейская армия в любой момент могла получить резервы 3-го Украинского фронта, а именно: 5-й гвардейский механизированный корпус, 18-й танковый корпус, 1-й гвардейский механизированный корпус. При этом с воздуха части 4-й гвардейской армии поддерживало 953 самолета.

^{Маршал Ф. И. Толбухин (в центре) с подчиненными}

Главнокомандующий группой армий «Юг» генерал пехоты Отто Вёлер до начала наступления прибыл на командный пункт IV танкового корпуса СС, который располагался в Аче (местечко в 8 километрах на юго-запад от Коморна). Вёлер стремился лично следить за ходом операции, не ограничиваясь чтением докладов, присланных от командиров дивизий. По этому поводу в журнале боевых действий было записано: «Там же присутствуют командиры дивизий СС „Мертвая голова“ и „Викинг“. Не делается никаких принципиальных замечаний. Проявляется доверие к войскам и их командирам. Досаду вызывает запоздание транспортов с дивизией СС „Викинг“. Выражается надежда, что обманные маневры относительно места предполагаемого нападения возымеют действие». Сам Балк здесь, судя по всему, не присутствовал. Где он находился во время начала операции «Конрад», неизвестно. В своих дневниках и мемуарах он также ничего не говорил по данному поводу.

Озабоченность транспортными проблемами оказалась оправданной. Положение немецких войск было если не катастрофическим, то весьма плохим. Как уже говорилось выше, первые эшелоны с подразделениями трех дивизий прибыли на исходные позиции до начала операции «Конрад». Но если посмотреть на укомплектованность этих дивизий, то по состоянию на 1 января 1945 года она выглядела так:

— 3-я танковая дивизия СС «Мертвая голова». Из 77 эшелонов прибыло только 51. Укомплектованность 66 %.

— 5-я танковая дивизия СС «Викинг». Из 87 эшелонов прибыло только 28. Укомплектованность 32 %.

— 96-я пехотная дивизия. Из 46 эшелонов прибыло только 20. Укомплектованность 32 %.

Несмотря на то что для перевозки пехотной дивизии требовалось значительно меньше эшелонов, чем для транспортировки танковых дивизий, поезда прибыли лишь на четвертый день наступления. И это при том условии, что перевозка пехоты происходит значительно быстрее, нежели тяжелых танков. А таковые дивизии, которые собственно и должны были принять на себя основной удар советских войск, были полностью укомплектованы лишь на пятый день наступления! Чтобы полностью не проиграть сражение, в бой были брошены уже имеющиеся силы IV танкового корпуса СС. В результате подобного решения им приходилось воевать как бы «вполсилы».

Переброска дивизий из Польши была закончена только 7–8 января 1945 года, то есть в тот момент, когда оборона советских войск была настолько сильной, что сама собой возникла мысль о прекращении операции «Конрад». При этом нельзя не отметить, что перенесение начала операции «Конрад» на пару дней могло изменить соотношение сил отнюдь не в пользу Красной Армии.

Между тем положение в Будапеште рисковало стать критическим. Кольцо советского окружения сжималось вокруг венгерской столицы все сильнее и сильнее. Становилось ясно, что снабжение Будапешта по воздуху (практика «воздушного моста») было явно недостаточным, чтобы позволить немецко-венгерской группировке отразить атаки советских войск. Посланный по Дунаю транспорт с 400 тоннами груза (в основном горючим и боеприпасами) сел на мель приблизительно в 15 километрах севернее венгерской столицы.

А теперь, опираясь на журнал боевых действий, разберем операцию «Конрад» по дням.

Несмотря на то, что операция официально начиналась только вечером 1 января 1945 года, фактически она стартовала в Новый год. Именно тогда пополненная новыми танками 1-я танковая дивизия (III танковый корпус) и пехотные полки при поддержке танков начали отвлекающее наступление в районе местечка Ёши вдоль северного берега озера Балатон (приблизительно в 22 километрах к западу от Секешфехервара). Наступление не имело успеха, так как танки оказались беспомощными против явно превосходящих сил советской пехоты. Тем не менее этот отвлекающий маневр возымел действие. Командование советской 4-й гвардейской армии решило, что наступление, предпринятое на ее левом (южном) фланге, нацелено в первую очередь на Секешфехервар. Была выдвинута версия, что немцы планируют взять этот город в клещи. Появление на фронте IV танкового корпуса СС не укрылось от советской разведки, но она не знала, где и когда он будет брошен в бой. Но обратимся на север к месту основного немецкого удара.

Подобная температура и замерзшие дороги отнюдь не способствовали началу военной операции. Но ночное наступление стало для частей Красной Армии «сюрпризом». В журнале боевых действий группы армий «Юг» сообщалось: «Вечер 1 января 1945 года. 19 часов 30 минут. Силами IV танкового корпуса СС (3-я танковая дивизия СС „Мертвая голова“, 5-я танковая дивизия СС „Викинг“ и 96-я пехотная дивизия) начато наступление из района восточнее Коморна».

Несмотря на то что по Дунаю плавали льдины, а моторы штурмовых лодок постоянно ломались, частям 96-й пехотной дивизии под командованием генерал-майора Харрендорфа все-таки удалось высадиться на южный берег Дуная. Активно используя инженерные и саперные подразделения, немецкие пехотинцы сумели укрепиться на берегу на двух плацдармах.

Несмотря на дрейфующие льдины, появление 96-й пехотной дивизии в районе Дунаалмаша стало для противника полной неожиданностью. Тем не менее ему удалось блокировать южный берег Дуная группами танков. Плацдармы созданы к югу от Моца и у Ньергешуйфалу. Это может позволить прорваться 3-й танковой дивизии «Мертвая голова» на южный берег Дуная. Части 3-й танковой дивизии «Мертвая голова» проникли в район восточнее Несмея, где ведут ожесточенные бои с танками и пехотой неприятеля, блокирующими южный берег Дуная. 5-я танковая дивизия «Викинг» взяла Бай, Агостиан и Сомод.

В Агостиане танкистами из «Викинга» было освобождено около тысячи немецких и венгерских солдат, попавших в советский плен. Находившаяся на правом фланге дивизионная группа Папе (III танковый корпус) начала свое наступление с часовой задержкой: «20 часов 30 минут. Части III танкового корпуса начали наступление на Фельшёгаллу. На правом фланге и по центру наступления быстро достигнуты окраины Банхида. На левом фланге группа натолкнулась на минные и противотанковые заграждения, расположенные в 500 метрах от Альшёгаллы».

Неожиданное наступление позволило немецким частям очень быстро прорвать первый рубеж советской обороны. Надо сказать, что даже предусмотрительный маршал Толбухин не ожидал такой мощной немецкой контратаки. В советских донесениях сообщалось:

Тем временем в группе армий «Юг» принимают незашифрованное сообщение из Будапешта. В нем говорится, что кольцо окружения неуклонно сжимается. Атаки красноармейцев следуют одна за другой. Немецкое командование делает вывод, что Красной Армии надо в предельно короткие сроки взять Будапешт, чтобы двинуться на Вену и Мюнхен.

^{Начало одной из операций «Конрад»}

Вообще говоря, командование IV танкового корпуса СС могло быть довольно результатами первого дня наступления. Но не стоило слишком обольщаться. Эффект неожиданности быстро перестал действовать. Советское командование знало, в каком месте немцы попытаются деблокировать Будапешт. Дальнейший успех немецкой операции зависел во многом от того, как быстро будут введены в бой до сих пор не прибывшие остатки трех дивизий.